Ошибка реинкарнации - Дмитрий Вектор

БУМ!

Мы врезались в землю. Точнее, он врезался в землю, выбив из легких весь воздух, а я весьма комфортно приземлилась на его живот.

Взметнулось облако белой пыли. Метла, которую я оставила ранее, от удара подпрыгнула и с глухим стуком упала прямо рядом с нашими головами. Мелодия флейты резко оборвалась на фальшивой ноте, издав звук сдувающегося шарика.

[Дзинь Контакт установлен. Квест условно выполнен. Награда выдана. Приносим извинения за технические неполадки] — виновато пискнула Система и отключилась.

Я лежала на Шэнь Цзыжане, вцепившись пальцами в его плечи. Мой нос утыкался ему в подбородок. Мы тяжело дышали.

Тишина во дворе стояла такая, словно мир готовился к апокалипсису.

Я медленно подняла голову.

Лицо Шэнь Цзыжаня находилось в нескольких дюймах от моего. Его волосы растрепались, глаза цвета грозы были расширены до предела. В них больше не было ни льда, ни презрения. Там был чистый, первобытный шок человека, чья картина мира только что сломалась пополам.

— Ты — хрипло начал он, его грудь под моей тяжело вздымалась. — Ты парила. Ты летела вниз медленнее, чем падает лист. А потом отскочила от моей ци, как мяч. И откуда откуда взялись лепестки сакуры?! Здесь нет сакуры!

Его голос сорвался. Великий Грандмастер был близок к панической атаке.

Я поняла, что нужно срочно брать ситуацию под контроль, пока он не решил, что я одержима демоном-клоуном.

Я изогнула губы в слабой, нежной улыбке и посмотрела ему прямо в глаза, используя весь арсенал своего обаяния.

— Я же говорила вам, Грандмастер, — прошептала я, мягко погладив большим пальцем его плечо (чисто для отвлечения внимания). — Любовь окрыляет. Мои чувства к вам настолько сильны, что они буквально искривляют пространство и нарушают законы притяжения. Разве вы этого не почувствовали?

Он уставился на меня так, словно я только что призналась, что ем камни на завтрак.

— Любовь? Искривляет гравитацию? — переспросил он тоном, в котором звенела звенящая пустота.

— Именно, — я кивнула с самым серьезным видом. — И лепестки тоже материализуются из моей ауры. Это редкий алхимический побочный эффект глубокой привязанности. В древних трактатах об этом писали.

Он продолжал лежать, не делая попыток скинуть меня. Казалось, его мозг, привыкший к строгим правилам культивации, отчаянно пытался найти логическое объяснение этому бреду. Его руки, инстинктивно обхватившие меня за талию во время падения, все еще крепко держали меня, большие пальцы неосознанно поглаживали ткань моего платья. От его тела исходил жар, и, несмотря на абсурдность ситуации, я вдруг поняла, насколько интимной была наша поза.

Воздух между нами стал густым. Я смотрела на его губы, он смотрел на мои. В его глазах мелькнуло что-то странное, темное и совершенно незнакомое.

Возможно, Система была права. Возможно, идиотские штампы ромкомов работают даже на ледяных глыбах.

Я чуть подалась вперед, решив проверить границы дозволенного.

— Шицзунь?.. (Мастер?).

Нежный, как перезвон хрустальных колокольчиков, девичий голос разрушил момент, словно кувалда стекло.

Шэнь Цзыжань вздрогнул, мгновенно приходя в себя. Его глаза снова стали ледяными. Он резко сел, одним движением сбросив меня на камни (слава богу, не очень сильно), и вскочил на ноги.

Я, кряхтя, тоже поднялась, отряхивая юбку и поворачиваясь к незваной гостье.

В арке, ведущей во двор, стояла девушка.

Она была похожа на ожившую гравюру: миниатюрная, в бело-розовых шелках, с огромными невинными глазами лани и идеальным личиком, выражавшим крайнюю степень беспокойства. Ее волосы были украшены жемчугом. Воплощение нежности, чистоты и света.

Сяо Мэй. Оригинальная главная героиня романа. Любимая ученица Шэнь Цзыжаня и та самая девушка, которую я (вернее, прошлая владелица тела) якобы отравила вчера утром.

Судя по ее свежему виду, мой план сработал: она пришла в себя в рекордные сроки. Следы «Сонной Росы» в ее ауре скоро выветрятся, что даст мне алиби.

Сяо Мэй стояла, прижав тонкие ручки к груди. Ее огромные глаза переводили взгляд с растрепанного Грандмастера на меня, стоящую в метре от него, в помятом платье, с листом сосны в волосах.

— Шицзунь — ее голос дрогнул, глаза наполнились слезами. — Я проснулась и узнала, что Старейшина Линь Юэ арестована. Я прибежала умолять вас о милосердии, потому что не верю, что она желала мне зла Но что здесь происходит? Почему вы лежали на земле вместе?

Ситуация накалилась до предела. Классический любовный треугольник был готов взорваться прямо у меня во дворе.

Шэнь Цзыжань, человек, не знающий страха в бою, сейчас выглядел так, словно хотел провалиться сквозь землю. Он судорожно поправил свою распахнувшуюся на груди рубашку, принял идеально ровную стойку и кашлянул в кулак, возвращая на лицо маску холодной отчужденности.

— Сяо Мэй. Тебе нельзя вставать, твои меридианы еще слабы, — строго произнес он, не отвечая на ее вопрос.

Но я была не намерена молчать. Кризис-менеджер во мне почуял перспективу. Главная героиня здесь. Девушка с самым сильным сюжетным иммунитетом. Если я смогу завербовать ее на свою сторону, мои шансы выжить возрастут в геометрической прогрессии.

Я шагнула вперед, лучезарно улыбаясь.

— О, дорогая Сяо Мэй! Какое счастье, что ты оправилась! — я всплеснула руками, полностью игнорируя предупреждающий взгляд Грандмастера. — А мы тут с твоим Учителем как раз отрабатывали техники защиты от внезапного падения. Очень сложная практика. Гравитационная. Тебе пока рано такое изучать.

Сяо Мэй непонимающе моргнула.

— Защиты от падения? Но Линь Юэ, вы же лишены ци!

— Верно! — я уверенно кивнула. — Поэтому я выступала в роли тренировочного манекена. Учитель Шэнь настолько предан своему делу, что не дает себе отдыха даже утром. Разве он не великолепен?

Цзыжань закрыл глаза и глубоко вдохнул. Я кожей чувствовала, как он считает до десяти, чтобы не придушить меня на месте.

— Сяо Мэй, — его голос стал ледяным, — возвращайся в свои покои. Старейшины придут к тебе позже, чтобы проверить твою ауру.

— Но, Шицзунь — девушка сделала шаг к нему, бросая на меня настороженные, хотя и скрытые за пеленой невинности, взгляды. В оригинальном романе она была добра, но не глупа. И то, что она увидела, явно не укладывалось в ее картину мира, где Линь Юэ — абсолютное зло.

Я поняла, что пора переходить в наступление. Враждуют только те, кому нечего делить. А у нас с Сяо Мэй были общие интересы. Точнее, один общий интерес с ледяным взглядом и привычкой махать мечом. И мне нужно было убедить ее, что