Развод. Ты свободен, предатель! - Мария Геррер

Еще раз посмотрела на себя в зеркало. Уже не так страшно, но все равно видно, что плакала. Открыла дверь и, не переодевшись, поплелась в кухню. Игорь уже сидел за столом и тыкал в мобильник.

— Я какао буду, — предупредил меня. — Чай не хочу.

— Сам нальешь, — неожиданно для себя разозлилась я и сунула в микроволновку картошку с курицей.

— Ты чего такая? — оторвался от экрана мобильника Игорь и удивленно посмотрел на меня. — Мам, ты что, плакала что ли?

— Устала, — отрезала я, ставя перед сыном тарелку. — Дальше сам. И посуду за собой вымой.

Игорь не ответил, снова уставился в мобильник. Не глядя насадил на вилку картошку и отправил ее в рот.

Пошла в спальню, переоделась, села на край кровати. И что мне теперь делать? Надо поговорить с Антоном. Потребовать от него объяснений. А дальше? Простить и забыть? Я не смогу. Моя жизнь рушилась на глазах, а я не знала, что предпринять, как вести себя.

Набрала номер мужа. Тот долго не отвечал. Потом все-таки взял трубку.

— Что-то срочное? — спросил недовольно. — Я занят с инвесторами.

— Ужинаете? — иронично поинтересовалась я.

— Нет, завтракаем, — в тон мне ответил муж. — Что ты хотела, Аня?

— Ужинаете в «Приюте спящей луны»? — с замиранием сердца спросила его. Надежда еще теплилась в моем сознании. Слабая, тонкая, как осенняя паутинка.

— Что за вопрос? — рыкнул Антон. — Я сказал, что занят. Освобожусь — перезвоню.

— И с кем же ты занят? С Тихомирской? Она твой главный инвестор? Я видела твой внедорожник у отеля. И видела Елизавету.

— Глупости городишь, — сказал, как отрезал муж. — Вернусь поговорим. Не дергай меня по пустякам!

Он сбросил вызов. Я тут же перезвонила, но муж не ответил. Сухой голос автоответчика пообещал, что мне перезвонят. Когда-нибудь, потом, может быть…

Я набирала номер снова и снова, сама не зная зачем. Глупо и бесполезно, я знала, что Антон трубку не возьмет. Отшвырнула мобильник, руки бессильно упали на колени, голова склонилась и слезы снова потекли по щекам, тихие и безнадежные.

Конечно, Антон не бросит Алиску в отеле и не примчится просить у меня прощения. В его голосе я слышала только раздражение и глухое недовольство. Антон не перезвонит, не попытается успокоить меня.

В спальню вошел Игорь.

— Мам, чего в темноте сидишь? — он включил свет и по глазам словно полоснули лезвием. Я зажмурилась.

— Выключи, — прикрыла глаза рукой.

— Плачешь? Ты чего?

— Ничего, — я поспешно вытерла слезы со щек и опустила голову.

— Отец звонил. Сказал, ночевать не придет, и чтобы ты не истерила по этому поводу. И ему не звони, у него встреча с партнерами.

— Так и сказал? С партнерами? — на меня накатил истерический хохот. — Так там не одна Лизка? Вот это номер!

— Мама? — опасливо посмотрел на меня Игорь. — Ты выпила много на встрече с одноклассниками?

— Игорь, у твоего отца любовница, — выпалила я. — Я только что узнала об этом.

— Понятно, — равнодушно произнес Игорь. — Значит, ты не знала. Ну и что? Сейчас все разводятся.

— А ты знал? — я поверить не могла собственным ушам.

— Да, — пожал сын плечами.

— Давно?

— Полгода, может, меньше. Разве это важно?

— И не сказал мне?

— Зачем? Ты, вон, плачешь, расстроилась. И папа говорил, что ты будешь рыдать. Это на нервы действует.

— Тебе, или ему? — от равнодушия сына у меня заболело сердце.

— Всем. Ну, разведетесь вы, и что? Не конец света, никто не умер. Это жизнь. Я пойду к друзьям. А то тоска смотреть на это…

— На «это» это на меня?

— Не на тебя, а вообще. Я ничем помочь не могу, так чего мне около тебя торчать?

— Подожди, сядь, — я похлопала ладонью рядом с собой. — Расскажи все, что ты знаешь.

— Ну зачем тебе это? — закатил глаза к потолку Игорь. — Что это поменяет?

— Я хочу знать правду.

— Папа придет и поговоришь с ним. Видел я их раз в боулинге. Мы с ребятами играли, а они в баре сидели. Обнимались, целовались. Отец меня заметил, все объяснил. Он Лизу со школы любит. А ты у него была для утешения. И чтобы Лизу позлить. Потом привык и женился на тебе. Теперь у нее муж умер, они снова вместе. Все, больше я ничего не знаю.

Игорь реально не видел ничего предосудительного в том, что его отец завел любовницу, что крутит роман за моей спиной. Какое чудовище я воспитала, какого черствого мальчика вырастила! Почему, почему у Игоря нет ко мне ни капли сочувствия? Разве он не видит, как мне плохо? Помочь он мне не может, но посидеть рядом, обнять, утешить? Разве это сложно?

— Я пошел. Ты не расстраивайся зря, — кинул мне сын. — Это же жизнь. Разведетесь и будете жить каждый сам по себе. Папа тебе квартиру обещал купить. Может, уже купил. И денег даст. Все нормально будет.

Верила и не верила в происходящее. Неужели и сын предал меня? Знал, и ничего не рассказал об измене отца. И сейчас ему все равно, что творится у меня на душе. Его равнодушие ранило не меньше, чем измена Антона. Стас тоже знает? И тоже молчит?

Тихо хлопнула входная дверь. Игорь сбежал от меня, чтобы не трепать себе нервы. Скучно сидеть рядом с плачущей матерью. Толку от слез никакого, от сочувствия тоже….

Старший сын на мой звонок ответил сразу:

— Привет, мама! Хорошо провела время с одноклассниками? Извини, закрутился с работой, неделю не звонил.

— Привет, Стас, — я замялась, не зная, как задать волнующий меня вопрос. — Ты… Ты знаешь?.. Знаешь об этом?..

— Плохо слышу тебя, — голос у сына веселый. — Прерывается. Сейчас перезвоню.

— Не надо, это у меня… Это не помехи.

— Что-то случилось? — насторожился Стас. — У тебя голос какой-то странный. Ты что, плакала?

— Немного, — в горле снова встал комок, мешая дышать и говорить. — Так сразу не объяснишь… Твой отец…

— Что? Что случилось? Заболел кто? Папа? Что с ним? — в голосе старшего сына звучало волнение.

— Твой отец здоров. Здоров как бык. Он изменил мне. И, как сказал Игорь, он собирается со мной развесить, — выпалила я, всхлипнула и разрыдалась.

— Погоди, что за ерунда? — голос Стаса звучал недоверчиво. — Дурацкие шутки у Игоря.

— Это не шутки, — сдавленно прошептала я. — Это правда…

— Чепуха, — хмыкнул Стас. — Что тебе Игорь наплел? С чего он это взял? Ты с отцом говорила?

— Говорила, — я рассказала Стасу все, о всех своих подозрениях, о том, что рылась в телефоне Антона, о его вранье и о жестокости Игоря. Рассказала