Развод. В логове холостяка - Ксения Хиж

Развод. В логове холостяка

Ксения Хиж

Глава 1

Мой муж и моя крестница хладнокровно расправились со мной, когда я узнала об их связи. Подстроили аварию, в которой я пострадала, а после исчезла без вести. И вместо моих поисков, они объявляют меня погибшей и отмечают помолвку. Но об этом я узнаю позже, а пока…После аварии я совершенно не помню кто я и откуда. Я узнаю лишь доктора, который спас мне жизнь – загадочный миллионер, хозяин частной клиники, в которой я восстанавливаюсь. Я переезжаю на восстановление в его холостяцкий роскошный дом. Он согласен провести сеанс гипноза и вернуть мне прошлое: мое имя и мою судьбу! Но он просит кое-что взамен... Нас ждет: развод с предателем ✨Загадочное исчезновение новая любовь ✨тайны и загадки прошлого Очень эмоционально ✨ХЭ для тех, кто заслужил!

***

Этот день станет запоминающимся во всех смыслах.

С самого утра я проснулась в приподнятом настроении – к нам снова приехала погостить моя крестница. Выросла моя крошка – уже девятнадцать! Подумать только, как быстро летит время! Ведь еще недавно я ее младенцем держала на руках!

- Взрослая уже! – выдыхаю, прикладывая руки к груди. Смотрю в окно, как Мила бежит к нашему дому.

- Да, время неумолимо! – замечает муж, встряхивая газету.

Мы в браке пятнадцать лет. Мне в этом году сорок. И да, он тоже носил Милу на руках.

- Привет, мои дорогие! – щебечет Мила, залетая в дом. – Я приехала!

- Вовремя ты! – Отзываюсь. – Сейчас на стол накрою, мой ручки!

Кручусь вокруг стола, расставляю приборы.

Подставляю щеку под поцелуй Милы, вынимаю утку из духовки. Пока она смеется за моей спиной с Серафимом, нарезаю овощи на салат. Думаю, что неплохо было бы открыть бутылочку вина, оставляю огурец на разделочной доске и вытерев руки о фартук, подхожу к барному шкафу.

Мила звонко смеется. Муж что-то бубнит. Улыбаюсь. Бросаю на них беглый взгляд в зеркало у барной стойки. И замираю.

Серафим и Мила стоят у окна.

В нашей огромной кухне пять окон, большой стол и двенадцать стульев. На столе белоснежная скатерть и английский фарфор. На окнах в пол – французские шторы; на потолке люстра на цепях с сотней капель хрусталя. Между нами, расстояние в пять метров. Но я все вижу.

Он держит ее пальчики. Нежно.

Она проводит ладонью по его лицу. Страстно.

Озирается в мою сторону, снова льнет к нему. Я же согнулась над бутылками вина. Делаю вид, что выбираю.

Она думает, что я не вижу!

И она целует его …в губы. Мимолетно. Но в губы!

Перед моими глазами рябит. Словно я на мгновение теряю связь с реальностью.

Он целует в ответ.

Мой муж целует ее в ответ в губы!

И отнимает руку, кивая на меня – мол, осторожно, моя женушка еще здесь!

Заставляю себя выпрямиться. Взять первую попавшуюся бутылку вина. Натянуть на лицо невозмутимое выражение. Как робот вернуться к приготовлению салата.

Беру самый острый нож.

Он мне изменяет? С ней?

Чикаю по огурцу.

Звонко. Ритмично. Беспощадно.

Кружочки овоща один за одним отлетают на доску.

За моей спиной? Она? Как можно?

Беру второй огурец и рублю его. Шинкую. Нож стучит о доску. Мое сердце разрывается от эмоций.

Как давно они? Как?!

Спросить прямо сейчас? У обоих? В лицо? Или еще посмотреть, понаблюдать?

Беру красный спелый томат. Не без удовольствия вонзаю в него нож. Режу пополам сочную мякоть. На стол летят красные капли.

- Полина! – вздрагиваю, слыша голос мужа. Резко разворачиваюсь.

Наверное, с моим лицом что-то не так, потому что он выкидывает руки вперед и замирает в метре от меня. Смотрит, выгнув бровь, а потом улыбается.

- Все нормально? Ты побледнела? Давай, я помогу! – не дождавшись ответа, вырывает у меня из руки нож и принимается за зелень и овощи. – Кухарка бы все сделала! Зачем ты ее отпустила?

- Иногда хочется приготовить самой! – пожимаю плечами.

- Твои руки не для этого! Ты же пианистка! Тебя знает весь мир! А ты за ножи берешься!

- Я так хочу быть похожей на тебя! – Мила тут как тут. Трогает меня за плечо, берет помидорку и засовывает в рот. Причмокивает пухлыми губами.

И я вижу ее не ребенком.

Она взрослая женщина!

Она змея!

После обеда перемещаемся в комнату отдыха. За окном дождь и мы решаем посмотреть фильм.

Они решают.

Выбирают.

Я сижу и жду на диване.

Когда кино начинается, а в комнате приглушается свет, Серафим садится слева от меня и кладет на мою коленку ладонь. Мила справа и прижимается к моему плечу.

Меня слегка трусит. Дрожь рассыпается по телу.

Может, мне показалось?

Но поцелуй в губы…

Мужу звонят. Важный звонок по бизнесу и он, извинившись, уходит.

Смотрю на экран во все глаза – там жена главного героя попадает в аварию. И Мила вдруг спрашивает:

- Слушай, Полин, а правда, что при смерти одного из супругов всё достается второму? – она кидает в рот леденец, снова причмокивает пухлыми губами.

- Детям тоже. – Веду плечом, скидывая ее руку с себя.

- Но у вас их нет! – хмыкает.

- А причем тут мы? – Смеюсь напряженно. – Да и будут. Пожили для себя, хватит – квартира, дом, машина, моря, заграницы – всё есть. Карьеру сделали. Теперь можно и деток.

- Ясно. А если смерть до детей? В молодости так скажем?

- Ну и вопросы у тебя. – Треплю ее по волосам. Нервно хмыкаю, задумываясь.

- Ну там, несчастный случай. Жена, например, как в фильме разбилась. – не унимается крестница.

- Тогда всё достанется мужу. – Произношу и пристально на нее смотрю.

Этот маленький комочек, дочка моей единственной подруги, когда-то лежал у меня на руках. Я радовалась ее успехам, как своим: первые шаги, первое слово, улыбка. А теперь она выросла. Надо же, как все-таки скоротечно время!

Бог мне не дает пока детей. Все это отмазки, конечно для любопытных, что надо пожить для себя и прочее. Стать матерью я давно готова. Я созрела. И надо сказать, мы с мужем активно пробуем преуспеть в этом деле, но все пока тщетно.

Серафим и я здоровы, но