Многоликая в сражении. Убойная практика - Олеля Баянъ

Олеля Баянъ

Многоликая в сражении. Убойная практика

Глава 1

— Как это я буду проходить практику во дворце его темнейшества? — вскрикнула я, стоя в знакомых покоях, куда меня проводили, едва меня перенесло из Ильсарриона в академии в мой родной мир. В этих комнатах я жила в прошлый визит в Инарее, столице Надора.

— Рейниса, — Гарджере поклонился мне. — Таков приказ повелителя.

Я отпустила верного подданного правителя Надора и отвернулась. Когда услышала стук двери, зажмурилась. Виарат дор Халденрей — мысленно произнесла я имя тёмного регента. Моего регента. Поцелуй в портальном зале уже казался мне сном, а ночной визит в шатёр Виарата теперь походил на фантазию моего задурманенного разума.

За те месяцы, что я провела в академии, грызя гранит науки и стараясь успешно закончить учебный год, овладеть силой, разузнать о болезни Дамхорфа, следить за военной обстановкой в моей стране, Виарат ни разу не написал мне. Он даже не навестил меня. Нравлюсь ли я ему вообще? Спасибо, что хотя бы прислал своё согласие, чтобы я проходила практику в родном мире.

Вспышку горячих эмоций я подавила, усмирив их долгим, протяжным выдохом.

Всё не так просто. В Рейноране война. Союз Пяти напал на мою страну, и сейчас мой регент руководил объединёнными войсками наших двух стран, чтобы удержать врага на расстоянии от Норана, столицы моей страны. Мы и так отступили, отдав северо-западную часть Рейнорана. К сожалению, потеря ещё больших территорий будет означать крах для нашей страны и её народа.

Да, я знала о том, что творилось на передовой. Тюр Лавычун мне снова стал писать. Видимо, его темнейшество разрешил ему отправлять письма и информировать меня о происходящем. Вот только приближаться к войскам запретил. А как ещё можно назвать моё заточение во дворце регента?

Грустить мне не дали. Ещё до обеда во дворец прибыл важный для меня гость — лорд Рейлан Дамхорфъ. Его привёз Мариан, его младший сын и один из моих личных гвардейцев-метаморфов. Опекун за время моего отсутствия исхудал и теперь даже руки поднять не мог. Его потрескавшаяся кожа свисала и приобрела синюшный оттенок. Ногти потемнели, как и губы. От былого воина в иссохшем старике, сидевшем в кресле, не осталось ни следа.

— Его темнейшество посчитал, что вам будет полезно заняться этим пациентом, — сообщил Гарджере.

А что же сам повелитель не пришёл? Так мне хотелось это выкрикнуть, но я сдержалась, понимая, что напугаю своего опекуна, в котором и так едва теплилась жизнь.

Тем же днём я приступила к лечению лорда Дамхорфа. Черная паутина, которая опутывала всё его тело, пожирала своими щупальцами и его органы. Ещё немного, и она доберётся до сердца и мозга. Первые попытки распутать эти нити

закончились ничем. Я выбилась из сил и рухнула на пол, так и не дойдя до своей комнаты.

Утро я встретила с раскалывающейся головой и болью в мышцах, но в своих покоях и в своей постели. Никто так и не сказал, как я оказалась в ней. Вчера я впервые потратила очень много сил. Опекуну стало только хуже после моего вмешательства, когда я навестила его. Мариан пытался выглядеть спокойным, но его выдавал бегающий взгляд и нервные движения.

Снова повторять вчерашний «подвиг» не хотелось, но и отступать от своего слова тоже. И я, подкрепившись не только завтраком, но и тонизирующими зельями, которые сварила под руководством Грызарура, приступила к медитации. Должна же была быть польза от клятвы лекарей.

То ли я была настроена решительно, то ли магистр Бремосси отточила моё умение входить в связь с другими целителями, но я провалилась в «опыт» других лекарей, связанных той же клятвой, что и я.

Перед моим взором разворачивались воспоминания врачевателей. Они были похожи на мираж, сквозь них проступала обстановка комнаты. C помощью моргания век я переходила к следующему событию. В своих поисках я увидела немало вылеченных ран. Многие лекари вытаскивали своих пациентов словно с того света. Некоторые из целителей даже умирали, отдав все свои силы. Они могли спасти, и они спасали, потому что клятва не отпускала их до самого конца.

Горячие слёзы заструились по моим щекам. Именно об этом предупреждала меня декан нашего факультета, Шартолла Бремосси, только я её не слышала. Слушала, но не слышала. Не в полной мере я понимала, о чём она говорила. Теперь я ясно видела, что эта клятва связала руки мне как правителю.

Я смахнула слёзы с лица и застыла, потому что увидела лечение больного, которого поразила та же болезнь, что и лорда Дамхорфа. Во все глаза я следила за действиями лекарей. Их было несколько. Один из них «остужал» пациента, а другой нагревал саму паутину, которая оплетала тело страждущего. Эта паутина грязными каплями выступала на теле. Третий лекарь, чьи руки были в кожаных перчатках, их осторожно собирал бинтом и тут же складывал в пиалу, где их сжигали.

Кропотливая работа заняла у них много времени, а я подсчитывала и прикидывала в уме, кто сможет выступить моим ассистентом.

— По указу его темнейшества все лекари и целители призваны в войска. В города и сёла лекари направляются посменно, чтобы не допустить возникновения эпидемий и чтобы простые люди могли обратиться за помощью, — отрапортовал Гарджере. — Во дворце нет целителей. Знать может сама вылечить мелкие болезни при помощи зелий и своих заклинаний.

Дослушивать его объяснения я не стала и вышла. Все мои мысли были о том, как охладить тело опекуна. Пришлось забежать на дворцовую кухню и стребовать весь лёд. Обложила им лорда Дамхорфа. Мариана заставила надеть кожаные перчатки, выделила ему сложенные бинты, чтобы он собирал то, что будет проступать на коже его отца. Для себя приготовила парочку тонизирующих зелий. Проверила в кармане свой кристалл, которые получал каждый адепт, прошедший испытание и зачисленный в академию Изумруд. Когда у меня закончатся силы, возьму из него. Затем настанет очередь снадобий.

Я глубоко вдохнула, настраиваясь на долгую и изнуряющую работу. Бросила вопрошающий взгляд на Мариана. Он кивнул, давая понять, что готов. Как сын метаморф не меньше моего желал выздоровления своему отцу. Глубокий выдох, и я раскрыла свою искру.

Из солнечного сплетения вырвались сияющие жёлтым нити, которые побежали по рукам, сосредоточились в ладонях и рассыпались по пальцам. Они сорвались с подушечек пальцев и впились в правую руку лорда Дамхорфа. Лечение началось.

Я плавила