Измена. Я заставлю вас страдать - Кристи Майская

Кристи Майская

Измена. Я заставлю вас страдать

1 глава

— Антонина Петровна, — я стояла за спиной главного кассира, — можно вас на минутку? — спросила я у женщины сорока семи лет. На её лице появилось недовольно-уставшее выражение. Окинув меня взглядом, она лишь махнула головой в сторону подсобки. Эта комната была её импровизированным кабинетом. Мы шли молча, под любопытные взгляды коллег.

— Ну, что там у тебя? — бросила она небрежно, садясь на угол стола. Я вытерла вспотевшие ладони об брюки.

— Мне нужны два выходных на эти выходные, — быстро и чётко сказала я. Она усмехнулась, но её губы дрогнули в подобие улыбки.

— Долго смелости набиралась? — спросила она, а я в этот момент сдалась. Дело в том, что я очень боялась её, как и весь персонал. Строгая женщина со стальным характером. Она никому не давала слабину.

— Долго, — наконец смогла промямлить я, — мне очень надо. У мужа будет новогодний корпоратив, как же он без меня пойдёт, там же все парами будут.

— Ну и пусть идёт, найдёт другую, а ты наконец избавишься от него. — у меня рот открылся от шока.

— Вы что такое говорите? — впервые я повысила на неё голос, — что значит, другую найдёт? У нас семья, мы любим друг друга. — Антонина Петровна подняла руку в знак молчания.

— Послушай меня очень внимательно. Не так, будто я вредная начальница или сварливая старая жаба, какой вы меня все тут считаете. Семья — это когда всё вместе, и горе, и радость. У тебя нет семьи.

— Вы ничего о нас не знаете, как вы можете судить! Кто вам дал на это право? — я злилась на неё и её слова. Что она вообще понимает?

— Никто мне ничего не давал, но я не слепая. Ты работаешь по две смены, берёшь дополнительные. Ты здесь работаешь три года и до сих пор ходишь в этом ужасном малиновом пуховике. Напомни, откуда он у тебя? — я поджала губы и опустила взгляд на пол. — Молчишь? А я помню, как твоя свекровь пришла сюда и вручила его тебе с торжественным видом. Они тот день купили новое пальто младшей сестре твоего мужа.

— Вы помните? — удивлённо спросила я, подняв голову. Она вздохнула.

— Конечно, я помню. У меня такая работа — всё помнить и знать. — отрезала она.

— Ну, она уже из него выросла, а мы же экономим… — начала я оправдываться. Мне стало стыдно, что посторонний человек знает о деталях моей семьи. Мне самой уже надоело выглядеть как подросток, но сейчас мы не могли ничего себе позволить. Мы копили на ипотеку, на первый взнос. Это я и сказала Антонине Петровне. На что она неожиданно рассмеялась.

— Это ты экономишь, а твой муж не экономит. Я видела его, когда он заходил к тебе на прошлой неделе. Там даже и не пахнет экономией.

— Он работает консультантом в большом строительном магазине. Ему следует выглядеть аккуратно.

— А ты — кассир! Ты тоже должна выглядеть как с иголочки. — она вдруг схватила меня за руку и потянула к себе. — Посмотри! Где маникюр? А кожа? Такое чувство, что трогаешь наждачную бумагу, а не прикасаешься к рукам молодой девушки. — я вырвала свои руки и прижала их к груди.

— Это от химикатов. Я подрабатываю в клининговой фирме. — Антонина Петровна страдальчески простонала в голос, запрокинув голову назад.

— Господи! Какие же мы дуры! — с чувством воскликнула она. — Включи мозги! Тебя используют, а ты ещё и рада. Мужчина должен содержать семью, а любящий мужчина никогда не позволит, чтобы у его любимой трескалась кожа на руках, чтобы она не работала как лошадь. — она взяла меня за руку, но на этот раз нежно, по-доброму. — Алиса, ты хорошая девушка, но слишком добрая. Сними розовые очки, пока не стало поздно. — потом она вздохнула, и повисло минутное молчание. — У тебя переработка, так что теперь ты выйдешь только в следующем году. — она задумалась. — Пятого числа нет, двенадцатого. — я замотала отрицательно головой.

— Нет, что вы? Это слишком много, я же потеряю в зарплате.

— Нормально. Зато будет время поработать над собой, может быть, даже над своей жизнью. А теперь иди, и так столько времени у меня заняла. — я попыталась возразить, но она не стала слушать. Просто вышла из каморки, оставив меня там одну.

С ней спорить не было смысла. Поэтому я молча пошла переодеваться. Моя смена закончилась, а она ясно дала понять, что больше не позволит мне работать лишние часы.

Я быстро добралась до дома. К счастью, моя работа находится в десяти минутах ходьбы от дома. Мы пока снимаем эту квартиру, но в ближайшем будущем планируем взять ипотеку. По моим подсчётам, не хватает всего чуть-чуть.

Открыв дверь своим ключом, я очень удивилась, когда увидела обувь мужа. Обычно Антон не приходит домой раньше восьми, а бывает и до поздней ночи задерживается.

Из глубины квартиры раздавался его голос. Прислушавшись, я очень удивилась, услышать нотки нежности в его голосе. Не раздеваясь, прошла в квартиру. Антон стоял около серванта, где мы хранили наши накопления, параллельно разговаривая с кем-то по телефону.

— Конечно, я куплю тебе ту сумочку, моя сладкая кошечка, — ласково мурлыкал он в трубку. — И те сережки тоже. Моя страстная кошечка заслуживает самого лучшего. Мур-мур-мур… — произнёс он, покрывая телефон воздушными поцелуями. Меня чуть не стошнило от этого. Хорошо, что я сегодня забыла пообедать. — Скоро буду, не скучай. Целую…

На последнем слове я громко хлопнула входной дверью и сразу прошла в квартиру. Антон всё ещё стоял, сжимая в руках свой телефон. Он был бледен, даже губы посинели от того, как сильно он их сжал. Глаза смотрели только на меня, и я видела в них страх.

— Алиса?.. А что ты здесь делаешь? — я хмыкнула. Это самый тупой вопрос, который можно задать жене, которая вернулась домой.

— Живу, а ты? — муж растерялся, его взгляд быстро бегал по залу. Я подошла ближе и подвинула к себе шкатулку, где мы хранили наши накопления. — Зачем достал шкатулку? — я сделала вид, что задумалась, а потом щёлкнула пальцами перед его носом. — Точно! У тебя же сегодня зарплата. — и с этими словами протянула к нему руку ладонью вверх. Муж часто заморгал, переводя взгляд с моей ладони на меня, а я вытащила все деньги и начала их пересчитывать.

— Зарплата?.. — переспросил он, проводя ладонью по своему лбу.