Дорога жизни. Книга 1 - Эмили Ли

что ли, воина, а самой лечь спать? Лайя посмотрела на азуров, собираясь позвать Чонсока, но не смогла вымолвить ни слова. Он спал на боку, выставив вперед руку, на ней и покоилась голова Тэмина, повернутая в сторону друга, а вторая рука воина во сне обнимала за талию юношу. Лайя видела, как укладывались на сон азуры, понимала, что сейчас их положение тел случайное, но… почему-то эта картина тронула глубоко спрятанную тоску по человеческому теплу, вызывая желание заплакать.

Если бы её спросили, как выглядит абсолютное доверие и существует ли оно в этом безумном и жестоком мире, то она бы описала именно этот момент. Сможет ли она когда-нибудь встретить человека, с которым было бы так же естественно и спокойно, надежно?

Мечтая унести с собой и это воспоминание, Лайя снова открыла альбом.

Второй рисунок закончила почти к рассвету. Спрятав альбом в сумку, она легонько тронула Чонсока за плечо. Проснулись сразу оба азура. Воин успокаивающе кивнул другу, сел, всё ещё сонно, потирая глаза. Юноша переместился: теперь голова его лежала на ногах у Чонсока. Воин стал лениво перебирать выбившиеся из-под шапки локоны на голове Тэмина, периодически, едва ощутимо задевая его щеку и увлекая тем самым в сладкое состояние покоя.

Лайя поспешила отвернуться, чтобы снова не впасть в непривычную для себя меланхолию. Спасительный сон пришел к ней быстро.

Когда она проснулась, то обнаружила, что дом опустел, только эльф продолжал мирно спать. Это её и обеспокоило. Нужно переставать его поить травами, пора уже ему приходить в себя и начинать есть, а то она здесь и вовсе зазимует.

Выйдя во двор, она обнаружила, что день был в самом разгаре. Как же долго она спала? Опять… Немыслимо… Солнце ласково светило сверху, касаясь теплыми, но не обжигающими лучами, поднимая её настроение.

Воспользовавшись тем, что азуров нигде не было видно, Лайя решила восполнить свой внутренний резерв магии. Она расплела косу, встряхнула головой, позволяя волосам свободно спадать по спине и плечам. Скинула обувь: такое наслаждение ощущать голыми ступнями траву, землю. Чувствовать её силу. Счастливо улыбнулась, запрокинула голову назад, подставляя лицо солнцу, подняла руки в небо, закружилась. Хотелось вобрать в себя весь свет, всё солнце.

Лайя всё кружилась и кружилась, ощущая, как энергия заполняет всю её, переливаясь, заставляя светиться изнутри. Кожа и волосы стали мерцать золотыми переливами. Ей хотелось обнять весь мир и громко петь.

Когда голова окончательно закружилась, девушка легла прямо на землю, раскинув руки и ноги, блаженно улыбаясь. Силы, подаренные природой, вызывали чувство наполненности, и, казалось, лечили душу. Но радость была недолгой — со стороны леса показались азуры. Девушка подскочила, забрала уже высохшую постиранную одежду, доспех, подобрала сапоги и поспешила вернуться в дом.

Эльф спал, значит, можно переодеться и привести себя в порядок, вот только предупредит азуров, чтобы пока не заходили. Лайя взялась за ручку двери, собираясь выйти, как Чонсок с той стороны распахнул дверь, заходя внутрь. Девушка налетела на воина, и тот непроизвольно поймал её, заключая в кольцо своих рук.

— О-о-о-о, обнимашки? — раздался сзади задорный голос Тэмина. Легкая ехидца просочилась в интонации. — А почему без меня?

Лайя зло оттолкнула воина, не понимая, на кого она больше злится: на Тэмина — за его слова, на Чонсока, что так не вовремя открыл эту чертову дверь, или на себя, потому что высокий и широкоплечий воин на мгновение вызвал у неё чувство беспомощности, ведь по сравнению с ним она была маленькой и слабой. Было видно, что и Чонсоку стало неловко, поэтому Лайя немного остудила свой гнев и спокойным голосом попросила:

— Я хотела переодеться. Как раз собиралась выйти и попросить вас не заходить.

Чонсок лишь кивнул и поспешил удалиться, подталкивая за собой и Тэмина, которому явно было ещё что сказать.

Оставшись одна, Лайя окончательно успокоилась. Нелепая ситуация, до банального похожая на сцену из книжного романа, вернула правильное понимание происходящего. Она одна в компании трех мужчин. Не стоит провоцировать их своим обществом, давать повода… Сейчас переоденется, растормошит эльфа и на выход вместе со своими обещанными монетами.

Несмотря на то что эльф всё ещё спал, Лайя отвернулась к нему спиной, скинула с себя одежду, собираясь облачиться в свежевыстиранную, добытую на поле боя.

* * *

Он понимал, что неправильно подсматривать, но не мог заставить себя отвернуться. Она почему-то засела в его голове, снилась во снах, неземная, излучающая свет, шептала ему и звала. Как тогда, на поляне, на краю смерти. Он часто открывал глаза и украдкой наблюдал за ней в течение дня. Ничего необычного в ней не видел, но всё равно не мог отвести глаз. Было интересно. Непонятно, правда, почему. Человек, одна из тысячи, встретившись случайно, прошел бы мимо… «Тогда почему не прошел мимо в таверне? Зачем пошел за ней?» — гаденько напомнил внутренний голос.

Ранее днем, оставшись один, он попытался подняться, хотел проверить свои возможности с учетом полученных травм. Удалось не сразу. Сев на кровати, он краем глаза увидел в окне девушку. Кажется, азуры называли её Лайей. Она кружилась на лужайке и тянула ладони к небу. Широкие рукава рубахи упали до плеч, обнажая руки. Рыжие волосы, летящие по ветру, искрили золотом в лучах солнца. Кожа светилась. В тот момент она была такая же, как в его снах. Хотя нет, даже лучше. Прекрасное волшебство мгновения, где время словно остановилось, а дыхание прервалось, не в силах справиться с нахлынувшими эмоциями. Азуры вернулись. Шанс уйти он упустил. Злился на себя, но в глубине души почему-то не жалел.

И сейчас, надо закрыть глаза, снова сделать вид, что спит, но доводы разума были так тихи, что не воспринимались совсем. Он наблюдал, как девушка быстро надела на себя штаны, спрятав длинные и стройные ноги, как собрала наверх и заколола волосы. Открылся вид на спину и длинную шею. Выбившаяся прядь упала на плечи. Захотелось убрать её. Провести по коже рукой… Будет ли та нежной? Во рту пересохло, пульс ускорился, стало жарко, тело реагировало.

Её тонкие и изящные пальчики быстро разматывали повязку, и он увидел почти зарубцевавшуюся рану на боку. Скорее всего, будет шрам. Она накинула рубашку и закрепила поверх доспех. Волосы начала собирать в косу. Повернулась резко. Он не успел среагировать и притвориться спящим, поэтому теперь на него смотрели злые зеленые глаза. Ярость и смерть, которые таились в них, мгновенно выветрили все ненужные мысли, растворяя её необыкновенный образ из памяти, окуная его в реальность. Не человек