Нокаут - Элианна Рив

Войдя в просторную столовую, я вдохнул воздух полной грудью. Вокруг витали ароматы разных блюд, но всё портил неприятный запах тушёной капусты – не удержавшись, я поморщился.

– Блин, чувак, меня сейчас стошнит на твои зауженные убогие джинсы! – скривившись, сказал я другу.

– Тихо-тихо, сейчас пойдём к нашему столу – Димон накрыл поляну и свалил в свой кружок «Очумелые ручки». Ленка сидит и скучает, ноги в короткой юбочке уже машинально раздвигаются при твоём появлении! – весело подмигнул Тёма.

– Не неси херню! – рассердился я, хлопнув его по затылку. – Пойдём уже, а то желудок к позвоночнику прилип!

Стоило мне сесть рядом с Ленкой, как она обвила меня своими ручонками с красным вызывающим маникюром. Машинально я привлёк её к себе, и Лена тут же игриво положила голову на моё плечо.

– Пупсик, может, я сегодня зайду вечерком, фильм посмотрим? – промурлыкала девушка.

– Угу, как раз неделя скидок на «Бразерс», – усмехнулся Тёма, и я заржал вместе с ним.

– А тебе, Тёмка, секс только и снится, – хмыкнула Лена. – Ну, мы с Антоном можем заснять тебе парочку роликов, для коллекции, – подмигнула она, проводя губами по моей шее и оставляя на ней след от губной помады. Поднимаясь из-за стола, Ленка прощебетала: – До встречи мальчики!

Соблазнительно покачивая бёдрами, Лена покинула столовую. Проводив девушку взглядом, я удручённо посмотрел на Артёма и сказал:

– Слушай, я уже устал от неё, забирай себе. Считай, подарок на день рождения.

В этот момент к нам подошла высокая неухоженная девушка, выглядевшая весьма необычно. Её волосы были собраны в нелепый растрёпанный пучок, закреплённый на макушке золотой обшарпанной заколкой: создавалось впечатление, что владелица столь несуразной причёски в панике сбежала от парикмахера. Затем взгляд упирался в коричневые очки с толстенной оправой, словно оставшиеся девушке от бабушки в наследство. Затемнённые линзы придавали лицу незнакомки болезненный желтоватый оттенок. Платье также оставляло неизгладимое впечатление. Длинное, чёрное, со множеством ненужных деталей, оно было дополнено вычурной вышивкой, а сверху дополнялось розовыми бусами с огромной пластмассовой бабочкой посередине. Завершали образ чёрные туфли на внушительной платформе, визуально увеличивающие рост и без того высокой дамы ещё сантиметров на десять, но при этом уменьшающие её привлекательность вдвое.

Голос девушки был робким и неуверенным: казалось, она боится всего вокруг и даже самой себя. Меня охватило странное чувство, словно мы знакомы, но такой раритет я вряд ли где мог видеть. Ботанша бормотала что-то про девушку, но Тёма, несдержанный в словах, смутил эту скромницу ещё сильнее, вынудив её покраснеть. Мы ушли, оставив незнакомку у нашего столика. На выходе к нам обратилась Петровна, уборщица в столовой.

– Парни, опять не убрали за собой! – проворчала она, опуская швабру в ведро. – В прошлом году я ещё терпела, а вот в этом не намерена!

– Бабуль, – начал Артём, приложив руку к сердцу, – сегодня нас спугнула страшила-лесбиянка. Пришлось бежать… Честное слово, всё хотели убрать, но, видно, не судьба.

Я схватил друга за рубашку и вывел в открытые двери, крикнув сердитой уборщице:

– Простите, в следующий раз всё уберём.

После универа я решил заглянуть в бар, где иногда подрабатывал, а заодно нужно было забрать скучающий без меня мотоцикл, так и оставшийся в закоулке после той злополучной ночи. Мы с Тёмой постоянно вспоминаем ту драку. Не должно было быть в машине ничего, за чем бы пришли такие амбалы. Но теперь нам предстояло только ждать. С Тёмкой пару раз связывались владельцы угнанной нами тачки, угрожали, но мы действительно ни при чём и про кейс только ночью узнали. Я решил отвлечься от плохих воспоминаний и, погладив ноющую рану, позвонил бабушке, успокоил её, сказав, что со мной всё в порядке.

На следующий день я проспал две пары – недолго же я продержался, приезжая в универ к первой лекции. Припарковав свой байк у центрального входа, я снова увидел вчерашнюю девушку из столовой. Она небрежно засовывала в сумку бумаги и явно не сдерживалась в эмоциях. Я решил помочь и заодно извиниться за друга.

– Привет, помочь? – дружелюбно спросил я.

– Себе помоги, – буркнула незнакомка. Подняв голову и увидев меня, она вдруг заулыбалась и продолжила: – Извини, просто, когда я в таком виде, реально все издеваются.

– А ты бываешь в другом виде? – удивился я.

– Нет, всегда так выгляжу, – отчеканила она.

Я протянул руку для знакомства.

– Антон.

– У-у-у… рсула. Не спрашивай… Родители-идиоты. В общем, я пошла. Хорошего дня! Пока, Антон, – быстро проговорила девушка и убежала за массивные ворота универа.

– Пока, Урсула, – усмехнулся я. Ну нет, мы где-то виделись, точно!

Глава 5. Ульяна

Запыхавшись, я залетела в троллейбус №78 и села на свободное место у окна, протянув мелочь кондуктору. Я открыла окно и вдыхала полной грудью запах уже опавшей листвы, смешанный с выхлопными газами.

Господи, почему же я вечно позволяю этому юноше сводить меня с ума? Почему при одном его взгляде несу абсолютную чушь, смущаюсь и нервничаю, будто подросток на первом свидании? Никогда подобного со мной не происходило, но… Конечно, я же полная противоположность Антона – зачуханная ботанша в невзрачном платьице, потерявшаяся среди толпы красавиц. Наблюдения последних двух дней подтвердили простую истину: если выглядишь как серая мышь, тебя никто не замечает. Комплиментов ждать бесполезно, цветы не подарят, а уж про более существенные знаки внимания и речи быть не может.

Настоящая беда современных университетов заключается в том, что многие недооценивают простых ребят, считая их никчёмными существами, неспособными проявить себя. Красивые студенты крайне высокомерны и сознательно подавляют более скромных однокурсников, полагая, что защита отсутствует и над ними можно безнаказанно издеваться. Ярчайший пример – вчерашняя ситуация на паре по правоведению. Ирке засунули паука в карман платья, та, не подозревая подвоха, нечаянно коснулась насекомого. Итог: пара отменилась из-за истошных криков бедняжки, вся группа при этом откровенно ржала, ничуть не сочувствуя пострадавшей.

С тех пор, как мы с Ирой добровольно превратились в несуразных фриков, вообще всё изменилось. Славка и Ромка делают вид, что нас не знают, даже не кивают при встрече, будто мы стали невидимыми людьми, отвергнутыми обществом. Мы действительно остались одни. Единственным утешением служит то, что в вузе имеются похожие на нас индивидуумы, объединившиеся в группу журналистов студенческой газеты. Сегодня мы с Иришкой официально присоединились к