Тайны земли. Археология России - Анджей Анджеевич Иконников-Галицкий

как хранители степи: мужественные лики, у пояса – оружие, в руках – чаша. Долго сохранялись и созданные тюрками Ашина традиции государственности. В степном поясе Евразии, от Дуная до Ордоса, на протяжении четырех с лишним столетий образовывались, росли, соперничали друг с другом, сменяли друг друга государства-каганаты: Аварский, Болгарский, Тюргешский, Кимакский, Уйгурский, Карлукский, Хазарский, Кыргызский, Русский.

Таматарха-Тмутаракань

Да, бытовало и такое понятие – «Русский каганат». Уже в источниках IX – начала X века встречается это наименование в приложении к правителям юга Руси: «хакан Рос» – каган россов.

По своему устройству держава потомков Рюрика была во многом похожа на каганат: то же доминирование военно-дружинного сообщества, такие же необъятные пространства, та же пестрота и многокомпонентность государства – разные ландшафты, народы, языки и культуры. И все же самое главное обоснование титула «каган» – власть над кочевою степью. Каким образом и в каких формах первые древнерусские князья оказались обладателями этой власти, преемниками тюркских каганов? Вопрос дискуссионный, предмет споров, догадок и гипотез. Бесспорным представляется то, что во взаимоотношениях собственно Руси с Причерноморской степью, Доном и Северным Кавказом значительную роль играла Тмутаракань – город, упоминаемый в самых ранних источниках по древнерусской истории.

Тмутаракань (у греческих авторов – Таматарха) – место встречи миров: растущего древнерусского, степного тюркского, православно-имперского византийского, торгового еврейского, реликтового адыго-аланского, хранящего наследие меотов и сарматов.

Как мы уже знаем, средневековая Тмутаракань выросла на руинах Гермонассы, разрушенной во второй половине VI века, по всей вероятности, тюрками. В IX–XI веках она переживала свой расцвет, играла важную роль в торговом обмене и в политических событиях на пересечении исторических путей Хазарии, Византии и Руси. На излете Средневековья город захирел и ко времени присоединения к Российской империи превратился в заштатное поселение Тамань. Интерес к Тамани и к ее древностям пробудился после опубликования надписи на так называемом Тмутараканском камне.

Обстоятельства обнаружения при разборке стен старой Таманской крепости мраморной плиты с надписью на древнерусском языке неясны и противоречивы. Впервые упоминает о ней капитан генерал-майорского ранга Павел Васильевич Пустошкин в письме к контр-адмиралу Николаю Семеновичу Мордвинову, датированном 8 сентября 1792 года. Через два года появилась первая публикация находки, подготовленная известным археографом-дилетантом Алексеем Ивановичем Мусиным-Пушкиным. Окончательно прочтение надписи было установлено в исследовании Алексея Николаевича Оленина «О камне Тмутараканском…», изданном в 1809 году. Сам камень долго кочевал по морю и по земле, два раза терялся и обретался вновь, пока не стал экспонатом музеев: в 1832 году – Керченского, а с 1851-го по сие время – Императорского (впоследствии Государственного) Эрмитажа.

Текст надписи (в переложении на современные буквы и цифры) таков: «В лето 6576 инди[кта] 6 Глеб князь мерил мо[ре] по леду от Тмутороканя до Корчева 10 000 и 4000 саж[ен]»[182].

Князь Глеб, сын Святослава Ярославича, внук Ярослава Мудрого, ознаменовал свое недолгое княжение в Тмутаракани измерением в 1068 году (6576-й по византийскому летосчислению) расстояния между своим стольным городом и Керчью, что на противоположном берегу пролива. В память о чем и была выбита надпись на мраморной плите, взятой из руин античной Гермонассы.

Впоследствии неоднократно высказывались сомнения в подлинности памятника, но данные палеографических, трасологических, метрологических и иных исследований убедительно доказывают несостоятельность этих сомнений.

Комментирует специалист:

«Целый комплекс сомнений и разногласий исторического, палеографического и филологического характера связан с прочтением числа саженей и перевода их на современную метрологию. <…> Только исследования XX века позволили достоверно восстановить систему мер, существовавшую в Древней Руси для измерения расстояния. Оказалось, что существовало несколько видов саженей, причем каждая сажень делилась не на три, а на четыре локтя. <…> По сведениям древнерусских источников установлено существование „простой сажени“ в 151–158 см и „мерной“ – в 176 см. Измерение расстояния между Корчевом и Тмутараканью могло производиться или „простой саженью“, что дало бы 21 379 м, или в „мерных“, что составило бы 24 696 м, против действительного расстояния в 23 636 м. В последнем случае ошибка будет составлять в преувеличении действительного расстояния всего на 5 %, что дает большую точность, если учесть трудность трассирования прямой. Несоответствие расстояния, указанного на камне, данным конца XVIII века, измерение древнейшей 4-локотной саженью, а не бытовавшей в это время „казенной“, является одним из важных доказательств подлинности надписи»[183].

Итак, во второй половине XI века Тмутаракань и окрестные земли находились под управлением князей Рюрикова рода и являлись частью Древнерусского государства.

Тмутаракань впервые упоминается в Несторовой летописи в связи с событиями, последовавшими за Крещением Руси. Князь Владимир направил сыновей на княжение в наиболее важные города своей державы: «…и посади Ярослава в Новегороде, а Бориса в Ростове, а Глеба в Муроме, Святослава в Деревех, Всеволода в Володимере, Мьстислава вь Тмуторокане»[184]. Стало быть, при Владимире русский протекторат над Таманским полуостровом уже был установлен и действовал.

А что представляла собой в это время Тмутаракань?

Письменные источники не дают связного ответа на этот вопрос. Зато весьма обширную информацию о Тмутаракани принесли археологические исследования Таманского городища, проводившиеся в 1952–1956 годах экспедицией под руководством Бориса Александровича Рыбакова, и с 1983 года по нынешнее время – отрядами и экспедициями, возглавляемыми Олегом Васильевичем Богословским, Ириной Николаевной Богословской и Эльмирой Радифовной Устаевой.

Эти исследования показали, что возрождение города на месте древней Гермонассы произошло в те самые времена, когда свою власть над степным Предкавказьем и Причерноморьем от Волги до Днепра установили хазары – народ, вероятно, тюркоязычный, этнически смешанный.

Комментирует специалист:

«В третьей четверти VII в., со времени вхождения степного Предкавказья, включая низовья Кубани, в политическую систему Хазарского каганата, на полуострове вновь появляются поселенческие комплексы, датированные концом VII – началом VIII века. В Гермонассе, получившей тюркское наименование Таматарха, появляются новые строительные традиции, прежде всего неизвестные ранее строительные приемы (кладка „елочка“ – opus spicatum). Складывается новая планировка жилых кварталов. До середины VIII века меняется весь керамический комплекс – возникает и начинает развиваться приазовский вариант хазарской (салтово-маяцкой) культуры…»[185]

Салтово-маяцкая культура – археологическая культура VIII–X веков, памятники которой распространены в Нижнем Поволжье, Северном Прикаспии, на Северном Кавказе, в области Дона, на востоке Украины и в Крыму. Связана с хазарским, болгарским и аланским населением; приурочивается ко времени существования Хазарского каганата.

В какой степени хазарские каганы контролировали прибрежные города – сказать трудно. Название Таматарха, известное из греческих источников, наиболее правдоподобно объясняется как тюркское Тумен-тархан – «ставка военачальника», что указывает на присутствие в городе тюркоязычного правителя. В то же время из византийских документов следует, что на Тамани периодически появлялись представители императорской власти. Весьма вероятно, что в какие-то периоды Таматарха находилась под совместным управлением греков и хазар. Это было возможно в VIII – начале IX века, пока между империей и каганатом существовали союзнические