Последний в списке - Эми Доуз

Я тереблю мочку уха, чтобы вылить из него воду, и морщусь, почувствовав боль в затылке.

— Черт, — бормочет он себе под нос и встает позади меня. — Ты ударилась головой, входя в воду? Возможно, у тебя сотрясение мозга. — Мужчина протягивает руку, чтобы осмотреть мою травму, и я вздрагиваю, когда тепло его тела прижимается к моей спине. И вдруг я чувствую головокружение по совершенно другой причине.

— Я в порядке, — хриплю я, ловя себя на том, что прижимаюсь к его телу в поисках утешения. Пытаюсь отстраниться, но он назойливо следует за мной. — У меня ведь нет крови?

Я протягиваю руку, чтобы дотронуться до ушибленного места, и его пальцы касаются моих, а другая его рука ложится на мою талию. Его пальцы сжимают мои изгибы, удерживая меня на месте, и мне приходится подавить вздох, когда поток жара чуть не взрывается у меня между ног.

Его голос мягкий и бархатистый, когда он отвечает:

— Открытых ран я не вижу, но у тебя приличная шишка.

Я облизываю губы и киваю.

— Малышка сильнее, чем кажется.

Мистер Флетчер выдыхает через нос.

— Это было ужасно безрассудно с ее стороны. Эверли знает, что это небезопасно. — Его тон суровый, и мне вдруг хочется, чтобы он снова был направлен на меня, а не на Эверли. — Прости, что накричал на тебя. Не думал, что ты пострадала. Нам нужно обратиться к врачу. Мой друг Джош — врач в городе. Я могу отвезти тебя в его частную клинику.

— Боже, нет, я в порядке. — Я вытираю воду с лица и поворачиваюсь, мгновенно ощущая потерю его прикосновений и замечая искреннее беспокойство в его глазах. Я улыбаюсь в подтверждение того, что буду жить. — Я выросла на ферме. Мы сделаны из более прочного материала, чем большинство других.

Мужчина на мгновение задерживает взгляд на моих глазах, и я клянусь, что они превращаются из ярко-голубых, как у Эверли, в темно-синие. Почти индиго. Они сужены и обрамлены длинными темными ресницами, которым не место на мужчине со светлыми волосами. Я быстро окидываю взглядом его лицо, отмечая тревожные морщинки, которые залегли в центре лба. На носу у него слабая россыпь веснушек, которую я раньше не замечала. Наверное, потому, что была слишком занята, разглядывая щетину на его квадратной челюсти, поросшую светлыми, темными и седыми волосками. И эти губы. Эти полные губы выглядят такими мягкими, что у меня возникает странное желание протянуть руку и ущипнуть их, чтобы узнать, каковы они на ощупь.

Я сглатываю комок в горле, и мой голос становится едва слышным шепотом:

— Если хотите уволить меня, я пойму.

Между бровей мистера Флетчера появляется морщинка, когда его взгляд опускается к моему рту. Он облизывает губы, чтобы ответить, когда откуда-то издалека доносится странный шум, и мы оба поворачиваем головы в сторону дома, заставляя меня вздрогнуть, когда боль пронзает шею.

Я замечаю Эверли, сидящую на ступеньках веранды с аптечкой первой помощи рядом с ней. Она свернулась калачиком, зарывшись головой в руки, и судорожно всхлипывает.

— Черт, — бормочет мистер Флетчер, делая движение, чтобы подойти к ней.

— Позвольте мне. — Я хватаю его за предплечье и чувствую легкое головокружение то ли от того, что чуть не утонула, то ли от соприкосновения кожи с кожей после того, как мысленно запечатлела в памяти его красивое лицо. Я отдергиваю руку и поспешно говорю: — Уверена, она чувствует себя ужасно, и только я могу ее простить.

Мускул на челюсти мистера Флетчера дергается.

— Не уверен, что ее нужно прощать прямо сейчас.

— Конечно, нужно, — возмущенно говорю я, мгновенно защищаясь. — Она не одна из ваших многочисленных сотрудниц, которых нужно отчитать. Она маленький ребенок, который совершил ошибку. — Я практически отталкиваю с дороги этого ворчливого антипапулю, корпоративного магната, чтобы подойти к своей подопечной.

— Йоу, Морское Чудовище, — окликаю я, и Эверли с красным лицом смотрит на меня, ее плечи сотрясаются от каждого истерического всхлипа, который сотрясает ее крошечное тело. — Серьезно, ты должна рассказать мне о своих тренировках. Я совсем не худышка, а ты так запросто затащила меня в этот бассейн. — Я пытаюсь рассмеяться, стоя перед ней, но Эверли не поддается на уловку.

— Мне так жаль, Кози, — всхлипывает она и вскакивает на ноги, чтобы прижаться ко мне. Обхватывает меня за бедра своими тонкими руками и прячет лицо у меня на груди. — Я не хотела причинить тебе боль. Думала, это будет забавно. Я такая глупая. Такая, такая глупая!

— Эй, — зову я, хватая ее за руки и оттаскивая от себя. Сажусь перед ней на корточки, чтобы посмотреть ей в глаза. — В тебе много чего есть, но глупость — даже близко не одна из них.

Девочка громко фыркает, ее маленький подбородок дрожит.

— Значит, я тупая.

— Ты не тупая, — возражаю я, а потом передумываю. — Ну, может быть, ты и тупая, потому что тупая и глупая — это одно и то же, но мы можем поработать над этим позже.

Она снова начинает плакать, и я понимаю, что моя шутка с треском провалилась. Я обхватываю ладонями ее лицо и заставляю посмотреть на меня.

— Я знаю тебя меньше дня, но уже могу сказать, что у тебя отличный вкус в книгах, ты милее всех детей твоего возраста, которых я встречала, и плаваешь как русалка. Глупый и тупой — это не те прилагательные, которые к тебе подходят. Ты меня поняла?

Ее подбородок продолжает дрожать.

— Но я могла серьезно навредить тебе.

— Твой отец-аквамен мог бы серьезно навредить мне, — поправляю я со смехом. — Ты видела, как он чуть ли не пушечным ядром обрушился на мою голову? — А потом обхватил меня так, как не обхватывал еще ни один мужчина. Вопрос жизни и смерти или нет, но у меня был внетелесный опыт, когда он нес меня через внутренний дворик.

Эверли разражается смехом и шмыгает носом, возвращая меня к действительности, и смотрит мне за спину. Я оглядываюсь и вижу, что мистер Флетчер стоит там и смотрит на нас сверху вниз шокированными, покрасневшими глазами, от которых мое сердце подпрыгивает к горлу. Такой реакции от него я точно не ожидала.

Отгоняя этот образ, я поворачиваюсь назад и вытираю слезы под глазами Эверли тыльной стороной пальца.

— Если бы он так же ловко нырнул, как ты, все было бы гораздо менее драматично.

Эверли вытирает нос тыльной