Неподходящая невеста высокородного - Мариэм Санди

Неподходящая невеста высокородного

ГЛАВА 1

Тишина в кабинете мне бы даже нравилась, если бы ее не нарушало прерывистое сопение человека, привязанного к стулу напротив.

Интересно, это кто из подручных отца такой эстет, что нашел настоящие веревки в наше время?

От человека пахло страхом и дешевым одеколоном - сочетание, от которого слезились глаза. Ну, мои по крайней мере, у него они, кажется, слезились по другому поводу.

Мой личный источник развлечения пытался сделать вид, что изучает узор на полу.

Милый. Надеюсь, он там найдет ответы на свои грядущие проблемы.

- Значит, так, - начала я, весело подбрасывая в руке нож. Он вздрогнул. Отлично.

- Мистер Винс, наш бухгалтер, утверждает, что мы потратили сумму, достаточную для покупки маленького спутника, на «медицинское оборудование» для приюта Святой Элизы. Странно, но единственное, что там появилось - это новая брошь у настоятельницы. Бриллиантик. Скромненький такой бриллиантик, маленький. Так обделять сообщников... И не стыдно вам?

Я расстроено покачала головой.

Его глаза забегали, пытаясь найти волшебную точку в пространстве способную придать его взгляду правдивости. Но ее не было. «Ну же, милый, давай, сыграй в наперстки. Я всегда угадываю».

- Я не... Это клевета! Какие сообщники! Все документы в порядке! - его голос затрещал, как старый голограмматор.

- Ах, документы! - я захлопала в ладоши с видом полнейшего восхищения. - Я обожаю документы! Особенно те, что пахнут свежей краской и отчаянием. Знаешь, что НЕ пахнет отчаянием? Твой банковский счет. Вернее, его внезапное и чудесное преображение три недели назад. И счет твоей жены. И, о чудо, счет твоего сына! Прямо семейная магия процветания.

Он побледнел так, что стал практически прозрачным. «Отлично, скоро сквозь него можно будет новости смотреть».

- Это наследство! - выдохнул он. - От тетушки!

Я восхищенно приложила руку к сердцу.

- О, какая щедрая тетушка! И какая своевременная. Прямо сказочная фея. - Я наклонилась к нему, понизив голос до доверительного шепота.

- Скажи честно, ты же понимаешь, что ты влип в историю по уши?

Он просто затрясся, бедняга. Мне почти стало его жаль. Почти.

Папочка, в свободное от криминала время, приглядывает за парой приютов, анонимно... И к несчастью этого мужичка, он украл именно наши деньги. Мы их, конечно, тоже украли, но это ж другое дело!

- Ладно, шутки в сторону, - вздохнула я, отбрасывая нож на стол. - Время выслушивания дурацких оправданий окончено. У тебя есть время ровно до завтрашнего рассвета, чтобы вернуть украденное. В двойном размере. Подумай об этом как о. налоге на глупость и не информированность. Альтернатива - твоя чудесная тетушка внезапно обзаведется тремя новыми урнами с прахом по соседству. С именами всей твоей семьи. Ясно?

Он закивал так, что я всерьез начала бояться за состояние его шейных позвонков.

- Кристально! Я все сделаю! Все!

- Выведите нашего мецената, - бросила я охраннику. - И проветрите кабинет.

Когда дверь закрылась, я плюхнулась в кресло отчима, закинув ноги на его идеально чистый стол. Представление окончено. Аплодисментов, как всегда, не будет. Только тишина и легкое послевкусие чужой паники.

Дверь открылась снова, впуская того, ради кого весь этот цирк и затевался. Арэн Ролд. Человек, который смотрел на мир, как на шахматную доску, а на людей - как на пешки. На всех, кроме меня и моей покойной мамы.

- Ну?

- Стандартный набор: воровство, ложь, наивная вера в то, что наличие мертвой тетушки может ввести кого-то в заблуждение. Вернет все с процентами. Скучно до зубной боли. Просто идиот, который не знал у кого лезет воровать.

Отец усмехнулся, и его тяжелая рука легла мне на плечо. Своего рода отцовская ласка, если твой отец - бульдозер.

- Я всегда могу на тебя положиться, Рида.

- О да, - я широко улыбнулась ему.

В глазах отца мелькнуло что-то похожее на гордость. - Устала?

- Отец, я устаю когда заняться нечем. Это представление - единственное, что скрашивает мои бессмысленные деньки. Где еще я могу бесплатно посмотреть на такие образцы человеческой глупости? В театр ходить дорого.

- Дорого? Ты выучила новое слово?

Я фыркнула, не такая уж я и транжира! К тому же... да у нас денег столько, что не потратить за жизнь. А заботиться о благосостоянии детей и внуков я не собиралась. Как и заводить их.

Он потрепал меня по плечу, - Пошли уже есть, или сегодня опять меня бросишь?

- Если не сменим повара, я начну шляться по ресторанам, так и знай, - пригрозила я.

Отец только возмущенно посмотрел мне в ответ, он искренне верил в кулинарные таланты нашего повара, имеющего склонность к кухне приграничных планет. Это всегда было что-то не до конца убиенное, в остром соусе или приправах.

Струящийся свет от голографических панелей в столовой создавали уютную атмосферу, пара сервировочных дроидов замерла у стены, когда была жива мама, она часто сама готовила нам и, за три года после ее смерти, я так и не привыкла, входя сюда и не видеть ее суетящуюся на кухне.

Отец занял свое место во главе стола, а я опустилась напротив, машинально следя, как дроид-официант с мягким жужжанием расставляет перед нами тарелки. На них загадочно дымилось нечто темно-бордового цвета, усеянное блестящими, словно осколки стекла, кристаллами специй.

Арэн с аппетитом взял вилку, но заметил мой неподвижный взгляд.

- Что-то не так?

Я ткнула вилкой в загадочное блюдо. Оно слегка затрепетало.

- Пап, ты точно уверен, что наш повар не готовит по учебнику «Съедобная биофлора ксенопланет: выживание в экстремальных условиях»?

- Не будь предвзятой, Рида. Это блюдо считается деликатесом.

-Интересно где, - пробормотала я, но все же отломила крошечный кусочек. На вкус оно оказалось... острым, соленым и с явным привкусом чего-то химического. Я потянулась за стаканом воды.

Отец фыркнул, но есть перестал. Его взгляд стал серьезнее.

- Шутки шутками, но сегодняшний «образец человеческой глупости» был опаснее, чем кажется. Он не просто украл. Он попытался скрыть следы через подпольные биржи. Это уже не мелкое мошенничество, это вызов.

Я отпила воды, смывая странное послевкусие.

- Я знаю. Я отследила два перевода до того, как они растворились. Но его испуг был подлинным. Он действовал по глупости, не по злому умыслу. Думал, что он умнее всех. Обычное дело.

- Глупость,