За секунду до: как мозг конструирует будущее, которое становится настоящим - Дэниел Йон

по образцу своего логично, поскольку между теми свойствами, которые вы пытаетесь предсказать, вполне возможна настоящая корреляция. У людей, которые голосуют за одну политическую партию, скорее всего, схожее мнение по поводу иммиграции и налогообложения. Люди, которые ненавидят художников-постимпрессионистов вроде Матисса, скорее всего, останутся равнодушны к Сезанну. Имея частичную информацию, вы можете с помощью обоснованного предположения заполнить пустоты. Однако успешность прогноза «он такой, как я» резко снижается, когда свойства между собой не связаны.

Конечно, между политическими взглядами и другими вкусами и установками может быть определенная связь. Нетрудно представить, что люди, выступающие за радикальное перераспределение богатства, скорее всего, предпочитают этичные фермерские рынки и джинсовую ткань, при производстве которой не страдают животные, а вот люди, любящие шелковые галстуки, выдержанный кларет и частные закрытые клубы, обычно выступают против вышеперечисленных инициатив.

Но для многих предпочтений — рискну даже сказать, для большинства — политические взгляды неважны. Вовсе не странно предположить, что и коммунист-революционер, и крайне правый националист одинаково любят вкус шоколадного мороженого. Даже социалистам порой нравится шампанское.

Если и либерал-активист, и консерватор-реакционер одинаково любят поваляться в ванне с пеной, то политические взгляды человека ничего вам не скажут о других его предпочтениях. Корреляции нет. И ждать от людей, которые разделяют ваши политические мнения, что у них и все другие вкусы и установки совпадут с вашими, — явная ошибка.

На лекциях о статистике я говорю студентам, что если между какими-то двумя характеристиками нет корреляции, мы не можем использовать одну из них для предсказания другой. Если между политическими взглядами и лежанием в ванне с пеной связи нет, значит, мы не можем считать, что наши политические соратники с удовольствием прилягут с нами в ванну. Чтобы понимать других людей, нужно перестать быть эгоцентричными. Мы должны меньше думать о себе и больше — о «космосе», чужих умах, которые вращаются вокруг нас.

Затерянные в космосе умов

В начале главы я стремился внушить вам мысль, что попытки понять других чем-то схожи с поиском жизни на других планетах. Карл Саган и другие астрономы показали, что, направив зонд на Землю, чтобы понять, как выглядит жизнь, мы создадим модель того, как она может выглядеть и на других далеких планетах. Так и наш мозг составляет модель того, как выглядит жизнь в нашем внутреннем мире, и пытается предсказывать, как она может выглядеть в скрытых умственных мирах других людей.

Но, как мы только что увидели, тут есть одна проблема: то, что знакомо нам, — лишь один пример из множества. Мы способны создать модель жизни на Земле, но жизнь на других планетах может выглядеть и ощущаться совсем иначе.

Это значит, что астроном, который хочет узнать, на что похожа жизнь в далеких уголках космоса, не может просто построить модель Земли и держать космические зонды все время повернутыми к ней. Их нужно повернуть во всех направлениях, чтобы составить карту скоплений планет, которые кружатся вокруг нас, и попытаться предсказать, какая погода может быть в других мирах.

Астрономы составляют карту звездного неба, а психологи — аналогичную карту космоса умов, куда входят все разумы окружающих. Астрономы видят, как из звездной материи благодаря гравитации формируются галактики, а психологи составляют карты чужих умов, где тоже видны похожие силы и структуры. Характеры не выдаются случайно, наши черты и предпочтения тоже не случайны — они группируются вместе, создавая пространственные «карманы», где схожие умы скапливаются и кружат по похожим орбитам.

Астрономы создают карту неба, запуская космические спутники и зонды, а психологи формируют карту чужого разума, задавая множеству людей наводящие вопросы. Вы честны? Щедры? Умны? Забывчивы? Веселы?

Можно представить себе мир, в котором все свойства наших умов полностью отделены друг от друга: щедрость не зависит от ума, а дружелюбие никак не связано с благонадежностью или любовью к острым ощущениям. Но если вы исследуете характеры тысяч людей, то начнете видеть стойкие корреляции между психологическими чертами, которые на первый взгляд никак не связаны между собой.

Например, согласно одной популярной модели личности, вы можете составить достоверное представление о любом человеке, задав ему шесть вопросов: «Честны ли вы? Эмоциональны ли вы? Экстраверт ли вы? Открыты ли вы новому опыту? Добросовестны ли вы? Покладисты ли вы?»[89]

На первый взгляд кажется, что это совершенно не связанные друг с другом свойства. Но на самом деле они тесно переплетены[90]. Оказалось, например, что более искренние и беспристрастные люди с большей вероятностью также терпеливы, гибки и мягки к другим — хотя обычно считается, что это разные черты. Или, скажем, люди, уверенные в себе в обществе и оживленные в больших группах, с большей вероятностью окажутся старательными перфекционистами, строго следующими правилам, — хотя и эти черты характера (экстравертность и добросовестность) тоже считаются не связанными.

Эти корреляции означают, что на самом деле существуют определенные закономерности, по которым один ум может отличаться от другого, и некоторые психологические черты часто выходят на одну «орбиту» и скапливаются вместе.

Именно это знание лежит в основе так называемой теории космоса умов, которую недавно выдвинули психологи Джейн Конуэй, Кэролайн Кэтмер и Джефф Берд[91]. Ключевая идея состоит в том, что, когда мы пробуем «прочесть» чужой разум — коллеги, партнера, друга, — мы пытаемся расположить его в определенной точке этого космоса. И мы используем имеющуюся информацию о том, как связаны и разделены те или иные черты характера, чтобы представлять себе, как устроена неизвестная нам часть их ума, как они, скорее всего, думают, чувствуют и ведут себя.

И в самом деле, поиск скоплений и корреляций в космосе умов может помочь нам составить более верное представление о людях, с которыми мы общаемся. Например, представьте, что вы слегка влюбились в коллегу в новом офисе и отчаянно хотите добиться ее расположения. Когда вы ходите в бар в пятницу вечером, она всегда — душа компании, рассказывает анекдоты и случаи из жизни, рада быть в центре внимания. Проще говоря, она экстраверт, — и вы можете этим воспользоваться, чтобы сделать определенные выводы о том, как она будет думать, что станет делать и что ей нравится.

Ваш друг устраивает вечеринку вечером в среду буквально за углом от офиса — и вы думаете, что это идеальная возможность. Пригласить ли коллегу, которая вам нравится? В конце концов, экстраверты же любят вечеринки, верно?

Да, экстраверты обычно любят вечеринки. Но вы наверняка примете совсем другое решение, если подумаете, что вам говорят «созвездия» в космосе умов. Например, вы вспомните, как совсем недавно я говорил вам, что экстравертность и добросовестность