Одарена, особо опасна и в розыске - Нинель Мягкова

Не сомневаюсь, что подлинники.

Великолепный пушистый ковер.

Многомерная карта Девяти миров и их ближайшего окружения на стене. Знаю эту систему — при желании разворачивается на всю комнату, нужные участки подсвечиваются. Стоит как небольшой звездолет.

Папенька поманил меня ближе к столу. Сам тоже подошел и на что-то нажал.

Загудело. Сердцевина, казавшаяся монолитным деревом, разошлась многолучевой звездой, выпуская проектор последней модели.

— А теперь — слайды! — радостно потер руки мистер Манкорн.

Следующие четыре часа мы провели над составлением плана.

Наемники потрудились вовсю. Виллинс, столица Руненфельда, предстал как на ладони. Больше всего нас с отцом интересовал район «старого города» — самый дорогой, самый древний и самый неудобный в плане организации кражи. Ни сторонний транспорт, ни чужаки в эту зону не допускались. Особенно во время проведения знаменитого ежегодного межвидового аукциона.

А именно туда нам и надо было.

Артефакт «Драконья кровь» будет выставлен лотом в самом начале торгов. О его истинной ценности в Руненфельде понятия не имеют, но только историческая значимость как антиквариата уже тянет на несколько миллионов в золотом эквиваленте.

Деньги для мистера Манкорна, понятное дело, не проблема.

Проблема то, что его аура, отпечатки пальцев и прочие личные данные давным-давно зарегистрированы во всех базах того мира, вместе со всеми вариациями. Потому самому драконищу туда дороги нет.

Зато в игру вступаю я.

Осознание этого меня встревожило и обрадовало одновременно.

Обрадовало потому, что до тех пор, пока я не заполучу медальон в руки, меня никто не тронет. Напротив, пылинки сдувать будут.

А напрягло по самой банальной причине.

Исполнителей заказов такого уровня обычно потом убирают.

*скон — традиционная английская сладковатая выпечка с изюмом или без.

**Подробнее про некое зеркало и его особенности можно прочитать в «Одарена и особо опасна».

Глава 6

Ближе к ужину мы с папенькой переглянулись и единодушно решили сделать перерыв.

Глаза замылились, идеи иссякли, сознанию требовалась пауза для перезагрузки.

Чтобы проветрить голову, я немного прогулялась по территории. Заодно проверила границы дозволенности.

Результат удивил. Мне можно было заходить везде! Даже магические блоки пропускали без малейших усилий с моей стороны.

Покинуть убежище дракона не рискнула, хотя за ворота вышла беспрепятственно.

И сразу вернулась обратно. От греха.

Место мистер Манкорн выбрал отменное.

Небольшой приморский городок, при нем древняя, никому не нужная достопримечательность — полуразрушенный замок. Разве что детям полазать сгодится. И то небезопасно — еще камень какой на голову рухнет. Лучше запретить посещение. Забор повыше поставить, чтобы не совались.

А там и резиденцию оборудовать можно. Лет через двадцать, когда тропинка, ведущая к главному входу, как следует зарастет. Почти как в сказке о спящей красавице, только вместо девы — дракон.

И он не спит.

За садом ухаживали тщательно. Извилистые, идеально гладкие дорожки, искусно подстриженный кустарник, переходящий ближе к забору в «заросли» для маскировки извне. С внутренней стороны на камнях артефакты-глушилки.

Самая прелесть в том, что в этом мире магия есть, а магов крайне мало. Здесь, в захолустье, так вообще нет. И заглянуть в заброшенные руины никому в голову не приходит. Кому придет, того ментальная пугалка развернет на подходе.

Красота, одним словом.

В помещение я возвращалась без особой охоты. Но надо, значит надо. До аукциона всего неделя, времени в обрез. Мне еще туда пробираться придется, устраиваться, готовиться. Так что на разработку и подготовку и того меньше — дня три. Каждый час на счету.

Пожалуй, лучше всего я именно в ту, первую, ночь и спала.

Дальше все слилось в один сплошной информационный гул. Пути подхода, отхода, биографии ведущих, участвующих и обслуживающего персонала аукциона, тайные переходы (куда без них), новые документы, личность, внешний вид…

Очнулась я уже в поезде.

В руках мой обожаемый кофр и небольшой чемоданчик. Напротив — незнакомая тетушка с объемными баулами. Вокруг устойчивое амбре пота и прочих человеческих выделений.

Второй класс пригородной электрички — не лучшее из мест для сна. Но мне приходилось бывать и где похуже. Так что я с облегчением устроилась поудобнее и задремала, не отвлекаясь на изредка доносящиеся обиженные возгласы карманников.

Один малец даже обещал пожаловаться проводнику на незаконное использование электрошока. На что я один глаз приоткрыла.

Наглеца как ветром сдуло.

Поезд притормозил, потом въехал в тоннель. Замелькали лампы, пассажиры зашевелились, готовясь выходить. Мне и делать ничего не пришлось, только встать. Вынесло вместе с толпой и повлекло наверх, к свету и деловой части Виллинса.

На поверхности народ рассосался довольно быстро. Я повертела головой, кивнула — туда приехала, все правильно, по инструкции, и зашагала по тротуару, волоча за собой дребезжащий колесиками чемодан.

Путь мой лежал в бюро найма.

Как назло (чисто случайно, с небольшой помощью наемников папеньки), перед самым ответственным и загруженным днем, когда миллиардеры со всего мира стекаются в столицу на знаменитый аукцион, одна из горничных самого дорогого отеля Руненфельда, «Майретт», сломала ногу.

Ей крупно повезло, что я настояла на мягком варианте устранения. Могла и шею.

Произошло это недавно. Минут десять назад. Возможно, скорая даже еще не подоспела.

Я взглянула на часы и прибавила шагу.

Важно оказаться в кабинете агента именно в тот момент, когда он получит запрос на срочное заполнение вакансии. У него под рукой тогда будет идеальная кандидатура — с отменными рекомендациями, внушительным послужным списком и скромной внешностью.

Стечение обстоятельств, не более.

Пока что мне везло, но это не могло продолжаться вечно.

В чем я убедилась, едва переступила порог бюро.

Наемники заверяли отца, что даже в пик сезона желающих устроиться на тяжелую, ненормированную работу горничной немного.

И что же я вижу? Целую очередь!

Все как одна миловидные, скромные и наверняка с опытом. Пять девиц расселись на неудобных стульях приемной основательно, словно собирались провести так весь день.

Полчаса спустя я поняла, что они были правы. Собеседования проводили так тщательно, будто в космофлот пилотов набирали. Этот мир до освоения космоса еще не дошел, но бюрократия уже на высоте.

— Следующая! — рявкнула, выглядывая в приемную, статная седая дама лет пятидесяти. Собранные в строгий пучок волосы, очки в узкой оправе рискованно балансируют на кончике носа.

— Я! — подпрыгнула, волоча за собой чемодан и ловко лавируя между выставленными ногами, пронеслась к двери, приговаривая себе под нос волшебную фразу: — Мне только спросить!