Хозяйка каланчи. Княжна Пожарская - Адель Хайд

Хозяйка каланчи. Княжна Пожарская

Глава 1

Не скажу, что четыре года пролетели, как один день. Всякое было, и желание всё бросить, и тоска по людям, ставшим мне родными, и, особенно в первое время странное ощущение потери.

На острове, где располагался пансион, не было доступа к магическим источникам, и никто из находившихся там не мог применять магию, и оттого все были в равном положении, и те, кто родился с сильной родовой магией, и те, кому достались лишь крохи.

И сейчас стоя под каменными сводами пансиона, так похожего на палаты Кремля, вдыхая в последний раз запах этих стен, которые пахли деревом и воском, слушая прощальную речь директрисы Софьи Геннадьевны Безруковой, я отсчитывала последние минуты до того момента, как выйду и наконец-то дотянусь до источника, чтобы вновь ощутить в своих венах тёплый огонь, а в груди маленькое солнце.

Маша, моя подруга из приюта, стояла рядом и судя по тому, как она нетерпеливо переминалась с ноги на ногу, тоже не могла дождаться окончания речи директрисы.

Наконец-то все речи были сказаны, и мы, подхватив небольшие чемоданы пошли на выход из здания школы.

Нас ждало недолгое путешествие на пароме, и мы снова будем на большой земле.

Я немного замешкалась на выходе, и Софья Геннадьевна остановила меня только чтобы сказать:

– Будь осторожна, Дарья.

Сердце на секунду забилось быстрее. Я с удивлением взглянула на женщину, которая всегда была спокойна, никогда ни к кому не проявляла никаких эмоций, да и вообще была мало эмоциональна. И вдруг такая странная фраза.

– Что-то случилось, Софья Геннадьевна? – спросила я, но директриса вновь превратилась в холодную статую и отошла от меня, а впереди мне уже махала рукой Маша:

– Дарья, давай быстрей!

И я побежала, чтобы успеть погрузиться на паром, выпускниц много, а паром маленький, вдруг не поместимся? В груди зрело радостное предвкушение, но слова директрисы словно зудящий комар, не давали до конца насладиться этой радостью.

Глава 2

На том берегу нас встречали.

Я сразу их увидела, один высокий красивый блондин, а другой брюнет. Мой брат и Машин.

Алексей Пожарский, совсем не изменился, по-прежнему копия своего отца ледовея, но я сразу ощутила, что в крови брата сильна родная мне огненная магия.

Иван Балахнин совсем не походил на того потерянного юношу, каким я помнила его перед тем, как граф Давыдов отправил его в морскую школу. Теперь это был высокий, мощный, уверенный в себе молодой мужчина, офицер.

Я обняла брата, чувствуя, как глаза защипало от слёз. Прижалась крепко, вдруг поняв, что Алексей выше меня почти что на голову, а плечи под моими руками стали крепкие как камень.

– Ничего себе Даша, тебя и не узнать, – неожиданно густым басом произнёс Алексей, осторожно обнимая меня в ответ, будто боялся сломать, после поклонился Маше, и добавил, – Мария Викентьевна, рад видеть вас в добром здравии, вот привёз вашего брата.

Но Маша, уже раскрыв объятия, тоже со слезами на глазах обнимала Ивана.

Только те, кто вырос в приюте, смогут понять эту потребность побыть рядом с родными людьми. Иван, несмотря на то что был уже взрослым мужчиной, как-то неловко обнял Машу словно стеснялся или не считал себя вправе делать это.

У Алексея были с собой портальные артефакты.

Взявшись за руки, мы все четверо провалились в портал, чтобы в следующее мгновение оказаться на портальной площадке, коих было несколько сделано в Москве, чтобы не допустить столкновения.

У меня после перехода закружилась голова, я взглянула на Машу, которая тоже побледнела.

«Да, – подумала я, – придётся снова привыкать к жизни в магической реальности»

Но зато, благодаря магии мы довольно быстро оказались в Москве, сэкономив примерно десять часов, которые нам пришлось бы провести в дороге, если бы мы ехали на поезде.

– Мария Викентьевна, Иван Викентьевич, – сказал Алексей, – я вас приглашаю к нам, в наш городской особняк, посидим за семейным ужином, отметим ваше возвращение.

Но и Маша и Иван отказались.

– Алексей Константинович, не обижайтесь, я четыре года в имении не была, – сказала, улыбнувшись Маша, и взглянула на меня, – Дарья, ты же не возражаешь?

– Езжайте, конечно, – я не стала задерживать Машу, хотя мне и не хотелось с ней так скоро расставаться, но я понимала, что каждому из нас хочется как можно скорее попасть в то место, которое мы считаем своим домом.

– А что за особняк? – поинтересовалась я у Алексея, вспоминая, что, когда я уезжала в пансион, никакого особняка у нас и помине не было.

– Выкупили наш, прежний, отремонтировали, – Алексей хитро прищурился, – надеюсь глава рода не возражает?

Глава рода в моём лице не возражала, особенно когда на Новослободской улице, совсем рядом с каланчой, я увидела небольшой, терракотового цвета особняк. Он больше напоминал купеческий дом. У него не было сложных барельефов, или скульптурных композиций, простое прямоугольное трёхэтажное здание, но я сразу почувствовала, что в нём будет хорошо.

– Нравится? – спросил Алексей.

– Нравится, – тихо ответила я, прислушиваясь к странному ощущению радости, появившемуся внутри, стоило мне увидеть этот дом, — а что с ним? Почему мне хочется оказаться внутри?

– Зайди и увидишь, – загадочно произнёс Алексей.

Когда передо мной распахнулись двери дома, ощущение счастья нахлынуло с новой силой, и вдруг я обратила внимание на свои руки, они начали светиться.

– Источник? Но как? — спросила я, наслаждаясь тем, как магия наполняет всю меня.

– Каланча, – только и ответил Алексей, – я не знаю как. Когда искал дом, никак не мог выбрать, пошёл в каланчу, хотел немного побыть рядом с источником, а потом очнулся уже утром, и пошёл снова смотреть варианты, и понял, что не хочу ни один из них, а на обратном пути вдруг почувствовал этот дом.

– Он как будто живой, – сказала я.

– Так и есть, – ответил Алексей, – таких домов мало осталось, сейчас секрет постройки утерян, да и не все дома откликаются.

Мне ещё захотелось спросить, но я не успела, с небольшой лестницы уже сбежала Анастасия Филипповна.

– Даша, Дашенька! Как же я соскучилась!

Увидев тётушку, я снова расплакалась, в груди словно разжалась