Бежать от злодея - Элина Амори

рискует, защищает нас, и вон сколько новых территорий присоединил, — возразил второй собеседник за правым столом. Этот выглядел старше и не таким опрятным, будто только закончил смену на стройке.

— Кто? Он-то? — раздраженно бросил синий кафтан, а у Василисы зачесались руки, чтобы влепить обоим подзатыльники.

— Молчали бы в тряпочку, идиоты! — процедила она сквозь зубы. — А то услышит еще...

— Это он людьми своими рискует, — не унимался синий. — Слышал, бывало так, что он один возвращается из всего отряда. Да и что с монстром станется…

— Эй, ты бы потише, — прошептал второй, и Василиса с облегчением вздохнула — похоже не все мозги еще пропили.

— Да нет его тут, а остальные и так знают! — синего кафтана понесло, точно селедки с кислым молоком хватил. — А то не помнишь, что в прошлом году произошло на площади. Народ едва ноги унес. А все почему? Дорогу ему кто-то, видите ли, не уступил!

Василиса снова уставилась в суп, но теперь слушала с любопытством. Что же натворил этот генерал, что все в страхе разбегались от него?

— Да, помню, — вздохнул второй. — Мне рассказывали. Там женщины, дети были. Даже погибло несколько человек.

По телу прошел озноб. Вот так генерал — своих же граждан убивает.

— Пусть сдохнет, как и его проклятый отец, самой лютой смертью! — заявил синий кафтан совсем опьяневшим голосом.

Вдруг стол слева от Василисы подлетел в воздух, перевернулся и с жутким грохотом рухнул на пол вместе с едой, разбился кувшин, по полу растеклось красное вино. Генерал, сидевший секунду назад в уголочке, стоял перед столом болтливых выпивох и поднимал за горло мужика в синем кафтане. Тот хрипел и дергался.

— Как ты и сказал: что станется с монстром? — голос генерал звучал непривычно холодно, гулко и низко. Его глаза натурально светились, вокруг сгустился воздух, замерцал, затрещал как на морозе, да и похолодело вокруг вмиг, по стенам пополз иней. А сам он хищно ухмылялся. — А вот ты умрешь!

Резкое движение рукой с блеснувшим в ней лезвием, кровь из шеи брызнула, полилась по горлу и груди дергающегося в агонии человека. Василиса зажала рот рукой и едва не упала со стула.

Генерал бросил тело на пол, развернулся, расставил руки в стороны, точно наслаждаясь происходящим, и громким звучным голосом воскликнул:

— Кто еще?! Кто хочет бросить мне вызов?!

Рыцари повскакивали с мест, кинулись было через столы к генералу, но Ройнон оглушительно закричал:

— Всем лечь на пол! Живо! Это приказ!

На удивление, все тут же послушались и стали падать ниц, причем и рыцари тоже.

— Ну что?! — рычал генерал-монстр. — Идите же ко мне!

Он пошел между рядами, а к ошалелой Василисе подскочил помощник и утянул ее на пол.

— Лежи и не двигайся, поняла? — прошептал он.

«Напоминает рейд омоновцев из фильмов», — подумалось внезапно Василисе. — «Когда всем лежать, никому не двигаться, а то прикладом по голове».

— Где же вы все?! — раскатистый голос генерала пробирал до дрожи. Где-то опять грохнулся стол, разбилась посуда.

— Да хватит меня держать! Эй, ублюдок, жить надоело? — раздался чей-то пьяный голос, а потом крик и омерзительное бульканье.

У Василисы пульс стучал в висках как бешеный, а воздух все охлаждался, лужа вина перед глазами покрывалась тонкой коркой льда — почему-то становилось все холоднее, хотя двери и окна оставались закрытыми. Василиса двинулась рукой, и пальцы вляпались во что-то липкое. «Наверное, кровь…» — подумала она, и во рту появился солоноватый привкус.

Опять что-то разбилось, упало… Кто-то рванул к выходу, Василиса подняла голову, невольно напряглась, рассчитывая, сколько секунд потребуется до двери, но Ройнон схватил ее за шкирку, вдавил в пол. Что-то брызнуло на руку, Василиса скосила взгляд, и ее замутило — на пороге лежало еще одно тело. Крики и грохот стихли, только тяжелые шаги раздавались с поразительной четкостью — точно метроном отсчитывали ритм.

Шаги приближались, Василиса сжалась, схватилась за край капюшона и потянула его на голову, чтобы скрыться, слиться с темным полом, перестать существовать. Вот бы мантию-невидимку!

Ритм шагов замедлялся, но они неуклонно приближались. Василиса дрожала всем телом. Пожалуй, никогда прежде ей не было настолько страшно. Любой ночной кошмар, из тех, что мучили в детстве, не шел ни в какое сравнение с тем, что она чувствовала сейчас. Ближе. Шаги точно направлялись к ней. «Бежать, надо бежать!» – кричало сознание, но Василиса все еще надеялась на чудо. Ведь если двинется, точно привлечет внимание.

Вдруг сильная рука надавила ей на спину, будто опираясь. Ройнон подскочил. Василиса невольно вскинула голову и увидела, как помощник перехватил тянущуюся к ней окровавленную руку своего начальника.

— Элем! — позвал он. — Элем, очнись! Успокойся, Элем! Возвращайся к нам! Ты нужен императору, нужен людям на севере, нужен мне!

Мощный пинок в живот, и Ройнон улетел к стене, впечатался в нее боком, и свалился на пол. А генерал присел на корточки над похолодевшей от ужаса и внезапного мороза Василисой, закрыв собой всю, мать ее, вселенную! Яркие сияющие глаза смотрели на нее опять жадно, бешено. Он даже облизнулся!

— Боже! — пискнула Василиса и поползла назад под стол, да так резво, что сама от себя не ожидала. Будто ее тотемное животное — таракан. Впрочем, пусть хоть таракан, хоть сколопендра, она не отказалась бы сейчас от любой полезной суперсилы.

Но едва она скрылась, стол над ней подлетел в воздух, вмиг забирая последнюю иллюзию защиты.

— Элем, стой! — кричал поднимающийся на ноги Ройнон. — Вернись к нам!

Ее подняли за шиворот. И прежде, чем Василиса сколь-нибудь подумала, влепила генералу пощечину. Шлепок прозвучал звонко на всю таверну. По лежащим на полу рядам пробежал всеобщий удивленный «Ох».

— Проклятье, нет! — прихрамывая приближался Ройнон. — Что ты натворила!

Да она и сама не знала, что — просто рефлекс, натренированный тупым приставалой-отчимом. Генерал осклабился, схватил ее за плечи, поднял над полом, точно она обыкновенный воздушный шарик и припечатал к стене, выбив из груди весь воздух.

Глава 7

Элемиан чувствовал себя хуже некуда, уже когда они добрались до города. Сохранилось одно зелье, но он упустил время, и сейчас толку от зелья было бы не больше, чем от глотка обыкновенной воды. Элемиан предпочел бы спрятаться где-нибудь в безлюдном месте, но не