Там, где рождается индивидуальность. Как мозг создает уникальность каждого человека - Шантель Прат

тратить много времени на советы, как изменить свой мозг. Я всей душой за личностный рост, однако убеждена, что многим из нас пошло бы на пользу, если бы мы могли сделать паузу, чтобы понять и даже, посмею сказать, принять устройство собственного мозга. У него есть веские причины делать все так, а не иначе, даже если он тем самым доводит нас до истерики (в буквальном или переносном смысле). Разумеется, я поговорю с вами о разного рода опыте, который сделал вас такими, какие вы есть, и раз-другой поделюсь мелкими полезными советами, позволяющими справляться с тем, с чем нам всем не помешала бы помощь, скажем, противодействовать влиянию хронического стресса на мозг. Надеюсь, что в конце концов ваши представления о «хорошем» и даже «нормальном» расширятся и приобретут новые измерения в пространстве наших различий.

Еще я не стану говорить с вами о различиях между группами – в том числе о различии между мозгом мужчины и женщины. Это ведь не более чем способ перейти от «безразмерного» подхода к подходу «этот размер подходит всем в такой-то и такой-то выборке». Так ничем не лучше и даже гораздо хуже, если делать это недостаточно вдумчиво, поскольку «женственность» и «мужественность» и тому подобные понятия очень прочно вплетены во взаимодействие наследственности и среды. В частности, с момента рождения ребенка окружающие обращаются к нему разными словами в зависимости от того, мальчик это или девочка[72]. Биология ребенка с первых секунд жизни влияет на его опыт в зависимости от того, чего ожидают от него другие люди.

Даже если вы можете отделить наследственность от среды, когда речь идет о различиях между полами, то те различия между мужским и женским мозгом, о которых упоминают чаще всего (например, что у женщин мозг симметричнее, чем у мужчин), не находят систематического подтверждения в научной литературе. Если вы спросите меня, что это значит, отвечу, что все очень просто: какая бы особенность мозга ни заинтересовала ученых, всегда оказывается, что у разных людей все по-разному, и точка. А чтобы решить, различаются ли группы между собой (скажем, мужчины и женщины), нужно задействовать статистику и показать, что различия внутри выборки меньше, чем различия между выборками. Это зависит, причем сильно, от того, сколько людей в выборке и насколько они репрезентативны. Как вы, должно быть, уже заподозрили, я не из любителей распределять людей по выборкам, – вот и не будем туда соваться.

Наконец, два слова о том, как я решила излагать в этой книге научные данные и рассказывать об ученых, которые за них отвечают. Надеюсь, я уже убедила вас, что мозг устроен очень сложно, а следовательно, труд исследователя мозга крайне тяжек. Я считаю, что люди, которые проводят эти исследования, изо всех сил стараются решать исключительно сложные задачи, и это достойно уважения само по себе. В результате я решила по возможности не приводить почетных титулов и не упоминать университеты, где работают эти ученые. Отчасти у этого есть практическая причина: не всегда легко определить, обладал ли автор научной статьи высокой академической степенью на момент ее написания или же он проделал эти поразительные исследования, когда еще был студентом. Мне бы не хотелось ошибиться, но еще сильнее мне не хотелось бы, чтобы вы думали, будто, если у автора научной статьи нет докторской степени, то статья не заслуживает доверия[73]. По той же причине я не буду сообщать вам, что автор такой-то и такой-то работы – из Лиги плюща[74] (или нет). По-моему, это неважно, если не имеет прямого отношения к делу. Почти все исследования, о которых пойдет речь, прошли рецензирование. Конечно, это не значит, что они безупречны, зато значит, что другие ученые с соответствующими профессиональными знаниями согласились, что научная основа статей достоверна. К тому же большинство исследований проведены группами ученых, и хотя каждый в группе внес свой вклад, думаю, вам будет очень скучно читать целый абзац фамилий каждый раз, когда я описываю какое-нибудь исследование. Поэтому я приняла решение: пусть вся слава достанется первому автору статьи, который к тому же, как принято в научном сообществе, больше всего занимался собственно составлением текста. Некоторые авторы предпочитают ссылаться на самого маститого или самого знаменитого ученого в группе, но я хочу, чтобы мои методы признания заслуг были предельно прозрачными.

Иногда я упоминаю разные подробности, скажем, сколько испытуемых участвовало в исследовании. Это действительно важно. При прочих равных условиях, чем больше участников исследования, тем выше вероятность, что его результаты выдержат проверку временем. Кстати, о прочих равных условиях: хотя я была бы счастлива указывать, насколько репрезентативны были изучаемые выборки, у меня редко будет возможность сообщить о каких-либо демографических параметрах помимо возраста и пола. Скорее всего, я вообще не буду останавливаться на характеристиках испытуемых, кроме тех случаев, когда налицо какой-нибудь вопиющий перекос (скажем, исследование охватывало только мужчин без каких-то веских на то оснований). Тем не менее в этой области, очевидно, моей науке предстоит еще совершенствоваться.

Итак, мы заложили основу для того, чтобы стать ответственными потребителями данных нейронауки. Ну что ж, засучим рукава и приступим к изучению вашего мозга. Как сказала психолог и писательница Брене Браун: «Трудно ненавидеть тех, кто близко. Подбирайтесь к людям поближе»[75]. И я невольно задаюсь вот каким вопросом: если я проведу вас близко-близко к тому месту, где все мы одинаковые – розовощекие и с милыми складочками, – поможет ли это вам понять тонкости своего устройства и тонкости устройства тех, кто от вас отличается? Дело в том, что я сотни раз говорила о своих исследованиях с друзьями, родными и незнакомцами, и во всех этих беседах прослеживались две темы: во-первых, почти все интересуются нейронаукой именно потому, что она позволяет заглянуть в собственную голову. Фразы типа «Я для такого не приспособлен» – это и есть представления непрофессионала о том, что устройство мозга делает вас вами. А во-вторых, многие из нас чувствуют себя немного странненькими. Вы себе не представляете, сколько раз я слышала от совершенно незнакомых людей, только что узнавших, кем я работаю: «Уж о моем-то мозге вы могли бы написать целую книгу!» Оказывается, они были правы.

Часть I. Устройство мозга. Как различия в устройстве мозга влияют на то, что вы думаете, чувствуете и делаете