Ненужная жена, или Развод по-королевски - Ани Марика

Ненужная жена, или Развод по-королевски

Ани Марика 

Глава 1

Глава 1

— Мирка, это ты? — выглядывает из комнаты соседка, подруга и по совместительству ходячее бедствие.

— А ты ещё кого-то ждёшь? — ворчу беззлобно, стягивая эти дурацкие туфли, что безжалостно жмут и натирают.

А надежды-то сколько было ещё утром. Я верила, что разношу их. Ага, разносили они меня. Поднимаю взгляд на задумчивую подругу. Отмечаю боевой макияж и выгибаю бровь.

— Сегодня понедельник, Поль, — зачем-то напоминаю ей.

— У меня свидание, — расплывается в улыбке девушка. — Тебе бы тоже не помешало развеяться, вспомнить, что ты молодая и красивая. Иногда бываешь. Глядишь, найдёшь себе перспективного мужчину, и жизнь заиграет новыми красками.

— Нет уж, меня моя серая обыденность устраивает, — хмыкаю, скидывая на консоль объёмную сумку с ключами.

— И почему мы ещё дружим? Не понимаю, — закатывает глаза Полина.

— Показывай давай, кого ты опять нашла, — махнув рукой, плетусь за ней на кухню, где вместо горячего ужина по столу разбросаны многочисленные палетки и прочие косметические средства массового поражения.

— Макароны в сковороде. Фотографии и переписка в телефоне, — заботливо указывает подруга, возвращаясь к своему занятию. А именно — дорисовывать идеальные стрелки.

Усмехнувшись, освобождаю часть стола, сковороду ставлю на дощечку и открываю гаджет соседки. Можете меня осудить, но я считаю, что еда вкуснее вот так, прям из сковороды. И да, меня не воспитывали. Некому было. Подбросили в годовалом возрасте прямо в пожарную часть. А оттуда передали в детский дом.

Искали ли моих родственников — понятия не имею. От них у меня осталась лишь пуховая пелёнка с вышитым именем. Не уверена, что моим. Но уставшие сотрудники государственного учреждения не стали мудрить и оставили мне имя Амира. Красиво? Очень, только для российской глубинки слишком вычурно. Так что я просто Мира вот уже двадцать пять лет.

— Какой из них? — спрашиваю с набитым ртом, листая многочисленные имена в приложении подруги.

Полька дёргается через весь стол, заглядывает в экран и тычет пальцем.

— Глянь, какой экземпляр, — крутит переписку выше, показывая фотографии. — Спортивный, накачанный, бородатый, пишет без ошибок.

— Давно ли ты начала за орфографией и пунктуацией следить? — хмыкаю я.

Полина — такая же детдомовская девчонка, как и я. Приоритеты только у нас разные. Она ищет себе мужа и считает, что с помощью него можно устроиться с комфортом в этой жизни. Я же выбрала путь подлиннее и посложнее. Добиться всего самостоятельно. Два года назад выпустилась из юридического института. Сама, между прочим, поступила. На бюджет! И устроилась в перспективную компанию на младшего юрисконсульта.

— Ой, не гунди, — машет кисточкой девушка. — У меня уже через двадцать минут свидание. Он сказал, что заедет за мной.

— Деньги с собой возьми, — хмыкаю, накалывая на вилку макаронину. — А то получится, как в прошлый раз. Ты не устала наступать на одни и те же грабли? В прошлую субботу очередной «бородатый» оказался женат, а «спортивный» наехал на тебя за то, что ты круассан заказала к кофе.

— Только про Толясика с его мамой не вспоминай, — бубнит обиженно Поля.

— О, про Толясика с мамой я обязательно вспомню! — хихикаю я.

Даже в абсурдном сне не могу представить, что испытала моя подруга, когда пришла на свидание с мужчиной 30+, а её там ждал он с мамой вместе.

— Да иди ты. Это всё ты на меня негативно влияешь. Надо мыслить позитивно, Мир, — ворчит она, хотя ещё пару дней назад мы обе хохотали над этой историей.

— Ладно, я признаю, я душная.

— Да, и зануда. Кто-то из нас двоих должен быть лёгким и летящим. Должен верить в чудо и принцев, чтобы сохранить мировой баланс. А то мы оба заплесневеем и состаримся. Я с котами, а ты со своими папками с договорами и судебными исками. Кстати, у Игоря есть друг. Давай я напишу ему и устроим парное свидание?

— О нет, нет. Моё идеальное свидание — это горячая ванна, книга и тишина.

— Ой, старушка моя, — вздыхает Поля, смотря как на бесперспективный балласт на её шее. — Ладно, я уже побежала. Веселись.

Я поднимаюсь вслед за подругой и иду её провожать. Напоминаю ещё раз, чтобы взяла деньги и перцовый баллончик. В опасное время живём. Нужно быть готовой к любым ситуациям.

— Если что, я позвоню, — говорит девушка.

Вспоминаю, что телефон у меня ещё в метро отрубился. Вытягиваю его из сумки, проверяю. Да, умер окончательно.

Поля убегает, послав воздушный поцелуй. Усмехаюсь вслед, запираю дверь на все замки. Привычка, въевшаяся с детдомовского прошлого, где личного пространства просто не существовало. Приходилось закрываться, чтобы побыть одной.

Тишина квартиры укутывает в тот самый кокон спокойствия и безопасности. Улыбаюсь сама себе и иду в комнату. Ставлю телефон на зарядку, раздеваюсь, накидываю на плечи халат прямо поверх белья. По дороге на кухню заглядываю в ванную и включаю воду погорячее.

Сейчас как наберу полную ванну, побросаю разных бомбочек с запахами лаванды и ромашки и погружусь в чтение. Личное спа в хрущёвке. Что может быть лучше? Всё может быть лучше. Но довольствуемся тем, что есть.

Несмотря на май месяц, в квартире холодновато. Чтобы мои и так покалеченные тяжёлым рабочим днём ножки не мёрзли, прячу их в пушистые тапки-кролики. И варю кофе в турке. Да-да, я эстет. Планирую в будущем купить кофемашину и наслаждаться настоящей арабикой во всём её великолепии. Мурлычу себе под нос надоедливую песню про бобров и чувствую, как наполняюсь блаженством с каждой минутой.

Реальность решает внести свои коррективы,. аккурат когда я снимаю с плиты турку. Громкий хлопок заставляет вздрогнуть, а чихнувший холодильник окончательно добивает, отправляя моё сердце в предынфарктное состояние.

— Твою ж мать! — чертыхаюсь я, застыв в неестественной позе, в абсолютной темноте и тишине.

Вот вовремя, конечно, свет вырубило. Вернув турку со слегка расплескавшимся по полу кофе обратно на конфорку, иду обратно в спальню. За телефоном. Несмотря на кромешную темень, ориентируюсь вполне сносно. Наощупь. По дороге заглядываю опять в ванную и выключаю воду. Принимать ванну при свечах — это точно не мой случай.

Дохожу до тумбы, где оставила телефон. Вспоминаю,