Секс в твоей голове. 25 ответов врача-сексолога на волнующие вопросы - Андрей Николаевич Кузнецов

Мы не привыкли задумываться над вопросом: Кто я? Человек или животное? Ибо каждый из нас с первых дней жизни слышит только одно: Человек родился! Как бы не так. Новорожденного можно назвать человеком только по происхождению. Младенец – это просто какающее и срыгивающее существо, с еще неокрепшим умом, не умеющее говорить, ходить и думать. Абсолютно зависящее от родителей и способное помереть от холода-голода при малейшей возможности. Новорожденный козленок – и тот умеет гораздо больше. Человек родился! Не смешите меня! Что? Неприятно слышать? Обесценивающе звучит? Расслабьтесь, если бы вы услышали это в день своего рождения, то ничего бы не поняли. Но сейчас у вас в руках эта книга, значит, вы уже умеете читать и ваш мозг готов воспринимать подобную информацию. Поэтому хочу, чтобы вы отдавали себе отчет: существует большое противоречие. С одной стороны, вы безусловно биологически принадлежите к роду человеческому. С другой – полноправно можно назвать себя человеком только благодаря психическому развитию личности и социальному окружению. Это противоречие принимает форму внутреннего (внутриличностного) конфликта у каждого из нас. И часто приводит к межличностным конфликтам.

Хотите примеры? Пожалуйста! Раз книга посвящена сексуальному поведению, давайте рассмотрим эту область. Мужчина хочет секса, в то же время женщина этого не хочет. Налицо конфликт интересов и желаний. Чем он закончится? Хорошо, если мирно, а если насилием? Кем тогда считать мужчину? Человеком или животным? Женщина живет с постылым мужем и влюбляется в другого. Чем это закончится? Изменой, разводом, самоубийством? Это психическое или биологическое? Как измерить вклад половых гормонов? Как учесть социальные условия? Измена – это признак дурного воспитания? Вопросов бесконечное количество, как и примеров. Все они иллюстрируют сложную динамику конфликта между биологическим, психическим и социальным аспектами человеческой жизни.

Мы все живем в этом конфликте, все от него так или иначе страдаем. Это страдание порой затрагивает нашу сексуальную природу и приводит часть людей в кабинет психотерапевта-сексолога. Причем они не задаются вопросом, вынесенным в название главы: «Кто я? Человек или животное?» Очевидно, что человек автоматически относит себя к представителям биологического вида «Homo sapiens». При этом внимание направлено на собственные ощущения, мысли, эмоции, от которых зависит сексуальное поведение.

Когда мы испытываем что-то страшное, неприятное, болезненное, когда от этого страдает организм и/или отношения, возникает естественное желание все исправить.

Тогда мы обращаемся за помощью к специалистам и… вовлекаемся в многовековой конфликт ученых, указывающих нам, каким путем идти к выздоровлению. В кромешной темноте науки специалисты указывают направление фонарями «истины» и неустанно лупят друг друга этими фонарями по умным головам, доказывая свою правоту. Но как обычному человеку понять, кто из них прав? Давайте разберемся.

История начинается

Еще со времен Гиппократа и Аристотеля мы являемся свидетелями конфликта двух парадигм: биомедицинской и биопсихосоциальной. Представители науки, оказавшиеся по разные стороны баррикад, веками ломают копья в споре, каким путем идти: как интерпретировать симптомы и чем лечить болезненные состояния. Это касается и расстройств полового поведения.

Признанный «отец сексологии», психиатр Рихард фон Крафт-Эбинг в далеком 1886 году написал свой скандально известный научный труд «Половая психопатия». Книга стала вызовом господствовавшим в то время церковным догмам, считавшим секс грехом. За это видный ученый поплатился своей карьерой, но его книга многие десятилетия оставалась главным источником информации о человеческой сексуальности. В предисловии к двенадцатому прижизненному изданию автор пишет: «Неожиданно большое распространение книги представляет, очевидно, лучшее доказательство того, какая масса несчастных искала и нашла в ней разъяснение и утешение загадочных явлений своей половой жизни».

Как исследователь человеческой сексуальности, Крафт-Эбинг утверждал: «центральной и высшей инстанцией полового механизма является мозговая кора». Причинами некоторых нарушений эрекции он считал «влияние воли, душевные волнения: опасения неудачного совокупления, внезапный испуг в процессе полового акта и тому подобное». При этом приводил ряд случаев успешного применения гипноза в лечении сексуальных расстройств. Похоже это у него получалось лучше, чем у Фрейда, но не будем забывать, что именно благодаря разочарованию в гипнотерапии «отец психоанализа» был вынужден придумать оригинальный метод психотерапии.

Отмечая новаторские идеи Крафт-Эбинга, мы должны признать: он недалеко ушел от традиционного объяснения сексуальных расстройств «поломкой мозга». Но некоторые психиатры, вдохновленные фрейдовской теорией бессознательного, были с этим не согласны. Например, Эйген Блейлер – швейцарский психиатр, автор понятий «шизофрения» и «аутизм». Он подвергался критике[1] за то, что следовал путем Юнга и Фрейда и «склонен придавать, на наш взгляд, слишком преувеличенное значение психогенным объяснениям, <…> а психология ведет к гипотезам, которые невозможно проверить, и к объяснениям, приближающимся к художественной литературе».

Как вам такое? Наследие Фрейда – это почти художественная литература, Карл! (Это не мем, это я к Юнгу обращаюсь.) Забавно, правда? Определенно, эти ученые на протяжении веков с упоением, ради «истины», лупят друг друга фонарями по головам.

До середины прошлого века в медицине продолжал доминировать биологический редукционизм. Самым страшным примером этого стала предложенная в 1935 году неврологом Монишем психохирургическая операция – лоботомия[2]. Представляете, какие разные «истины» владели умами ученых, если в 1949 году ему присудили Нобелевскую премию по физиологии и медицине за «открытие терапевтической ценности лейкотомии при определенных психозах»[3], а всего через год лоботомия была официально запрещена в СССР.

Ситуация изменилась в 1940–50 годах, когда американские психоаналитики возродили интерес к психосоматической медицине.

Само понятие «психосоматика» впервые использовал в далеком 1818 году немецкий врач Иоганн Хайнрот, только оно долго оставалось невостребованным.

А тут, как грибы после дождя, стали развиваться психосоматические школы, к одной из которых принадлежал американский врач Джордж Энгель.

Энгель, Кузнецов и другие

К моей радости, мы с Энгелем прошли схожий профессиональный путь. Он начинал терапевтом (прямо как я) и скептически относился к психосоматике (точно, эти психиатры, им бы только сказки писать). Получив в дальнейшем специализацию психиатра (надо же, совсем как я), осознал узость биомедицинского подхода (браво, коллега!) и не успокоился, пока не сформулировал свой взгляд на фундаментальную проблему медицины. (Низкий вам поклон!)

В 1977 году он предложил холистическую (целостную) модель[4] возникновения и течения психических расстройств. Энгель утверждал, что для понимания причин страданий пациента и выбора лечения необходимо учитывать биологические, психологические и социальные аспекты болезни. Эта модель дала новый толчок к развитию психотерапии, оказала заметное влияние на подходы к диагностике и лечению многих расстройств, включая сексологические.

Джордж Энгель не был первопроходцем, он просто сформулировал идею. Задолго до него видные российские психиатры – С. С. Корсаков, В. М. Бехтерев,