Счастлив снаружи, счастлив внутри. Как построить жизнь мечты, ориентируясь на свои подлинные желания, а не навязанные стереотипы - Вера Александровна Дейногалериан

Я вижу несколько причин эффекта ампутированной практики.

1. Практические инструменты устарели. Они устаревают так же быстро, как программное обеспечение. То, что когда-то было инновацией, стало банальностью и перестало исцелять. Каждый ритуал сегодня – устаревшая психотехнология из прошлого. Из былой психоактивной смеси действия и смысла со временем улетучился смысл. Оставшееся действие становится формальным, ритуальным и воспроизводится из уважения к традициям. Чтобы вновь заработал древний ритуал, его нужно наполнить новым, вашим личным смыслом. Или создать другую психотехнологию – и новую, и лично вашу.

2. Действенные практические инструменты используются не по назначению. К примеру, духовные практики создавались не для заработка, но сегодня если мы вобьем в поисковик любую методику, которой прежде обучались пожизненно, от молитвы до йоги, то увидим не только лозунги, рассчитанные на детское «быстро и легко», но и непременную привязку к заработку. Быстрая и легкая нажива – лучшая наживка для людей-детей.

При работе с любым прикладным инструментом полезно задавать себе вопрос, точно ли ваш истинный мотив совпадает с исходным назначением инструмента, которым вы пользуетесь. Не пытаетесь ли вы с помощью просветления начать больше зарабатывать? Честность с самим собой – половина успеха.

3. Количество не заменяет качества. Тактика не заменяет стратегии. Не имея сил углубиться во что-то основательно, Недоросль с Нехочухой хватаются за многое, выхватывают по верхам. Рынок предлагает все более и более простые решения. Но у каждого решения без глубины есть свой порог, и он, как правило, сразу за дверью.

Нахватывая навыки, мы обучаем своих внутренних «крепостных» новым ремеслам, но если мы не создали для них ни одного внутреннего аристократа, чтобы тот мыслил стратегически и мог наращивать капиталы психических ресурсов, чтобы содержать деревню своих новых – грамотных, а значит, требовательных крепостных, – то не сдвинем дело с мертвой точки.

4. Практические инструменты некогда писались взрослыми для взрослых, Недоросль не может сделать эти практики своей привычкой. Это красивые истории чужого совершенства, а не инструкции, как жить. Как смерть по Бродскому – это то, что бывает с другими, так и суровые заветы стоицизма или Нагорная проповедь Христа – это практики для других, более совершенных.

• Молитва в руках взрослого превращается в молитвенный подвиг или исихазм, но в руках ребенка станет лишь ожившей поговоркой «Заставь дурака богу молиться – он лоб расшибет».

• Психотерапия в руках взрослого станет эффективным способом решить проблемы, в руках ребенка – способом проблемы не решать, берновской игрой «Посмотри, как я старался».

• Физические практики в руках взрослого будут способствовать укреплению здоровья и духа, а в руках ребенка могут привести к травматизму. И так далее.

5. Главную причину слабой практики при всех великолепных теориях я вижу в том, что сильную практическую составляющую каждый человек должен изобрести для себя сам. Создать ее изнутри себя. Тогда любое ритуальное действие, как и любая психотехнология, начнет для вас работать максимально эффективно. Именно для вас.

Бывает, что кому-то удается создать сильную практику поверх сильной теории и даже передать ее другим. Но для последователей это будет знание уже готовое, не изнутри добытое, а свыше данное – кем-то положенное в клювик. Часть смысла улетучится при передаче технологий. Чем дальше практика передается, тем сильнее смысл из нее выветривается. При передаче моих техник вам часть смысла так же выветрится, как в любой другой методике. Передавая инструменты, я показываю направление, а дальше вы идете сами.

Обретение взрослости как суверенности – задача лично каждого, и это одинокий путь.

Так же, как человек рождается один, живет один и умирает один, взрослеет он тоже один. Нельзя стать суверенным за компанию с кем-то. Нет больше институтов, которые аккредитовывали бы человека на взрослость. Нет такого ритуала, после которого ты гарантированно признавался бы взрослым. Нет такой военной службы или института благородных девиц. И нет сословия, передающего суверенное состояние по наследству.

Если прежде сословная принадлежность была определенным гарантом суверенного состояния, теперь ее нет, а значит, инструменты и стратегию взросления каждый должен создать себе сам, изнутри. Опыт и знания, давно известные, но заново раскрытые внутри, переживаются как откровение, становятся неотторжимо вашими.

Необходимость индивидуального пути показывает нам сама природа психотерапии – этой «духовности для самых маленьких». Если религия хранит консервативные устои неизменными, а наука развивается революционным методом – через смену господствующей парадигмы, то психотерапия – наука о лечении души и духовность для материалистов – в золотой середине, развивается не по прямой, а как ризома[83] – корневой системой, кроной дерева, дельтой реки.

Пользователь психотерапии сегодня оказывается в роли того буриданова осла, который встает перед несколькими сотнями стогов.

В психотерапии никогда не будет единой истины, дарованной, как милость, свыше, и это возвращает нас к фатуму одинокого пути и личной ответственности за свой выбор.

Только индивидуальный путь возможен. А значит, лучшее, что можно сделать для себя на старте, – это настроить свой внутренний компас.

Недавно у меня был случай-рекордсмен. Ко мне на сессию пришла клиентка, давняя моя ученица, и поблагодарила за знакомство с методом. Оказалось, что до встречи со мной героиня 20 лет была в терапии без каких-либо прорывных результатов. 20 лет! Это больше, чем срок за убийство.

Я ратую за то, чтобы мыслить о психотерапии как о созидании себя, а не как об услуге, которую вам оказывают, или процессе, который с вами случается. За то, чтобы уходить из разговорной терапии в поиски более действенных практических решений. Или хотя бы не засиживаться в ней на годы в наше время больших скоростей и высоких технологий, когда господин ИИ уже сейчас лучше любого разговорного психолога и дышит нам в затылок.

Не только популярная психология, но и практическая психотерапия сегодня идет в каждый дом в точности так же, как когда-то в каждый дом шла гигиена. Когда-то польза гигиены была неочевидна, и Земмельвейсу пришлось положить за нее жизнь. Когда-то психотерапия была достоянием кушетки, а сегодня люди самообучаются, и благодаря образному языку отдельные психотерапевтические модальности оказываются просты настолько, что сразу преподносятся их авторами как методики для самотерапии – такие же посильные, как гигиена. Возможно, я застану времена, когда основам психологической самокоррекции будут обучать со школьной скамьи, так же как сегодня обучают основам безопасности жизнедеятельности.

Раз исторически восстание масс и «блендерное» равенство стало возможными, значит, массы, даже в инфантильности своей, уже достаточно готовы, чтобы справиться