Мой. Дикий. Бывший - Аня Истомина

- Вроде да.

- Какие лекарственные препараты принимала в ближайшее время?

- Обезболивающее утром.

- Все?

- Да.

- Экстренную контрацепцию вчера, - слышится откуда-то из-за моей головы голос Миши.

- Что за препарат? - заинтересованно реагирует на него мужчина, затем, прищурившись, смотрит в сторону и кивает. - На него могло быть. Побочка не частая, но, из-за гормонального всплеска, вполне вероятная. До этого пили такие таблетки?

- Никогда. - облизываю пересохшие губы.

- Хорошо, что сосуды не выдержали и пошла кровь. Обошлось без последствий. А мог развиться инсульт. Рекомендую лечь в стационар на несколько дней, понаблюдать.

- Нет, - категорично заявляю я. - Домой поеду.

- Смотрите сами.

- Да, Агата. - Медведь отвечает на внезапный звонок и выходит из палаты. - Все нормально. Сейчас давление спадет и я отвезу Марию домой. Сказали соблюдать постельный режим несколько дней и наблюдать... Про мероприятие решим позже.

Голос удаляется, а я чувствую дичайшую слабость.

Минут десять спустя Миша возвращается. Мне измеряют давление и разрешают уехать домой. Я сажусь при помощи врача и ловлю пристальный ревнивый взгляд Медведя.

- Встать сможете? - обхватывает меня мужчина за плечи.

- Дальше я сам, - Миша нетерпеливо подходит и берет меня на руки. - Спасибо за помощь, доктор. На столе благодарность.

Я снова смотрю на подсохшее кровавое пятно и устало прижимаюсь к крепкому телу.

Машина Медведя припаркована практически у входа. Он аккуратно сажает меня внутрь и пристегивает ремнем безопасности. Молчит, глядит отрешённо, будто задумался о чем-то. Садится за руль.

Я откидываю козырек, чтобы посмотреть на себя в зеркало, но резким движением Медведь тут же захлопывает его обратно, включает спокойную музыку.

Я не спорю, устраиваюсь поудобнее и расслабленно гляжу в окно.

Сегодня он повел себя очень достойно. Хотя, если бы не он, то ничего и не произошло бы. Надеюсь, он довезёт меня домой и просто оставит одну.

Когда Миша паркует машину, открываю дверь, чтобы выйти, но он разворачивает меня за плечо к себе и смотрит так, что мурашки бегут по коже.

- Завалиться хочешь по дороге?

Как нас учили в школе? Если встретил в лесу медведя, нужно упасть и притвориться мертвым. Так вот, с Медведем это тоже работает. Сейчас от него исходят такие волны едва сдерживаемого гнева, что спорить совершенно не хочется. Лучше прикинуться ветошью.

Спустя минуту я снова еду на ручках. На ручищах точнее. Миша ковыряется в моей сумке, находит ключ, открывает замок, при этом без видимого усилия держит меня одной рукой.

Заходит в квартиру, скидывает туфли и небрежно бросает мою сумку на пол, стряхивает с меня лоферы.

Целенаправленно идёт в ванную, ставит меня в чашу, молча начинает раздевать. Аккуратно расстёгивает и снимает окровавленную блузку. Все это делает с таким каменным лицом, будто я его отвлекла от какого-то важного дела и заставила заниматься собой.

- Миша, не надо, я сама, - слабо сопротивляюсь я, но его руки сильнее. Он снимает с меня брюки, трусики, эластичные носки.

Включает теплый душ и я наблюдаю, как с моих волос по телу бегут розовые струи.

Поднимаю глаза на Медведя и вижу, что он яростно стаскивает с себя рубашку и швыряет ее в сторону.

Злится. Не понимаю, за что. За пятно крови?

- Миша, извини, я не специально. - хмурюсь я.

- С тобой, блядь, надо не ресторан, а магазин одежды покупать, - зло усмехается он и, скидывая оставшуюся одежду, залезает ко мне в ванну, смотрит на кучу бутылочек на полке. - Где шампунь?

Я смотрю на него круглыми глазами и молча протягиваю шампунь.

Он что, собирается меня… мыть?

11. Спасибо

В подтверждение моих мыслей Медведь отворачивает меня лицом к плитке, аккуратно намыливает мои волосы, смывает и повторяет ещё раз.

- Дальше что?

- Бальзам, - шепчу я, упираясь ладонями в стену. - Белая бутылка.

То, что происходит, выходит за грани моего понимания. Раньше мы вместе душ использовали исключительно для того, чтобы заняться любовью в воде и игр.

Миша смывает бальзам, сам находит гель для душа, растирает по мне пушистой губкой. Тщательно трет спину и шею, переходит к бёдрам, потом моет ноги. Поднимается и членом задевает мне бедро. Он возбуждён.

Крепкие руки аккуратно разворачивают меня спиной к стене и продолжают мыть спереди. С невозмутимым видом, будто моет посуду, Медведь продолжает растирать по мне пышную пену, спускается мочалкой по груди, животу. Я опускаю глаза, чтобы удостовериться, что мне не почудилось.

Все верно. У Миши стояк такой, что вздулись вены, оплетая его красивый орган неповторимым узором.

Помню, как я любила обрисовывать их пальцами и языком, а он шипел от удовольствия в эти моменты.

Медведь поднимает на меня глаза и усмехается, встаёт с корточек и,