Злодейка желает искупления - Татьяна Антоник

на усталость, сон так и не одолел меня. Я бродила по покоям, рассуждая о своей бренной жизни. Злилась, что опять зависима от дяди, что Ван Чаосин снова поблизости, и мне нечего ей противопоставить. Я задыхалась от ярости, но эта ярость была безвыходной.

Мне нельзя показывать эмоции, давать оценку ситуации. Я бессловесная служанка. А раз я ей стала, открывались иные перспективы.

По крайней мере я свободна, могу гулять везде, ссылаясь на приказы госпожи.

Я выскользнула из нашей стороны поместья, надев темный плащ. Когда требовалось, я умела шагать бесшумно и не привлекая внимания.

Не то чтобы у меня были явные намерения подслушать, но я здраво рассуждала, что Шэнь Куон, привезя гостей, будет разговаривать либо с женой, либо с сыном, объясняя наше появление. Мы здорово всколыхнули привычную жизнь усадьбы.

Какого же было мое удивление, что дядя приветливо беседовал не со своей супругой, не с любимым сыном, а с приближенным слугой Фу Каном, который заведовал его делами.

Память услужливо подставляла картинки. Мне тяжело выбрать, кто вызывает больше ненависти из этой ветви семьи Шэнь и ее прислуги, но Фу Кан определенно займет место в первой пятерке. Крысиное лицо, зализанные волосы, убранные в хвост, повадки такие же крысиные.

Он не лебезил перед Шэнь Куоном, но удачно вставлял льстивые фразочки. Он нашел общий язык с госпожой поместья. И эта «крыса» когда-то подпалила мои волосы. Того поступка я простить не смогу. Придушить бы его при первой возможности.

— Какие у вас планы на младшую госпожу Шэнь? — Фу Кан скрестил пальцы и раболепно поклонился перед господином. — Как ее принимать? Следить за ней?

— Девчонка легкомысленна, доверчива и наивна, — фыркнул мой родственник. — Не утруждайся слежкой. Проследи, чтобы ее прихоти исполнялись. Она на некоторое время станет женой моего сына.

— На некоторое? — уточнил прислужник.

— Ты же не думаешь, что я оставлю ее при Мэнцзы? Я выдаю замуж Улан, лишь бы заткнуть злые языки. То и дело какой-то придворный хочет нажиться на смерти ее отца. Постоянно просят продолжить расследование его смерти. Нет, пусть они поженятся.

— А какое мнение у вашего сына? — поинтересовался Фу Кан.

— Мне плевать, — лениво отвечал дядя. — Он сделает, что я ему повелю. Мне важно упрочить власть в клане. Добившись желаемого, окончательно очищу наше имя от того скандала, а после...

— Да? — наклонился ниже слуга.

— А после ты избавишься от нее, как избавлялся от других, кто мне не подходил. Разберись, кстати, с ее матушкой. Мне не нужны две госпожи. И куда запропастилась Хэ Жань?

Я накрыла свой рот ладонью, чтобы не закричать.

Какой же Шэнь Куон гнилой! Он планировал избавиться от меня едва ли не сразу после свадьбы. В прошлой жизни я избежала этой участи, отправившись во дворец, а что в этой? Какие я найду причины, чтобы не заключать брак?

Я не растеряла свои амбиции и стремление к власти, просто осознала, что власть — не мое. Я жестокая, безудержная и мстительная. Если я не пойду наложницей, то как справиться с кознями Шэнь Куона?

Глава 3. Шэнь Улан

Одна ночь в клане прошла относительно спокойно. Нас поселили отдаленно, но позаботились об удобствах. Ван Чаосин всегда переживала о слухах и об условностях. Не приведи боги, какая-то побочная ветвь пожалуется на прижимистость предводителя клана.

Я знала, что моя матушка устроена хорошо, не испытывает нужды и голода, приставленная к ней служанка вроде бы казалась надежной, но я попросила Лю Цяо на всякий случай все досконально перепроверять.

Она от этой просьбы буквально расправила крылья. Я выразила ей свое почтение и доверие, конечно, ей было приятно.

А я страдала от собственных мыслей. Какой же дурой я раньше была. Ничуть не интересовалась семьей. Мечтала выскользнуть из нашего поместья. У нас не так много родственников после переворота, устроенного дядей, но меня никогда не занимали их судьбы.

Меня грызла совесть, а сверху, на это нескончаемое чувство вины накладывалась информация, которую узнала накануне. Шэнь Куон вознамерился сжить меня со свету после свадьбы. Если в этот раз я не планирую становиться наложницей императора, то как избежать заготовленной участи? Дяде даже не нужно ждать рождения от меня наследников. Он просто подберет новую, выгодную невесту.

— Ваша матушка проснулась, — принесла добрую весть Лю. — Спрашивала о вас. Когда вы к ней зайдете?

— Попозже, — отворачивалась я и била себя по голове.

Мне нужен защитник, но где бы такого сыскать?

В детстве я дружила с Чен Юфеем. Мы выросли вместе, бегая по деревне. Моя мама и мать Лю Цяо никогда не одобряли нашу дружбу, но других детей практически не было. Чен Юфей уехал в столицу в возрасте, близком к совершеннолетию. Я горько плакала о его отъезде. Скучала.

В прошлой жизни он помог мне стать наложницей. И несмотря на все мои козни оставался рядом, хотя и позаботился о себе. Никто не знал, кто именно помогает мне информацией.

Но стоило ли обращаться к нему сейчас?

На всякий случай спросила мнения своей служанки. Играли-то мы в юности вместе.

— Лю Цяо, — отвлекла ее, — а тебе известно, что наш Езоу* тоже в столице.

— Он, — ошеломленно произнесла она, — все-таки добрался.

— Не просто добрался, — поучала подругу. — Он стал известной личностью. Он владелец игорного дома под названием «Золотой дракон».

— Этот худощавый мальчишка, — брезгливо отозвалась Лю Цяо. — Он же деревенщина.

— Не суди строго, — улыбнулась я, пропуская мимо ушей замечание про деревенщину. Чую, если прогуляться и подслушать болтовню хозяйки поместья, та не будет думать о нас лучше. — Наш путь неисповедим, но посмотри на себя, была служанкой, а стала моей госпожой.

— Я никогда не смогу стать вашей госпожой, госпожа, — взбрыкнула девушка.

— Да, не сможешь, — признала я, — перед этим придется многому научиться. И все же я хочу возобновить дружбу.

— Как? — схватилась Лю Цяо за сердце. — Это не достойно госпожи Шэнь.

— Верно, — усмехнулась и подмигнула ей, — но я-то не она. Я Лю Цяо, а госпожа Шэнь, — тыкнула в нее пальцем, — молчаливая и скромная, постоянно сидит возле своей матери. Разве не так?

— Да... — все равно моя служанка безумно боялась.

Впрочем, я не могла принять ее страхи. На