Проверка на прочность - Эль Кеннеди

Эль Кеннеди

Проверка на прочность

Elle Kennedy

BODY CHECK

Печатается с разрешения литературных агентств New Leaf Literary & Media, Inc и Andrew Nurnberg.

Дизайн обложки Екатерины Климовой

Иллюстрация на обложку Анны Лавреновой (Levanda Art)

BODY CHECK

© 2009 by Elle Kennedy; 2024 by Elle Kennedy, revised text edition

© А. Иевлева, перевод на русский язык

© А. Лавренова (Levanda Art), иллюстрации на обложку

В оформлении макета использованы материалы по лицензиям © shutterstock.com

* * *

От автора

Я написала эту книгу, когда мне было слегка за двадцать. Поверьте, никогда в жизни я не испытывала такой радости, как в тот день, когда мне позвонила редактор из Harlequin Blaze и сказала, что хочет купить мой роман.

И, позвольте сказать, было сюрреалистично читать ее снова, почти двадцать лет спустя. Будучи писателем, я каждый день оттачиваю навыки. Порой я смотрю на книгу, написанную год назад (что уж говорить про десять лет!), и думаю: «Вот же черт, у меня стало получаться намного лучше». Впрочем, «Проверка на прочность» уникальна еще и потому, что это самый первый мой современный любовный роман – и первый любовный роман о хоккее.

Если вы читали остальные мои книги, то знаете, что в одной из самых продаваемых моих серий действие разворачивается в мире студенческого хоккея. Я обожаю любовные романы о спорте и очень счастлива, что стабильный тираж получила в первую очередь именно серия историй о хоккее.

Когда меня попросили добавить кое-что новое в книгу, выпущенную столько лет назад, я приятно удивилась и невероятно испугалась. Задача стала настоящим вызовом, но я с восторгом взялась за ее выполнение. Хейден и Броди всегда будут занимать особое место в моем сердце, и я ужасно благодарна, что мне дали возможность пройтись по тропе воспоминаний. Надеюсь, вам понравится обновленная и расширенная версия книги «Проверка на прочность».

Приятного чтения!

Эль

Глава первая

– Мне правда надо с кем-нибудь перепихнуться, – вздохнула Хейден Хьюстон. Она взяла со стола из дерева махогани бокал красного вина и сделала небольшой глоток. Вино было горьковатым, терпкий вкус утолил жажду, а вот унять раздражение было гораздо сложнее.

Не помогали делу и фотографии, развешанные на стенах бара «Ледяной дом». Снимки хоккеистов в момент броска, карточки дебютирующих игроков в рамках, групповые фотографии «Чикаго Уорриорз»… Казалось, куда бы она ни пошла, на каждом шагу Хейден преследовал спорт. Понятное дело, она являлась дочерью владельца команды, но было бы приятно хотя бы иногда иметь возможность сосредоточиться хоть на чем-то еще, кроме хоккея.

Например, на сексе.

Сидящая напротив Дарси Уайт ухмыльнулась.

– Мы два года не виделись, и тебе больше нечего сказать? Что, профессор, ни одной байки о жизни в Беркли? Никаких глубокомысленных лекций об импрессионизме?

– Глубокомысленные лекции я оставлю студентам. А что до баек, секс ни в одной из них не фигурирует, поэтому давай не будем терять время. – Хейден провела рукой по волосам и обнаружила, что весь объем, который она пыталась придать прядям перед походом в «Ледяной дом», улетучился.

Мусс для пышной укладки? Ага, как же. Судя по всему, ее прямые каштановые волосы попросту отказывались выглядеть иначе.

– Ладно, раз уж ты хочешь, чтобы я спросила, спрошу, – сдалась Дарси. – Почему у тебя на уме один секс?

– Потому что у меня его нет.

Дарси пригубила вина.

– Ты разве не встречаешься с парнем из Калифорнии? Как его… Дэн? Дрейк?

– Даг, – поправила Хейден.

– Сколько вы уже вместе?

– Два месяца.

– И у вас до сих пор не было секса?

– Не-а.

– Ты ведь шутишь? Он что, упал? – На мгновение Дарси замолчала, и на лице ее появилось задумчивое выражение. – Или лучше сказать, что он… не встал?

– О, стоит у него прекрасно. Он просто хочет, цитирую: «Чтобы мы полностью узнали друг друга, прежде чем перейдем мост близости».

Дарси загоготала.

– Мост близости? Милая моя, да он, похоже, полный лох. Брось его. Сейчас же. Пока он снова не заговорил о мосте близости.

– Мы вообще-то сделали перерыв, – призналась Хейден.

– После двух месяцев?

– Ага. Перед отъездом я сказала ему, что мне нужно немного пространства.

– Пространства? Ну-ну. Тебе нужен новый парень, ясно?

Господи, вот это просто последнее, чего ей хотелось. Снова забрасывать удочку в море мужиков и кого-то ловить? Нет, спасибо. После трех неудачных отношений за последние пять лет Хейден решила не влюбляться в плохих парней и сосредоточиться на хороших. А Даг Ллойд определенно соответствовал ее требованиям. Он преподавал курс по искусству Возрождения в Беркли, был умен и остер на язык, а еще, как и она, ценил любовь и преданность партнеру. Хейден воспитал отец-одиночка, и ей всегда хотелось найти человека, с которым можно остепениться и вместе состариться.

Хейден была совсем малышкой, когда автокатастрофа унесла жизнь ее мамы, а отец отказался от всяких попыток вновь найти любовь и следующие двадцать лет посвятил карьере тренера по хоккею. Три года назад он наконец-то женился, но, как подозревала Хейден, толкнула его на этот поступок не столько любовь, сколько одиночество. Иначе зачем делать предложение женщине, с которой встречаешься всего четыре месяца?

Да еще и женщине на двадцать девять лет младше тебя.

Женщине, с которой он теперь разводился.

Что ж, в планы Хейден совершенно не входило следовать отцовскому примеру. Она не собиралась проводить несколько десятилетий в одиночестве, а потом нестись под венец с человеком, с которым у тебя нет ничего общего.

Даг считал точно так же. Он был традиционалистом до мозга костей, считал, что браком надо дорожить и не спешить со столь ответственным делом. Кроме того, тело у него было крепким, как скала, и у Хейден от его внешности сразу текли слюнки. Он даже позволил ей коснуться себя… однажды.

Они были у нее дома, в Сан-Франциско, целовались на диване, и она скользнула руками под его рубашку. Пробежала пальцами по накачанной груди и пробормотала: «Давай переберемся в спальню».

Тут-то Даг и сбросил на нее бомбу: мол, никакого интима. Заверил, что его невероятно влечет к Хейден, но, по его мнению, с сексом, как и с браком, не стоит торопиться. Он хотел, чтобы их первый раз был особенным.

И, сколько бы она ни