Лекарство от разбитого сердца - Анна Сергеевна Платунова

— Да, я знаю. Вчера был трудный день, и я переволновалась из-за ошибки.

— Поэтому, придя домой, сразу же схватились за справочник по особенностям лечения других рас?

Глаза Тессы удивлённо округлились, и она кивнула. Он недоверчиво хмыкнул.

— Как вы догадались, тьер Мортенс? Именно так оно и было! Что, теперь не верите?

— Неважно, верю я или нет, мы проверим ваши знания на практике. Тем более что представители не-человеческих рас в нашей больнице не редкость.

В тот же миг дверь зала приоткрылась, и медсестра Мэри сообщила, что в приёмном покое уже появился новый пациент. Дарен задёрнул шторку возле койки парнишки-оборотня и велел Мэри приглашать больного.

Из коридора послышалось недовольное ворчание и кряхтение, и Тесса явно занервничала. Такие звуки мог издавать только гном! Она натянула перчатки и нетерпеливо шевелила пальцами, готовясь проводить диагностику. Тьер Мортенс решил, что позволит ей набивать шишки самой — пока пациентов немного, можно спокойно практиковаться.

Пожилого гнома не ввели, а втащили в зал неотложной помощи двое молодых сородичей — бедняга едва ли мог удержаться на ногах. Сыновья, а в родстве одинаково рыжих и бородатых гномов Дарен не усомнился ни на минуту, с помощью орка Орби взгромоздили отца на койку.

— Доктор Мортенс к вам выйдет, нужно подождать снаружи, — сказал орк и увел сыновей прочь.

Дарен вздохнул: установить диагноз было проще простого. Левая рука гнома являла собой жалкое зрелище — вся она, от кончиков пальцев и до плечевого сустава, превратилась в бугристый серый камень! Рубашка с обрезанным рукавом и потёртый кожаный жилет прикрывали грудь, но тьер Мортенс не сомневался: болезнь уже давно перекинулась и на рёбра.

— Дона Коллин, прошу вас. — Он сделал знак застывшей в нерешительности Тессе.

Ещё бы, девчонка наверняка видела подобное только на картинках, да и то — в учебниках каменная хворь изображалась в виде пятен на теле больного. Случай был крайне запущенный.

— Это… это каменная хворь гномов, — пискнула она и ухватила пациента за широкое запястье здоровой руки. — Пульс неравномерный, аритмия. Полагаю, болезнь могла проникнуть в лёгкие.

— Что будете делать в первую очередь?

— Проверю, насколько глубоко зашла трансформация тканей.

Дарен сложил руки на груди, предоставляя молодой целительнице полную свободу действий. Бесшумно возникшая у койки медсестра проворно расстегнула одежду на покрасневшем гноме. Не было похоже, чтобы тот стеснялся, скорее ему действительно было худо.

— Всё будет хорошо, не волнуйтесь, — шепнула Мэри и отошла.

— Да я вообще не хотел идти, — натужно пыхтел гном. — Как прихватило, так и отпустило бы! Они силой меня заставили, ух я им покажу дома!

— Покажете, конечно, но сначала нужно подлечиться, — сказала Тесса и принялась исследовать грудную клетку гнома, которая больше была похожа на пустынную землю.

Кожа с левой стороны груди пошла сухими пятнами, кое-где виднелись и трещины. Жёсткие рыжие волосы торчали, точно колючки.

Мортенс придирчиво следил за магическими потоками, что стекали с пальцев Терезы и проникали в тело гнома. Целительница стиснула губы и вся напряглась от усердия, но не торопилась. Что ж, уже хорошо, так она не пропустит ни дюйма поражённой ткани.

— Да-да, вот тута прям и колет! — воскликнул гном. — Давно уже, я и внимания не обращаю. Привык!

— Задета сердечная мышца! — вскинула голову Тесса, посмотрев на Дарена.

Он был уверен, что она хотела добавить «кажется», но вовремя вспомнила, как вчера начальник отчитал за это слово Найта Фери. Проверила ещё раз и уверенно кивнула. После обратилась к гному:

— Как вас зовут, уважаемый?

— Дык это, Ним. А фамилия моя Тимберс.

— Дон Тимберс, как давно вы подхватили каменную хворь?

— Год не скажу, но уже давненько! Кхе-кхе! Лет двадцать мне было, что ли…

Тьер Мортенс нахмурился: судя по всему, с тех пор минуло уже лет тридцать, не меньше. Есть ли надежда, что в давно окаменевшей руке уцелела кость? Гномий организм, как утверждают исследования, имеет высокое сродство к камню и металлу. Человека подобный недуг погубил бы года за три, эльфа — ещё быстрее. К счастью, случаи каменной хвори среди этих рас практически не встречались, разве что у кого в роду когда-то были гномы.

— Почему же вы не обратились к доктору? — недоумевала Тесса.

Диагностику она не прекращала, а потому Дарен не стал делать ей замечание за болтовню. Хотя вопрос был риторический. Почему пациенты не приходят вовремя, когда только начинают кашлять, или покрываются сыпью, или мучаются животом несколько дней кряду?

— Да думал, что само пройдёт. Мы, гномы, крепкий народ! Кх!

Вот именно — все они думают, что пройдёт само! Дарен внимательно следил за дыханием дона Тимберса, и происходящее ему вовсе не нравилось. Тесса закончила, обновила чары очищения. Гном попытался было встать, но вдруг со стоном ухватился здоровой рукой за сердце и упал обратно.

— Снова колет? — Тьер Мортенс властно приложил руку к мощной груди пациента. — Похоже, в сердечных клапанах уже образовались зародыши каменных кристаллов. Будем удалять. Срочно.

— Я думала… — растерянно проговорила Тесса и, увидев, что суровый некромант дожидается её решения, собралась и закончила мысль: — Мы должны остановить распространение хвори, уничтожив главный узел её роста.

— И тогда? — Тьер Мортенс вопросительно поднял брови.

— Мелкие кристаллы растворятся сами собой. Не только в сердечном клапане, но и в лёгких, в печени и других затронутых органах.

Дарен сдержал улыбку, но она прорезалась во взгляде, которым он одарил новенькую.

— Похоже, вы и вправду читали справочник, дона Коллин, а не гуляли с кавалером под луной!

— Можно начинать? — уточнила она, оглядевшись в поисках медсестры.

Мэри быстро обработала грудь гнома дезинфицирующим раствором, встала в изголовье койки, готовая к распоряжениям целителей. Дону Тимберсу становилось хуже с каждым мгновением, он начал задыхаться.

— Я замедлю его сердце и кровоток, у вас будет максимум полчаса, чтобы нейтрализовать узел, — сказал Дарен и принялся читать заклинание.

— Снова некромантия? — сглотнув, спросила она. — Почему просто не погрузить его в сон?

Тьер Мортенс мотнул головой, не сводя глаз с тяжело дышащего гнома. Тот понемногу затихал, успокаивался. Потяжелевшие веки сомкнулись, пульс становился всё реже, реже. Достаточно.

— Чтобы замедлить и рост кристаллов тоже. Действуйте, Тереза! Я буду рядом.