Возвращение к «заводским настройкам» - Нелли В. Юрьева

но никак не могла окончательно проснуться, так что ему приходилось целовать ее сильнее, слегка покусывая, быть ее покорным слугой, пока она наконец не усаживалась сверху, тогда уж переставала казаться спящей королевой, стонала и рычала жалобно и в то же время страстно. – Покорным слугой? Приходилось целовать? Ломать себя? Это так тяжело и напряжно? Целовать любимую женщину – это услужение? Целовать любимую женщину – это победа для мужчины, одна из форм завоевания.

Здесь же автор пишет, что герой находится в услужении, то есть ему надо и хочется меньше, но он делает над собой усилие, чтобы доставить удовольствие второму участнику. Что же является удовольствием для второго участника? Овладеть первым участником! Вот это поворот.

Главный герой в пассивной позиции. У второго участника либидо сильнее. Уже на первых страницах приводится удивление героя, насколько у Ракель сильнее, чем у него, либидо. И так происходит из раза в раз. Это их обычный сценарий. Женщина ради игры могла бы проделать такое пару раз, но не на постоянной основе. Вывод: Ракель – это мужчина.

Даже такая маленькая деталь как «никак не могла окончательно проснуться» с большей вероятностью говорит о мужчине, нежели о женщине. Есть некоторые отличия в плане сна и диеты у мужчины и женщин. Мужчины быстро просыпаются на сигналы тревоги, но плохо – на прочие (плач ребенка, толкание в бок и др.). Мужчины просыпаются от голода и идут опустошать холодильник. Женщины так никогда не делают, иначе они не смогли бы выкормить младенца. Когда женщина кормит малыша, она постоянно голодная. Что, ей не спать совсем, что ли?

Такое пассивное поведение, как описано у главного героя, убивает потенцию. Мужчина как бы решает: «Нельзя возбуждаться, не сейчас, еще не время, не та обстановка, пока меня не хотят», – и сдерживает сознательно либо подсознательно эрекцию. А поскольку эрекция и есть спонтанность, уменьшается удача в жизни и блекнут краски.

У Ю Несбё в романе все мужчины пассивные. Даже Стёп, которого он называет плейбоем, на деле оказывается тюфяком, считающим, что возбуждение женщины от него не зависит. В романе у Стёпа много женщин, но со знакомства до секса каждый раз идет перескок, и в общем непонятно, за счет чего он их соблазнил. Схема такая – он представляется, дает визитку и потом они сами звонят и напрашиваются. Шта? Так делают только женщины из сферы секс-услуг, и то, если им очень хорошо заплатят, потому что обычно у них и так клиенты есть.

Да, еще обязательно жмут друг другу руки. Я вообще не могу представить, как от делового рукопожатия перескочить на секс в подсобке.

А женщин он представляет уж слишком охочими до секса. Каждая готова через пару фраз завалиться в дом к незнакомому мужчине или сделать это в подсобке, а то и прям у стойки, мимо которой ходят клиенты.

У автора все перепутано. Он называет насильника, шантажом заставляющего спать с собой, проказником и плейбоем (?!).

Вот как он его (Арве Стёпа) описывает:

Ее бедра заколыхались перед его взглядом – они шли в зал. Интересно, есть ли у этих бедер дети? Черные брюки отлично сидели на прекрасно тренированной заднице, и Арве Стёп представил себе эту задницу уже без брюк, на кровати в квартире на Акер-Брюгге. Откажется, пожалуй, слишком профессиональна. – Тоже считает, что влечение женщины – это расчет и от мужчины не зависит. Хотя плейбой бы себя стал оценивать – смогу ли я? Его волнует отношение других людей к нему и он знает, что многое зависит от его собственного поведения, и он готов работать, чтобы изменить отношения с людьми в нужную ему сторону.

Он встретился с ней глазами в большом зеркале у двери, понял, что она заметила его взгляд, и растянул губы в широкой виноватой улыбке. – Виноватой? Так вот как автор представляет себе плейбоя?

А вот как автор представляет себе вечер плейбоя.

Арве Стёп лежал на кровати, сделанной на заказ… Кровать ласкала тело, как гейша… – Здесь пишет скорее о женщине, как об обладательнице более чувствительного тела. Более того, описана женщина, которая пытается где-то добрать возбуждения. «Барышня легли и ждут-с».

Катрина поднималась в лифте. По домофону он сказал ей, что будет ждать в спальне, а дверь в квартиру оставит открытой. – Здесь также женщина. Что это за мужик, который не позаботился о том, чтобы обставить вечер?

Холодный шелк «боксеров» льнул к разгоряченной алкоголем коже. – Тут дамочка из любовного романа. Ср. с Алисой в пеньюаре из примера выше, которая так пыталась добрать возбуждения.

Он услышал, как ее каблуки зацокали по паркету гостиной, медленно, но решительно… Если бы она только знала, что ее ждет… – Так, что же ее ждет? Посмотрим. Заметьте – женщина решительная, а мужчина расслабленный.

Арве: Я хочу, чтобы ты… – Ах, вот что ее ждет! Доп. работка!

Это была не проститутка, если кто не понял. Вот так автор представляет себе эротику. Лежит такой мужик в труселях и манит-манит. Приходит красотка, а он ей – ты это сделай, то сделай, обслужи меня. И женщина такая: «О божечки! Настоящий голый мужик. Где б я еще увидела член? А то на сайте знакомств пачками совсем не присылают».

Такое ощущение, что автор вообще не в курсе, как происходит романтическо-эротическое общение.

Как он описывает возбуждение плейбоя.

Она поднесла бокал с шампанским к губам. Не таким полным, как он любил, но ярким и влажным. – Здесь уже фетишизм.

Женщина продолжала разглядывать происходящее на сцене, так что он мог спокойно изучать ее профиль. Весь целиком. Прямую спину, совершенную по форме грудь. Никакого силикона, наверное, просто хороший бюстгалтер.

Каков механизм фетишизма? Отчего происходит вот это разбирание по частям? Мужчина не может возбудиться сразу на нужную отметку «градусника», когда немного ведет и отрубаются мысли, и потому у него остается пространство для осмысления. И вот он пытается рациональными мыслями «догнаться». Он понимает, что ему не хватает возбуждения и пытается за что-то зацепиться, как-то раскрутить себя.

С Ю Несбё явно что-то не то. Он никогда не видел мало-мальски заинтересованной женщины и смелого в любовных делах мужчины. Он вообще не понимает, как это всё происходит.

При его появлении все встали. Рядом, в качестве его дамы посадили его же заместительницу – выбор скучный, но необходимый. Она была замужем, имела детей и опустошенное лицо женщины, которая проводит на работе от двенадцати до четырнадцати часов ежедневно. Бедные детки. И бедный мужик, на