Когда дьявол любит - Наталья Соболевская

— Ты насочинял для меня столько интересных историй, — ничуть не испугалась я. Даже если он отвесит мне оплеуху, больнее, чем сейчас, всё равно не будет. — Хочу тоже развлечь тебя своим рассказом. Жили два деловых партнёра. Один — серьёзный и зрелый, а другой — более молодой, амбициозный. Молодому не нравилось оставаться в тени более опытного компаньона. Ему хотелось быть первой скрипкой. Поэтому он вероломно убрал старшего товарища с дороги. А чтобы его никто не заподозрил в преступлении, решил обвинить в убийстве ни в чём не повинную, беззащитную и убитую горем жену своей жертвы.

На шее Дёмина от злости и напряжения вздулись вены, а кулаки сжались до побелевших костяшек.

— Убитая горем говоришь? — процедил он сквозь зубы, окинул меня оценивающим взглядом с головы до ног и пропустил сквозь пальцы прядь моих волос. — Шикарно выглядишь для безутешной вдовушки. На фотосессию собралась?

— Да, собралась. И тебе пора собираться… только на выход. Я сейчас поднимусь в спальню за сумочкой, а когда спущусь, тебя здесь уже не должно быть. Не заставляй меня нажимать на тревожную кнопку и сообщать о незаконном проникновении в дом.

Когда я через полчаса спустилась на первый этаж, Дёмина и след простыл. Но пакостить он не перестал.

Когда приехала в больницу, чтобы узнать, что делать дальше и какие документы нужны для организации похорон, мне сообщили, что у врачей возникло подозрение о насильственной смерти. Тело Сергея отправили в судебно-медицинский морг для экспертизы, и теперь мне нужно ждать разрешения от следственных органов, чтобы получить тело и оформить захоронение.

Кто надоумил врачей насчёт насильственной смерти — догадываюсь. Ещё уверена, Дёмин не поленится и сбегает в следственный комитет, чтобы и там распространить свои теории.

Глава 5

Сначала я ждала назначения следователя, потом, когда он ознакомится с делом, однако даже после этого ничего конкретного он мне не сказал, поскольку ему ещё не предоставили результаты судебно-медицинской экспертизы. Я ежедневно названивала в следственный комитет, но вопрос о выдаче тела так и висел в подвешенном состоянии.

Единственное, чего я добилась своей настойчивостью — настроила против себя следователя. В прошлый наш разговор он задал мне колкий вопрос: «Куда так тороплюсь и почему?» смысл которого прозвучал примерно так: «Уж не вы ли приложили руку к кончине мужа и поэтому так спешите с похоронами?».

Мне бы ответить, что никуда я не тороплюсь и понимаю, на всё требуется время, но и мне нужна определённость.

Но нет. Я разозлилась и полезла в бутылку. Заявила, что не дёргала бы его, если бы видела в действиях следственного комитета хоть какой-то смысл. Но муж страдал хроническим сердечно-сосудистым заболеванием и умер от остановки сердца. А они, вопреки здравому смыслу, записали трагическую, но естественную смерть в категорию подозрительных и теперь бесчеловечно поступают с его телом. Ну и под послед обвинила следователя, что он действует по указке и в угоду Дёмина, а это непрофессионально и даже преступно.

Следователь тоже вспылил и начал кричать в трубку, правда, недолго, от греха подальше я почти сразу сбросила вызов, но пока не нажала на кнопку отбоя, успела услышать, что за клевету в адрес представителя власти можно и ответить.

Похоже, пришло время подключать Марка. Пусть тоже попробует поговорить со следователем. Возможно, им, как мужчинам, будет проще найти общий язык. К тому же Марк обладает редким даром располагать к себе людей, независимо от возраста и пола. И не помешает, если следователь поймёт, что не только я возмущена этой тягомотиной с телом Сергея, но и другие родственники тоже.

Позвонив Марку, я удивилась, когда он предложил встретиться в офисе фирмы Сергея. Да, номинально он там числился с восемнадцати лет, но я никогда не слышала, чтобы появлялся. Видимо, парень готовится вступить наследство и лично руководить доставшейся частью компании. Одобряю. Хотя мне и не совсем нравится, что придётся переступить порог здания, где можно нарваться на Влада.

— Какие вопросы, конечно, позвоню. Только скинь мне номер следователя, — другого ответа от Марка я и не ждала. — Может, всё-таки выпьешь кофе?

— Давай, — если в первый раз я отказалась, то сейчас решила, что лишняя порция бодрости не помешает.

Марк поднялся с дивана, подошёл к столу, взял телефон и заказал у секретаря две чашки кофе.

— Ты прямо как взрослый, — заметила я, внимательно наблюдая за парнем. — Стол завален бумагами, свой секретарь, строгий костюм, галстук… Серёжа сейчас на тебя смотрит и радуется, что ты так рьяно взялся за его дело.

Марк с тоской взглянул на меня, вздохнул с явной тяжестью на душе, но тут же встрепенулся и снова заулыбался.

— Если честно, вся эта офисная возня мне не по душе. Трудно, скучно, всем от тебя что-то нужно, но я стараюсь. Как ты правильно заметила, надо взрослеть. Как-никак двадцать семь лет, считай, тридцатник уже сидит на носу.

Нам принесли кофе, и Марк снова присел рядом со мной на диван.

— Я тут вот ещё что подумала, — начала я, — Может, мне ещё попросить Марго, позвонить следователю? Она тоже родственница и умеет разговаривать с людьми так, будто она важная и мудрая особа.

Марк отрицательно замотал головой.

— Полина, я не хотел по этому поводу распространяться, но чтобы ты не звонила Марго, вынужден рассказать. Она… как бы… в запое. Она и до смерти дяди прикладывалась к бутылке, но эта новость окончательно загнала её на дно.

— О боже, — ужаснулась я. Да, на юбилее Марго не выпускала из рук бокал, и в больнице прикладывалась к фляжке, но чтобы уйти в запой… — А в каком смысле добила? У неё до этого ещё что-то случилось?

Марк вскинул голову и удивлённо посмотрел на меня.

— А ты разве вообще ничего не знаешь?

— Видимо, нет. А что я должна знать?

Марк отвёл взгляд и потёр затылок, словно сомневаясь, стоит ли говорить.

— Марк?!

— Да тут такое дело… Ты только Марго, ни в коем случае не говори, что тоже в курсе, она и так сильно переживает. В общем, наша Марго нарвалась на мошенников. Ну, знаешь, есть такие конторы, которые пудрят людям мозги и обещают через три месяца удвоить или даже утроить их вклад. Вот одна из таких контор и развела Марго. Она давно мечтала о доме на побережье, а денег на эту прихоть не было. Марго решила, что самая умная, продала квартиру, которую ей после развода оставил Сергей, сняла все свои сбережения и, довольная