Дом холодных сердец - Тея Авари

Ева закусила губу, отгоняя навязчивые ранящие воспоминания.

– Почему тогда они хотели сделать это со мной? – решилась спросить она. – Я ведь просила о помощи.

– Ты сказала, что пришла из поместья, – поучающим тоном ответила Альба. – А от таких, как наши с тобой господа, обычно живыми не возвращаются. Разве что новообращенными.

Девушка поежилась. Она пока не понимала, как относиться к хозяевам этого дома. С одной стороны, Ева точно знала, что они чудовища тьмы. С другой – они действительно не причиняли ей вреда. И даже оберегали.

– Те что-то говорили про мои глаза, – вспомнила Ева.

– Да-а-а, – протянула Альба, – глазки у тебя – не в каждый урожайный год такие найдешь. Как льдышки, прозрачные.

Девушка уже слышала про это. В монастыре ее часто корили за нечестивый взгляд и требовали отвести глаза. Говорили, они похожи на голубой лед и смотрят так глубоко в душу, будто вот-вот вынут ее.

– Как можно убить человека за глаза?

– Убивают не за глаза, – произнесла старуха, – а за то, что чувствуют в них угрозу.

Альба кинула в девушку ворох платьев:

– Вот эти можно будет подлатать еще и носить. Выбери, что нравится, я заштопаю.

– Спасибо, я могу сама, – искренне поблагодарила девушка, но отложила одежду в сторону.

Вещи, принадлежавшие другой женщине, скорее всего уже мертвой, наводили жуть. Ева ни за что не стала бы их носить.

– Ну как знаешь, – махнула рукой Альба. – У меня-то теперь дел невпроворот. Давненько здесь живой души не было, а дом от такого быстро дряхлеет.

Старуха поковыляла к выходу и только в дверях остановилась, чтобы сказать:

– А из дома тебе теперь лучше не выходить. Мало ли. Этих безумцев здесь в округе много собралось. Они хитры, быстры и сильны, прямо как те, что сейчас спят. Но эти хотя бы не желают твоей смерти.

– Они же вампиры, – напомнила девушка.

В ее понимании вампиры определенно не могли быть хорошими людьми.

– Мир не черно-белый, деточка, – заметила Альба, выходя из комнаты. – Он серый, и ты о том еще узнаешь.

И только в коридоре она добавила:

– Однако, сдается мне, они не совсем обычные вампиры…

Но Ева этого уже не услышала.

* * *

Кассий отдернул занавесь и ступил в комнату. Что говорить, он, как и его братья, любил входить через окно. Это казалось естественным, как и прогулки по крышам.

Ева, утомленная сутками, принесшими ей столько недобрых новостей, мирно спала в своей постели.

На бледном лице снова разгорался румянец. Влажные губы были доверчиво приоткрыты. Локоны светлых волос разметались по подушкам.

Кассий замер, любуясь ею.

Торн рассказал, что случилось. Это была его, Кассия, вина. И сейчас он больше всего сожалел, что допустил подобное. Не углядел. Не сберег.

Это должен был быть он, тот, кто спас ее. Ведь он сумел бы удержаться.

Кассий медленно поднес к шее девушки руку и аккуратно отвел ворот ночнушки.

Теперь на шее Евы горели алым два маленьких пятнышка от укуса. И Кассию было не по душе, что этот укус принадлежал не ему.

Он наклонился ниже, к самой шее девушки, прислушался к ее мерному дыханию, вдохнул аромат юного тела. Немного помедлив, он коснулся губами ее губ. Этот поцелуй был короткий и легкий, как прикосновение крыльев бабочки.

Давно забытое Кассием чувственное наслаждение.

– Я отомщу за тебя, – тихо произнес он.

После Кассий снова подошел к окну, ступил на подоконник и прыгнул навстречу ночи.

Глава пятая

– Мда, ничего иного от тебя ждать не следовало…

Скрестив на груди руки и скептически изогнув бровь, Торн взирал на девочку, уснувшую прямо за обеденным столом в гостиной.

– Зачем нам ребенок?

– Не нравится – так чеши в эту деревню сам! – огрызнулся на брата Милтос. – Ни один дом не хочет присылать сюда людей!

Он оказался в особняке с ребенком на руках раньше, чем подоспела Альба. Девочка явно нуждалась в еде, однако, попав в тепло, от усталости мгновенно погрузилась в крепкий сон.

– Я уже нашел новую служанку, – гордо заявил Торн.

– Так пусть поможет! – вспылил Милтос. – Должна же она знать, что с этим делать!

– Просто отнеси ее назад в деревню, – равнодушно предложил Торн.

Милтос разгневанно зашипел.

– Хлебнул ее крови и теперь чувствуешь себя всесильным? Не думай, что мы не знаем. Ты испил ту девушку!

– Я не дал ей сбежать, – напомнил Торн. – Это лишь малая плата за мою услугу.

– Как же. Все лишь для себя, да, Торн? Никому нельзя выпивать людей. Ну разве что старшему…

– Я не убил ее! – старший вампир тоже начал закипать. – Я мог погибнуть сам, если бы не воспользовался ею!

– Сделал бы всем одолжение. – Милтос криво улыбнулся.

– Скорее ты сейчас сделаешь всем одолжение и сдохнешь, – процедил Торн.

Он угрожающе вздернул верхнюю губу. Белки глаз налились черным.

– Если хочешь сразиться со мной, то подожди, – насмешливо ответил Милтос. – Сгоняю к девчонке и хлебну из нее. Для уравнения сил.

Теперь уже Торн зашипел на брата, демонстрируя удлинившиеся клыки.

В темноте за их спинами скрипнула дверь, прервав ссору:

– Ну, чего расшумелись?

Старая Альба проковыляла в зал и, деловито пройдясь по его периметру, зажгла стоящие в канделябрах свечи.

– Сидят без света, как позабытые всеми призраки…

Она подошла к девочке и положила ладонь на ее лоб.

– Все с ней будет в порядке. Дайте ей отдохнуть. А то вы только и знаете, что рычите друг на друга, как собаки.

Удивительно, но под строгим взглядом Альбы вампиры спрятали клыки и потупились, точно нашкодившие мальчишки.

– Ты. – Женщина ткнула пальцем в рыжего. – Помоги мне отнести девочку в ее комнату. Я подготовила спальню рядом с покоями Евы.

Милтос поджал губы, но безропотно взял ребенка на руки и вышел из гостиной, чтобы выполнить полученное указание.

Торн проводил его презрительным взглядом сощуренных глаз. Подхватив со стола откупоренную бутылку вина, он рухнул в рядом стоящее кресло и приложился к горлышку. Вино не горячило его кровь. Но вкус хорошего напитка Торну нравился. Благородные вина он ценил до сих пор.

– Ну? – спросил он, глядя на Альбу. – И мне будешь указывать, что делать? Не слишком ли быстро ты позабыла свое место?

– Все злишься? Ну злись, злись, – нисколько не устрашившись, сказала Альба. – Злись, пока твоя злоба не сожрет тебя.

– Или пока я не сожру тебя, – не остался в долгу Торн.

Его мышцы хищника, мгновенно отреагировавшие на конфликт с Милтосом, уже расслабились, голос снова приобрел ленивые аристократические нотки.

– А то