Эльверион: возрождение Света - Екатерина Владимировна Овсянникова

Эльверион: возрождение Света

Екатерина Овсянникова

Пролог

Что такое ночь? Каждый на этот вопрос ответит по-разному. Кто-то думает, что это миг, когда солнце прячется за горизонт и уступает место луне и звездам. Для кого-то ночь — это темно-синее, словно бездна, небо. Большинство скажет, что ночь — это пора для отдыха и сновидений, чтобы набраться сил для нового дня. И только жители Лориэндара ответят, что в это время суток жизнь как раз только начинается…

Как только ночь окутала землю покрывалом мрачных облаков, по огромному городу гулом пронесся громкий гудок. Вооруженные облаченные в доспехи эльфы-стражи забегали по пограничным стенам, чтобы сменить собратьев в карауле, новый отряд новобранцев приступил к тренировкам, а кузнецы заменили своих напарников в мастерских у наковален. Жизнь в огромном военном форпосте Лориэндар не останавливалась ни на миг — работа имелась для всех и каждого. Разве что совсем маленькие эльфийские дети могли насладиться моментом и потратить время на игры…

За происходящим вокруг через телескоп из зала самой высокой башни огромного форта наблюдал генерал-майор Зарталор по прозвищу «Зоркий глаз». Вместо левого глаза у него давно стоял зачарованный протез, но это нисколько не мешало ему в битве. Скорее наоборот, видел он теперь даже лучше, чем остальные эльфы. Прямо сейчас мужчина с хвостом из черных длинных волос как раз высматривал, все ли в порядке за стенами и внутри них. Тишина и порядок все-таки вещи непостоянные, как пламя. Малейшая искра — и полыхнет так, что разгребать последствия придется долго…

Погода, правда, немного обзор портила. За окном бушевала настоящая гроза: молнии озаряли темноту ночи светом, а проливной дождь бурно заливал улицы и дорожки, но эльф все равно не переставал разглядывать каждый уголок колонии, пока тишину в зале не нарушил тихий скрип двери. На пороге возник силуэт не то монстра, не то эльфа — массивные руки и ноги мужчины обросли шерстью, за спиной виднелись большие перепончатые крылья, а из головы торчали изогнутые рога. Крепко сжимая когтистой лапой меч, существо медленным шагом прошло к центру зала и с тяжелым вздохом плюхнулось на длинный диван. Не поведя и ухом, Зарталор заговорил с гостем.

— Выглядите мрачно, генерал Раэдгар, — заметил он, не отвлекаясь от наблюдения. — Начались трудности с перевоплощением?

— Как будто их раньше не было… — прошипело чудовище и болезненно сморщилось, откинувшись на спинку дивана.

Эльф отошел от телескопа и присел рядом с командиром. Примерно с минуту он наблюдал, как внешность его командующего меняется на привычную эльфийскую, но от некоторой части нечестивого облика избавиться не получилось. Например, от когтей и рогов.

— Восстановление контроля явно дается вам все хуже и хуже. Вам следует перестать перевоплощаться, пока вы не стали одним из них.

— Как будто без тебя не знаю, генерал-майор, — фыркнул на него Раэдгар. — Но ты же прекрасно понимаешь, что иногда у нас нет иного выбора.

Зарталор вздохнул и подошел к столу. Содержимым одной бутылки из синего стекла он наполнил огромную кружку, которую протянул генералу.

— Держите. Немного притупит боль и, возможно, поможет прийти в себя.

Жадно опустошив содержимое, Раэдгар с грохотом поставил кружку на стоящий рядом миниатюрный столик и снова откинулся назад. Хватаясь за голову, эльф стонал и извивался от боли, но в итоге так и остался при рогах. Исчезли только когти.

— Похоже, полностью превращение уже не обратить, — заметил Зарталор, внимательно осмотрев командира. — Вам следует быть аккуратным и не пользоваться силой без явной на то нужды.

— А что именно ты имеешь в виду под явной нуждой? — съязвил генерал, оскалившись. — Когда очередной бунтовщик решит показать, кто здесь умнее? Или, может, нападение найхаширов, убивающих всех без разбору, даже детей? Ты же не хуже меня знаешь, что в борьбе с «крадущими души» другого способа просто нет!

— Для этого у вас есть мы, генерал, — пожал плечами генерал-майор. — Преданные воины, готовые на все ради благополучия народа. Вам не обязательно идти на битву в первых рядах. Поберегите здоровье, офицеры обо всем позаботятся.

— Спасибо за предложение, друг, но я как-нибудь сам разберусь, как мне жить, — первые слова прозвучали спокойно, а потом голос Раэдгара обрел рычащие нотки. — Мои предки никогда не отсиживались трусливо в глубинах крепости, и я тоже не стану! Даже если в итоге отдам Тьме душу…

Зарталор мрачно вздохнул и направился к выходу.

— Тогда постарайтесь, пожалуйста, чтобы это случилось не настолько быстро…

Когда дверь закрылась, Раэдгар изо всех сил ударил кулаком по столику и снова схватился за голову. Текущая по его жилам темная энергия до сих пор бушевала в разуме приступом ярости. Хотелось бить и крушить все вокруг, но он сдерживался, чтобы не натворить глупостей. А ведь до полного обращения ему еще далековато.

Что будет, когда он окончательно лишится рассудка и пополнит ряды норхаши — эльфов, отдавших душу Тьме без остатка?

В надежде отвлечься, Раэдгар резко поднялся и направился к выходу. Голову, правда, пришлось пригнуть — из-за рогов он теперь не проходил нормально в дверной проем. Не обращая внимания на холодный дождь, он вышел на закрытую тренировочную площадку и начал оттачивать и так уже идеальные удары, попутно вымещая злость на манекене. Столько веков позади… И никакой надежды на светлое будущее! Несправедливо! Чем же его народ заслужил такие страдания?

От еще одного особенно яростного удара укрепленная мишень треснула и разлетелась пополам. Вздохнув и бросив меч, эльф устремил взгляд к луне. Сине-черные длинные волосы насквозь промокли, серая с легким фиолетовым отливом кожа покрылась мурашками от холода дождя, но генерал смиренно стоял, не сводя глаз с неба.

— Похоже, Калисандра, мы окажемся вместе раньше, чем я рассчитывал. Но пока этого не случилось я отдам себя службе до последнего, как и любой из нашего народа. И не пытайся меня отговаривать! Я все равно не успокоюсь, пока угроза найхаширов не канет в небытие!

Разумеется, луна ему не ответила. Постояв еще с минуту, Раэдгар обреченно вздохнул и пошел обратно в свое укрытие. После целебной настойки Зарталора ему захотелось поспать.

Зайдя в свою комнату, мужчина плашмя рухнул на кровать и закрыл глаза. Стук дождя по крыше убаюкивал, легкий ветерок поигрывал в комнате, и генерал так и уснул лицом