Тот, кто хотел меня уничтожить - Юлия Смирнова

Юлия Смирнова

Тот, кто хотел меня уничтожить

Глава 1. Позорное начало

Мы стояли в очереди с Жанной Костелаки, намереваясь перекусить в университетском магазинчике в северной части кампуса. Идти до других кафешек было далеко — поэтому очередь змеилась и перед нами, и позади нас. Дабы скоротать время, Жанна, у которой, кажется, на уме всегда было только одно, спросила:

— Ну что, присмотрела здесь кого-нибудь?

Я испуганно шикнула: в Университете Калифорнии в Лос-Анджелесе полно русских.

— Да ладно, — отмахнулась она. — Посмотри: мы с тобой сейчас тут одни такие.

Я прислушалась: в самом деле, сзади мужчины тихо разговаривали на каком-то диковинном языке; впереди весело болтали две иранки, перед ними — вьетнамцы.

— Ну хорошо, тебе признаюсь, — вздохнула я, потому что в последние дни мои мысли занимал один человек, и держать в себе уже не было возможности. Почему бы не поделиться с хорошей приятельницей из соседней аспирантской группы? — Видела здесь, в академгородке, мужика. Думаю, он единственный, с кем я могла бы переспать.

— Опиши мне его, — заинтересовалась подружка.

— Высокий, спортивный. Отлично сложен. Волосы коротко пострижены, но всё равно видно, насколько они густые… наигустейшие.

— Брюнет?

— Да… дивные тёмные волосы, — мечтательно улыбнулась я, вспомнив незнакомца.

— Тоже аспирант?

— Нет, этот дядька с проседью… скорее, профессор. Так что ничто невозможно между нами.

— Почему же? Если профессор не твой? Обручальное кольцо есть?

— Вроде не заметила…

— А вообще на руки смотрела?

— Не успела разглядеть. Так, мельком глянула… руки большие. Даже огромные. Как и он сам.

С этим человеком мы на днях столкнулись в здании геофизики. Я ходила туда в туалет, потому что в нашем здании отключили воду; в коридоре поймала на себе взгляд этого мужчины — и до сих пор находилась под впечатлением. Такой откровенный интерес я никогда не видела ни в чьих глазах… никто и никогда не смотрел на меня так. Это был краткий миг, какая-то секунда, когда взгляды наши пересеклись; он спокойно кивнул мне, кажется, даже сказал «хэллоу» — и, не притормозив, пошёл дальше. Через несколько шагов мы одновременно обернулись… но Жанне я почему-то об этом не сказала.

Словно хотела сохранить это своей трепетной тайной. Чем-то, что будет только для меня. Словно какое-то волшебство. Что-то секретное между мной и этим чудесным незнакомцем. Что-то, объединяющее только нас двоих; о чём не должен знать никто, кроме нас с ним.

— Американец? — продолжала приставать Жанна.

— Видимо, да. Во всяком случае, «хэллоу» он сказал по-английски.

— Сходи ещё раз к геофизикам. Узнай, кто такой.

— Да не буду я бегать за ним, выслеживать и позориться. Потом сраму не оберёшься. Вдруг женат, а я тут его сталкерю, — замахала я руками. — Ничего такого я не планировала; просто говорю тебе, что мне приятно помечтать о нём.

— Уже в разных позах пробовала это с ним? Имею в виду — в воображении? — подмигнула Жанна. — Я вот без секса просто загибаюсь — четыре месяца не трахалась, как рассталась с придурком Вовкой!

— Да, я представляла нас с ним, — откровенно призналась я. — Но это только фантазии…

— А поделись, какие!

— Я стесняюсь говорить о таком.

— А чего стесняться-то? Давай зато я с тобой своими поделюсь. Например, сегодня меня всю ночь во сне трахал огромный звероподобный викинг, я даже имя запомнила — Ларс. Он украл меня из родного селения после какой-то битвы, где, разумеется, победил; и утащил в свой богатый шатёр. Я даже проснулась от оргазма, прикинь!

— Да, у меня такое тоже было, — разоткровенничалась я.

— С этим чуваком, который с сединой?

— Точно.

— И как это было? Расскажи, а то нечестно: я-то тебе рассказала!

— Да нечего рассказывать-то, Жанн. Я ж не ты, откуда я…

В этот момент я ещё раз боязливо обвела глазами очередь; сзади уже была подозрительная тишина — видимо, один из разговаривавших на диковинном языке мужчин отошёл. На всякий случай обернувшись, я в ужасе замерла, ощущая, как сгораю на месте, словно в адском пламени: сзади нас, ухмыляясь, стоял…

…тот самый незнакомец из здания геофизики.

Жанна, проследив за моим взглядом, почему-то ойкнула и вдруг сказала по-гречески:

— Калимэра…

В висках у меня страшно застучало; я поняла, что сейчас грохнусь в обморок. Мужик, добивая меня, спокойно произнёс по-русски с небольшим акцентом — и акцент этот не был ни на йоту американским:

— Калимэра-калимэра, Жанна Сергеевна. Как ваши уроки греческого языка?

Жанна густо покраснела, пробубнив что-то в духе: «Спасибо, нормально». Тем временем мужик хладнокровно обратился ко мне:

— Очень странно рассказывать о своих фантазиях подругам, а не непосредственно мужчине, с которым хотите переспать. Вы не находите? Вдруг он оценил бы вашу прямолинейность и не отказал бы?

Где-то сбоку послышались нечленораздельные хрипы подружки — ага, значит, ей тоже сделалось худо… В этот момент продавец обратился ко мне:

— Девушка, ваша очередь. Вы себе что-нибудь выбрали?

— Перекус тоже так нерешительно выбираете? — продолжал подтрунивать мужчина; я наконец отмерла, схватила Жанну за руку — и опрометью бросилась вон из магазинчика.

Глава 2. Позорное продолжение: "заносчивый грек"

— Господи… — простонала я, когда ко мне наконец вернулся дар речи. — Надо же было так опростоволоситься! Это самое страшное, что со мной случалось в жизни. Придётся теперь забирать документы из вуза.

— Взгляни со светлой стороны: ты вызвала его интерес, может, теперь что и получится, — пыталась приободрить Жанна, но я взвыла:

— Я не вынесу, если ещё хоть раз в жизни его увижу! Какое жуткое унижение!

— Ну хватит, что ты нагнетаешь!

— Так низко я ещё не падала! Нет ничего чудовищнее! — причитала я.

— Могло быть и хуже, — утешила Жанна. — Ты как раз собиралась высказаться, что, мол, не способна нормально фантазировать на тему секса, потому что ещё девственница. А так он не в курсе.

— Слава Богу, какое громадное облегчение! Мужик, который слышал, что я готова вешаться ему на шею, не осведомлён о моей нетронутости! — саркастически воскликнула я. — Выкладывай: кто он? Откуда ты его знаешь? И что тебе стоило обернуться на пару минут пораньше! Он ведь не русский — но и, судя по акценту, не американец, да?

Жанна вздохнула, чертя пальцем по поверхности стола, за который мы уселись в укромном уголке в противоположном конце северной части, купив себе с горя чай и печенье в автомате.

— Его зовут Вассилис Такуди. Он грек.

— Такуди? Какой же он грек — ведь