Девочка на замену - Анна Шнайдер

Девочка на замену

1

Артём

Он застыл посреди институтского холла, как громом поражённый.

Хотя нет, каким ещё громом? Дурацкое выражение. Молнией! Артём чувствовал себя так, будто молния ударила ему прямиком в макушку, прошив тело сильнейшим разрядом, но почему-то оставила в живых. И теперь он, живой, почти не дыша наблюдал за девушкой, которая шла от гардероба по направлению к лифтам.

Родин ни разу её не видел. Болела? Или просто не замечал? Но не замечать он не мог — слишком уж эта девушка оказалась похожа на Олю. На его милую и добрую Олю, которую он безумно любил — но она выбрала другого.

Такие же светлые волосы, заплетённые в простую косу. Низкий рост, пухленькая фигура с крутыми бёдрами и большой грудью, да и одежда в том же стиле — джинсы и простой вязаный голубой свитер. На лицо девушки Артём смотрел лишь несколько мгновений — потом она отвернулась, — но оно тоже показалось ему очень похожим на лицо Оли.

— Миш, кто это? — спросил он однокурсника хрипловатым голосом, кивнув в сторону уходящей девушки.

— А? — Миша, копавшийся в собственном телефоне, вскинул голову и нахмурился, подслеповато щурясь за стёклами очков. Артём общался с ним последнюю неделю больше всего — во-первых, потому что серьёзный Карпов был старостой и взял новичка под своё покровительство, решив помочь поскорее адаптироваться, а во-вторых, потому что Миша ему на самом деле нравился. Он был полной противоположностью тех ребят, с которыми Артём знался в Москве, — простой, без малейшего выпендрёжа, он вызывал у Родина симпатию.

— Ну? — поторопил Мишу Артём, но тот, кажется, не понял, о ком спрашивал Родин.

— Ты про Веронику, что ли? Которая рыженькая, у расписания стоит?

— Нет! Девчонка к лифту идёт. Пухленькая, со светлой косичкой.

— А-а-а! — Миша улыбнулся. — Это Аля. Выздоровела наконец! Две недели пропустила, сейчас будет нагонять.

— Аля? — В сердце кольнуло: даже имя почти такое же, невероятно.

— Алевтина, если полностью. Но Алевтина ей как-то не идёт, мы её Алей называем. Хорошая девчонка. Понравилась, что ли? — Миша лукаво посмотрел на Артёма. — У неё вроде нет никого, насколько я знаю.

В сердце вновь кольнуло.

— А она в нашей группе?

— В нашей, в нашей. Сейчас познакомлю вас. Слушай, а почему у тебя такой вид, будто ты привидение увидел?

— Не привидение, просто похожа ваша Аля на одну девушку… — вздохнул Артём, совсем не думая, стоит ли это вообще говорить новому другу или нет. — Я её очень любил. Там, в Москве. А она не меня выбрала. Вот я сюда и перевёлся — не мог на счастливых голубков смотреть, как ножом по нервам.

— Поня-я-ятно, — протянул Миша с сочувствием. — А я всё удивлялся, чего тебя к нам занесло. Обычно бывает наоборот, народ в Москву стремится, а не из неё. Ладно, пошли! Лекция через пять минут начинается, пора. Если повезёт, сядешь рядом с Алей, — подмигнул Артёму однокурсник, но Родину было не до шуток сейчас.

Он ощущал одновременно растерянность и нетерпение. Хотелось увидеть девушку, похожую на Олю, и в то же время…

А дальше-то что?

2

Артём

Он начал учиться здесь неделю назад, когда первый семестр третьего курса перевалил за половину. На дворе стоял ноябрь — не самое подходящее время для перевода в другой институт, но Артём тем не менее провернул эту авантюру. И пока не жалел. Хотя после столичного размаха провинциальные габариты вообще не впечатляли. В местном институте был один корпус, где помещались студенты всех факультетов и курсов, и перед зданием располагался не большой сквер и просторная стоянка для автомобилей, а крошечный двор с парочкой куцых кустов сирени. Сразу за кустами находились забор и дорога с автобусной остановкой. Общественным транспортом здесь пользовались практически все — потому что машину поставить было негде, — и Артём не стал исключением. Трясся каждое утро до учебного корпуса пару остановок, подпрыгивая на кочках и ухабах и с удивлением разглядывая местные автобусы. Это были ещё советские пазики, слегка вонючие и дребезжащие, внутри которых Артём чувствовал себя так, будто перенёсся назад в СССР. Даже расплатиться за проезд здесь можно было лишь наличными, терминалы у водителей работали из рук вон плохо.

В общем, романтика. Но Артёму понравилось — хорошо отвлекало от уныло-тоскливых мыслей.

Рассказал бы ему кто год назад, что он переведётся в провинциальный институт из-за несчастной любви, — и Родин знатно посмеялся бы, полагая, что подобное невозможно. Особенно если бы ему назвали имя девушки: Оля Зимина. Но теперь было не до смеха.

Оля выбрала не его — и когда она объяснялась с Артёмом, ему казалось, что она выдирает сердце из его груди раскалёнными щипцами. Было горячо и больно, а ещё безумно обидно. Обидно, что он так старался завоевать Олю, но не получилось. Её любовь к нелепому однокурснику с дурацкой фамилией Клочков была сильнее.

— Ты с ума сошёл? — спросил Артёма отец, когда он озвучил родителям решение перевестись в другой город и заканчивать учёбу уже там. — Я всё понимаю: любовь-морковь. Но зачем так радикально? Жертвовать образованием из-за того, что девушка выбрала не тебя, — это как-то по-детски, Артём. А если ты в новом институте точно так же вляпаешься в другую девчонку? Опять будешь переходить?

Артём безумно удивился: в кого он может вляпаться после Оли? Он даже не представлял, какой должна быть девушка, чтобы его впечатлить. Да это просто нереально!

— Не волнуйся, пап, не вляпаюсь. И жертвовать я ничем не собираюсь — журфак того института тоже на хорошем счету.

— Ну ты сравнил, — хмыкнул отец, но в итоге махнул рукой. — Ладно, делай как знаешь. Квартиру я тебе оплачу, как найдёшь, чтобы в общаге не жил. Но на большие суммы в месяц не рассчитывай.

— Не страшно. Мне полезно поэкономить.

Отец посмотрел на Артёма с ироничным удивлением и произнёс то, из-за чего настроение у парня ещё больше испортилось:

— Жаль, что та девочка тебя отшила. Она на тебя хорошо влияла, положительно. Ты наконец взялся за ум. Будет обидно, если опять поглупеешь.

— Не поглупею, — хмуро