Теневая революция - Клей Гриффит

хоть и выглядела еще немного по-девичьи, с милым личиком, в отличие от Кейт с ее резкими, угловатыми чертами. Имоджен пошла в мать, а Кейт в отца. Темные волосы Имоджен были аккуратно завиты, и она была одета так, чтобы привлекать внимание: очень узкая талия и очень низкий лиф из золотистой шелковой тафты. Даже Кейт невольно обратила внимание на пышную грудь сестры и услышала неодобрительные возгласы окружающих женщин, в которых часто звучали слова "неуместно" и "пышногрудая".

Имоджен взмахнула позолоченным веером.

— Сэр Уильям был просто великолепен.

— Ты готова уйти, Имоджен?

— Уйти? Еще рано. Хотя я понимаю, почему ты хочешь уйти. А вот и Бойлан.

Перед ними появился высокий мужчина со светлыми волосами. Его походка была слегка неуклюжей, как у человека, пытающегося скрыть, что он много пьет. Полковник Бойлан Хибберт, бывший офицер Одиннадцатого бенгальского уланского полка, несколько месяцев назад присосался к Имоджен, как минога. Он сонно улыбнулся и повернулся к Кейт, поклонившись в пояс. Его взгляд лениво скользнул по ее телу и остановился на глазах. Он, безусловно, был красив, но какой-то странной, ничего не значащей красотой. Бледный, без характерной для тропических офицеров смуглой кожи, с тонкими усиками и редеющими светлыми волосами. За его ухмылкой, которую он носил как знак превосходства, скрывалась жесткость и презрение.

— Мисс Анструтер, как же вы прелестны.

— Полковник Хибберт, — ответила Кейт, ошеломленная тем, что перед ней предстал не по годам развитый неприятный мальчишка, изображающий из себя мужчину.

Он многозначительно посмотрел на ее грудь, а затем перевел взгляд на гораздо более пышную грудь Имоджен.

— Я принесу пунш, моя милая.

Имоджен проводила его взглядом, пока он шел через комнату, и сказала:

— Он такой внимательный. Он бы перевернул землю у меня под ногами, чтобы я не уставала, если бы мог.

— Как жаль, что у него нет такой способности.

— У него есть другие способности, — сказала Имоджен громким театральным шепотом, чтобы его услышали зеваки поблизости. — Он… волшебник.

— Это какая-то метафора? Если да, то, пожалуйста, не продолжайте.

Имоджен рассмеялась.

— Нет. Он настоящий волшебник. Он мастер темных искусств Востока. Он научился всему этому, когда служил в Индии.

Кейт это не впечатлило.

— Не могла бы ты говорить потише? Ты и так уже устроила представление в этом платье.

Имоджен расправила плечи и выпятила грудь.

— Ты ревнуешь.

— Имоджен, ты хочешь, чтобы тебя заклеймили как распутницу?

— Это лучше, чем быть старой ведьмой. — Имоджен улыбнулась самой милой улыбкой.

Кейт сделала несколько глубоких вдохов, стараясь унять дрожь в руках, чтобы сохранить видимость вежливой беседы. Сестра вела себя неразумно. Она вела себя так, будто была не собой, а кем-то другим, и делала все, чтобы разозлить старшую сестру, и у нее это прекрасно получалось.

— Ты даже не представляешь, что будет, если ты сейчас оступишься. Общество, к которому ты так стремишься, отвернется от тебя, и твои шансы на замужество сильно уменьшатся.

— Спасибо, мама, но мне не нужны никакие шансы. Я выйду замуж за полковника Хибберта, и мы будем жить в Лондоне, а может, и на его огромной чайной плантации под Калькуттой.

— Полковник Хибберт, отъявленный негодяй. У него нет ни чайной плантации под Калькуттой, ни где-либо еще. Ты ему нравишься только потому, что ты из семьи Анструтеров.

— Как ты можешь быть такой жестокой? Это из-за того, что ты одна и никто никогда не полюбит тебя так, как полковник Хибберт любит меня? — Имоджен отвернулась и захлопала в ладоши от радости, когда вернулся полковник Хибберт с хрустальным кубком красного пунша. Она сделала реверанс своему кавалеру, продемонстрировав несколько больших золотых колец, одно из которых с огромным рубином, привезенным их отцом из Индии. Имоджен любила притворяться, что этот камень был снят со лба языческого идола. И это вполне могло быть правдой, учитывая их отца. — О, спасибо, Бойлан. Это так мило с твоей стороны. Я умираю от жажды. — Кейт с тревогой добавила:

— Слава богу, ты пришёл вовремя. Я боялась, что она упадёт в обморок от жажды.

Имоджен пригубила пунш и хихикнула:

— Ой, как щекотно!

Хибберт громко расхохотался, но его взгляд был прикован к Кейт. Она уже придумывала, как бы ему глаза выколоть, когда он спросил:

— Скажите, мисс Анструтер, разделяете ли вы интерес вашего отца к таинственным и оккультным знаниям?

— С чего вы спрашиваете?

— Знакомы ли вы с тантрической практикой? — Хибберт положил руку на обнажённое плечо Имоджен.

Кейт почувствовала, как её лицо заливает краска, а взгляд становится ледяным. Она знала, о чём он говорит. Для жителей Запада тантрическая магия подразумевала раскрепощённые сексуальные отношения под видом духовных поисков. Она не удивилась, что полковник Хибберт так высоко ценит тёмные искусства.

Кейт с натянутой улыбкой повернулась к Хибберту и обвела взглядом комнату.

— Сэр, будь я мужчиной, я бы потребовала сатисфакции за ваше грубое поведение. Но поскольку я женщина, то вижу вас в последний раз. Я запрещаю вам и дальше омрачать жизнь моей семьи своим присутствием.

— Ты не можешь мной командовать, Кейт, — довольно громко сказала Имоджен. — Бойлан, у меня ужасно болит голова.

Хибберт выглядел растерянным.

— Вы хотите уйти?

— Наконец-то, — сказала Кейт. — Пойдём, Имоджен.

— Я предпочитаю побыть одна, — сказала Имоджен с наигранным раздражением. — Я поеду в экипаже. Ты ведь сможешь найти дорогу обратно? Хорошо. Большое спасибо, что испортили мне вечер. — Она выбежала за дверь.

Хибберт проводил взглядом свою спутницу, а затем прорычал в адрес Кейт:

— Если вы думаете, что сможете нас разлучить, то вы ошибаетесь. Она совершеннолетняя.

Кейт набросилась на него:

— Мне все равно, даже если это сама мадам Мафусаил. Если вы еще хоть раз потревожите мою сестру, я вас в такую яму закопаю, что вас никто не найдет. Вам ясно, полковник?

Хибберт ухмыльнулся и протолкнулся мимо Кейт, не постеснявшись толкнуть ее. Кейт едва удержалась, чтобы не схватить его за руку и не заломить ее за спину. Он был достаточно крепким, и она не сомневалась, что могла бы нанести ему серьезные увечья, прежде чем кто-нибудь из шокированных джентльменов ее оттащил. Но она сдержалась. Она открыто кивнула нескольким зевакам, заставив их вернуться к своим сплетням и украдкой поглядывать на знаменитую гарпию. Еще один удачный вечер для Кейт Анструтер.

Кейт увидела, как полковник Хибберт остановился в другом конце зала, чтобы поговорить с лордом Окемом. Она была слегка удивлена тем, что у него есть высокопоставленные знакомые, но ее мнение о лорде Океме резко ухудшилось. Тем не менее ей было любопытно. Когда они разошлись, она решила поговорить с лордом Окемом наедине. Ей нужна