Ошибка реинкарнации - Дмитрий Вектор

— Сяо Мэй, постой, — я мягко, но уверенно перебила Грандмастера. — Раз уж ты здесь, я должна попросить у тебя прощения. Мои методы привлечения внимания твоего Учителя были сомнительными. Но клянусь, я никогда не желала тебе реального вреда. На самом деле, — я понизила голос до доверительного полушепота, — я думаю, нам стоит поговорить. У меня есть к тебе одно очень выгодное деловое предложение.

Оба культиватора уставились на меня.

— Деловое что? — переспросила Сяо Мэй.

Шэнь Цзыжань открыл было рот, чтобы приказать мне замолчать, но я его опередила.

— Предложение о партнерстве, дорогая. Как насчет чашечки успокаивающего чая из Лунного Лотоса? Обещаю, в этот раз я готовила его сама, и он не содержит ничего, кроме антиоксидантов.

По лицу Шэнь Цзыжаня было ясно: он пожалел, что поймал меня. Надо было дать мне разбиться.

Но игра перешла на новый уровень. И теперь в ней участвовали трое.

Глава 6. Визит белой лотосовой девы, или Как избежать драки с помощью SWOT-анализа

Воздух во внутреннем дворе Пика Холодного Облака можно было нарезать ломтями и подавать вместо мороженого. Шэнь Цзыжань возвышался надо мной, словно разгневанное божество, а его аура, казалось, вот-вот заставит сосны покрыться инеем прямо посреди лета.

— Никакого чая, — отрезал он, глядя на меня так, словно я только что предложила его любимой ученице сыграть в русскую рулетку. — Сяо Мэй, возвращайся на свой пик. Ты еще не восстановила духовное ядро. Нахождение рядом с этой… — он запнулся, явно подбирая цензурное слово, — женщиной, пагубно влияет на твою ци.

В оригинальном романе Сяо Мэй была классической «белой лотосовой девой»: чистой, невинной, бесконечно доброй и абсолютно покорной своему Мастеру. Я ожидала, что она кротко опустит глаза, скажет «Слушаюсь, Шицзунь» и улетит на своем мече в закат.

Но тут вмешался мой любимый закон жанра: женское любопытство всегда сильнее инстинкта самосохранения. Особенно если минуту назад ты застукала своего сурового наставника валяющимся на земле в обнимку с главной стервой клана под аккомпанемент несуществующей сакуры.

Сяо Мэй робко переступила с ноги на ногу, потеребив розовую ленту на поясе.

— Шицзунь… — ее голос был тихим, но на удивление твердым. — Моя аура уже стабильна. А Старейшина Линь Юэ сейчас лишена магии и не может причинить мне вреда. К тому же, она сказала, что хочет извиниться. Учение Белого Лотоса гласит, что мы не должны отворачиваться от тех, кто ищет путь к искуплению.

Она поклонилась ему — изящно, как гнущаяся на ветру ива.

Я мысленно поаплодировала. Девочка умело использовала устав корпорации (то бишь клана) против самого начальника. Далеко пойдет.

Шэнь Цзыжань скрипнул зубами. Запретить ученице следовать священным догмам клана он не мог — это был бы серьезный удар по его педагогическому авторитету. Он бросил на меня взгляд, полный такого мрачного предупреждения, что у меня похолодело между лопаток.

— Полчаса, — процедил он. — Вы будете пить чай в открытой беседке над ущельем. Я буду медитировать неподалеку. Одно неверное движение, Линь Юэ, и я лично сброшу тебя вниз. Без всяких замедлений.

— Ваша забота о технике безопасности согревает мне сердце, Грандмастер, — лучезарно улыбнулась я, мысленно показав ему язык.

Пятнадцать минут спустя мы с Сяо Мэй сидели друг напротив друга в резной деревянной беседке, парившей на краю скалы. Ветер трепал наши одежды. Я изящно (как мне казалось) разливала по пиалам свежезаваренный Лунный Лотос. Мои заблокированные меридианы тихо гудели, отзываясь на остаточное тепло вчерашней пилюли Системы.

Сяо Мэй сидела с идеально прямой спиной, положив руки на колени. Она смотрела на меня огромными, настороженными глазами, в которых читался явный когнитивный диссонанс. Линь Юэ, которую она знала, должна была шипеть, брызгать ядом и кидаться в нее фарфором. Нынешняя Линь Юэ спокойно предлагала ей печенье с кунжутом.

Я отпила чай, давая ей время привыкнуть к смене моего имиджа, и мысленно провела быстрый SWOT-анализ ситуации.

Сильные стороны Сяо Мэй: сюжетный иммунитет, любовь всех мужских персонажей романа, огромный магический потенциал.

Слабые стороны: наивность, полное отсутствие навыков интриги, патологическая честность.

Угрозы: если она решит, что я ее соперница, система жанра раздавит меня, чтобы защитить главную героиню.

Возможности: сделать ее своим самым сильным стейкхолдером (союзником с решающим правом голоса).

— Сяо Мэй, — я мягко нарушила тишину, поставив пиалу на стол. — Давай начистоту. Без кланового политеса и высокопарных слов. Ты ведь пришла сюда не за извинениями. Ты пришла узнать, почему я вчера пыталась тебя отравить, а сегодня утром обнималась с твоим Учителем.

Девушка вздрогнула, ее щеки залил густой румянец. Прямота в этом мире была не в чести. Здесь предпочитали общаться намеками и вздохами.

— Вы… вы сами сказали, что это была отработка гравитационной техники, — пролепетала она, опуская глаза.

— Это был корпоративный буллшит, дорогая, — вздохнула я. — Ложь во спасение. Правда в том, что я совершила ужасную ошибку. Я была ослеплена ревностью. Мне казалось, что если я уберу тебя с дороги, Шэнь Цзыжань наконец-то посмотрит на меня.

Я говорила это легко, без надрыва, словно обсуждала неудачный бизнес-план за прошлый квартал. Сяо Мэй вскинула голову, ее глаза округлились.

— Вы… любите Шицзуня? — прошептала она, словно это была государственная тайна.

— Любила, — я сделала акцент на прошедшем времени. — Точнее, я была одержима идеей о нем. Знаешь, как бывает: видишь на витрине дорогую, блестящую вещь и думаешь, что если ее купить, жизнь станет идеальной. А потом, оказавшись на волосок от смерти, когда эта самая «вещь» приставила меч к твоему горлу… приоритеты резко меняются.

Я наклонилась вперед, понизив голос до заговорщического шепота:

— Сяо Мэй, я поняла одну важную вещь. Шэнь Цзыжань — великий мечник. Герой. Божество клана. Но как мужчина для отношений… он же полная катастрофа!

Главная героиня поперхнулась чаем.

— Старейшина Линь! Как вы смеете так говорить о Шицзуне! Он благородный, сильный, справедливый….

— И эмоционально заблокированный, как банковский счет при банкротстве, — парировала я. — Давай смотреть правде в глаза. Он же трудоголик с явными признаками социофобии. Он разговаривает приказами. Он заставляет тебя тренироваться до потери пульса. Он вообще хоть раз дарил тебе цветы просто так? Спрашивал, как ты себя чувствуешь, не используя медицинские термины оценки ци?

Сяо Мэй открыла рот, закрыла его, потом снова открыла. На ее лице