Фиктивный брак. Бриллиант напоказ - Ляля Либерман

Ляля Либерман

Фиктивный брак. Бриллиант напоказ

ГЛАВА 1. НАБЕРЕЖНАЯ

Я всегда думала, что момент окончания университета будет выглядеть как-то торжественно. Колокол. Птицы. Ветер с Волги. Ну или хотя бы слёзы. Вместо этого мы сидели на набережной Ярославля, пили дешёвое вино из толстых бокалов и орали песни девяностых. Был июнь. Тёплый, ленивый вечер. Река медленно текла мимо. Город пах водой и липами. А мы чувствовали себя так, словно внезапно вырвались из клетки.

— Девочки, — сказала Лена, поднимая бокал, — мы официально безработные.

— Филологини, — трагически уточнила Ася.

— Это хуже.

Мы засмеялись. Смеяться было легко. Слишком легко. Четыре года мы читали книги, писали курсовые, спорили о смысле метафор и о том, что имел в виду автор. А теперь всё закончилось. Передо мной лежал диплом. Красная обложка блестела в вечернем свете, как новенькая игрушка. С которой никто не знает, что делать. Я провела пальцами по гладкому картону. Филология. Прекрасная специальность. Особенно если планируешь умереть от голода красиво.

— Ксения, — сказала Ася, — не смотри на него так. Он тебя пугает.

— Он меня смешит.

— Это нервное.

Я пожала плечами и отпила из бокала. Вино было кислое, но после третьего глотка уже казалось вполне приличным. В кафе вокруг было шумно. Летняя веранда почти полностью занята. Музыка играла чуть громче, чем нужно. Люди разговаривали, смеялись, кто-то фотографировался на фоне реки. Казалось, весь город решил отметить этот вечер.

Мы тоже.

Лена откинулась на спинку стула и смотрела на нас с видом человека, который пережил тяжёлое испытание.

— Я сегодня спала до одиннадцати и всё равно проснулась с ощущением, что надо срочно писать дипломную.

— Это травма, — хихикнула Ася.

— Профессиональная, — добавила я.

— Нет, — Лена покачала головой, — это последствия высшего образования. Травмирующие.

Мы снова рассмеялись.

Я поймала себя на том, что смеюсь чуть громче остальных. Наверное, от чувства облегчения. Пять лет мы жили внутри очень странного мира. Люди там могли спорить полтора часа, почему у Чехова в одном рассказе герой сказал именно это слово, а не другое. Мира, где фраза «а вы читали раннего Бродского?» могла разрушить дружбу. Навеки.

Теперь всё это осталось позади.

Передо мной лежал диплом. Результат многих бессонных ночей и слез.

Я снова посмотрела на него. Красная обложка была почти торжественной. Как будто документ знал о своей важности больше, чем я.

— Ты понимаешь, — сказала Ася, — что нам теперь придётся искать работу?

— Конечно, — сказала я.

— И?

— Завтра.

— Завтра воскресенье.

— Тогда в понедельник.

Лена подняла бокал.

— За понедельник.

Мы чокнулись.

Я отпила ещё немного вина и огляделась. Красивый был вечер. Небо постепенно темнело, но ещё держало тёплый голубовато-розовый оттенок. По реке проходили редкие лодки. Люди гуляли по набережной, кто-то останавливался у перил и смотрел на воду.

Кафе стояло почти у самой кромки. Лёгкий ветер доносил запах реки и жареного мяса с кухни.

Слева от нас сидела шумная компания студентов. Они уже явно отмечали что-то не первый час. Один из них пытался играть на гитаре, но остальные его перебивали.

Справа — семья с двумя детьми. Дети носились между столиками, а родители делали вид, что всё под контролем.

А в дальнем углу летней веранды был стол, который сразу бросался в глаза.

Там сидели мужчины.

Именно мужчины.

Не мальчики.

Высокие. Широкие. Спортивные. В одинаковых тёмных футболках. Их было человек шесть или семь. Они занимали большой стол у окна, но при этом вели себя тихо. Так, что вокруг них образовалась странная зона спокойствия.

Перед ними на столе стояли стаканы с водой и соком.

Я прищурилась.

— Девочки.

— Что? — сказала Лена.

— Видите стол у окна?

Лена обернулась.

— Ого.

— Вот именно.

Ася тоже повернулась.

— Это хоккеисты.

— С чего ты взяла? — спросила Лена.

— Плечи.

Мы снова посмотрели на них внимательно.

Аргумент был убедительный. Плечи у них действительно были такие, что рядом с ними любой человек автоматически начинал выглядеть хрупким.

— Или регбисты, — сказала Лена.

— В Ярославле? — Ася покачала головой. — Нет. Это точно хоккей.

Я продолжала смотреть.

Один из них сидел чуть в стороне. Не в центре стола, а немного ближе к краю. Тёмные волосы. Спокойное лицо. Он не участвовал в разговоре, просто слушал. Остальные иногда что-то говорили ему, а он лишь коротко отвечал.

Я поймала себя на том, что рассматриваю его слишком долго.

Наверное, потому что он был единственным, кто не улыбался.

За столом явно обсуждали что-то неприятное. Иногда кто-то из мужчин качал головой. Один раз кто-то резко поставил стакан на стол. Со стуком.

Но тот, темноволосый, оставался спокойным.

В какой-то момент он поднял глаза.

Наши взгляды встретились.

Он посмотрел на меня без интереса и улыбки. Просто отметил факт моего существования.

И снова отвернулся.

Я фыркнула. Вот какой, смотрите на него!

— Невежливый.

— Ксения, — сказала Лена, — даже не думай.

— О чём?

— Я знаю этот взгляд.

— Какой?

— Катастрофический.

Я сделала ещё один глоток вина.

— Ты преувеличиваешь.

— Нет.

— Я просто смотрю.

— Ты никогда просто не смотришь.

Ася рассмеялась.

— Это правда. Когда Ксения говорит «я просто посмотрю», обычно через пять минут начинается какая-нибудь история. Сумасшедшая!

— Неправда.

— Правда, — поддержала Лена. — Помнишь конференцию на втором курсе?

— Это было научное любопытство.

— Ты поспорила с преподавателем о структуре сонета.

— И выиграла.

— Потому что он устал с тобой спорить.

Мы снова засмеялись.

Музыка в кафе стала другой. Гитару сменил бодрый танцевальный трек. Кто-то за соседним столом начал хлопать в ладоши.

Я почувствовала, что сидеть на месте больше не хочется.

Вино согрело голову. Вечер был слишком хорошим, чтобы просто сидеть.

Я встала.

— Ксения… — начала Лена.

— Спокойно.

— Я знаю это «спокойно».

— Я просто потанцую.

— Только не там.

Я посмотрела в сторону того стола.

Мужчины всё так же тихо сидели.

Темноволосый говорил что-то своему соседу.

Я вдруг почувствовала странный азарт. Не романтический. Скорее исследовательский.

Иногда люди выглядят так серьёзно, что хочется проверить, умеют ли они вообще улыбаться.

Я снова посмотрела на них.

— Ксения, — умоляла Ася, — пожалуйста, не начинай.

— Я ничего не начинаю.

— Начинаешь.

Я взяла бокал и допила вино.

— Девочки.

— Что?

— Мне кажется, — произнесла я спокойно, — что этот вечер нуждается в эксперименте.

Лена закрыла лицо ладонями.

— Нет.

— Да.

— Ксения.

— Что?

— Не надо.

Я поставила пустой бокал на стол.

— Я приглашу на танец парня с соседнего стола.

Сказала и замерла.

Слова повисли в воздухе. Лена смотрела на меня с ужасом. Ася прикрыла