Вор в законе - Анастасия Шерр

– Кто? – ошалело спросила Вика. Кого-кого, а ее перерабатывать не заставишь. Она не такая тюфячка, как мы с Инной.

– Новые хозяева у нас, ты не знала? Долянский ничего не говорил?

– Нет… А кто новые хозяева?

– Басаев твой любимый. И его дружок. Ну или кто они там друг другу, – вздохнула я, вспомнив мерзавцев.

– Ничего себе новости! Ты не шутишь сейчас?

– Да нет. Я на полном серьезе. Они купили наш ресторан.

Вика бросила куртку на стул.

– А почему меня никто о новом графике не предупредил? И вообще, за чей счет праздник? Они оплачивать переработку будут?

Я пожала плечами.

– Понятия не имею. Но козлы они те еще.

И только вспомнила я козлов, как они пожаловали в дверь. Вика схватила куртку и умчалась в раздевалку, а я, дождавшись, пока они присядут за стол, встала и направилась к ним.

Ползучий наблюдал за мной, будто оценивал мою походку. А у меня, как назло, подкашивались ноги. Ну не могу я на него спокойно реагировать.

– Доброе утро, – поздоровалась, глядя на друга Ползучего. – Можно спросить, почему вы не вывесили на общее обозрение новый график для всех работников и как будет оплачиваться переработка?

– И тебе доброе утро, – просипел Ползучий. – Глаза на меня, – приказным тоном.

Я с трудом перевела взгляд на него, уставилась на его бороду.

– Так вы ответите на вопрос?

– Что, снова на «вы»? – усмехнулся он. – Отвечу, – продолжил. – Новый график не для всех. Тех, кого надо было, предупредили. На работу раньше приходят повара, как и было до. И две официантки. Ты и твоя подружка. Не эта, – кивнул на Вику, выходящую из раздевалки. – Другая.

– Инна, – подсказал ему гад номер два.

– Ага. Она. Зарплата у вас будет выше уже в этом месяце, так что не парься по поводу переработки.

Я остолбенела. Даже бармен не приходит на час раньше. Хотя при Долянском было именно так. Ни для кого ничего не изменилось, кроме нас с Инной.

– А почему мы? – пошла я напролом, все-таки подняв взгляд выше. Глаза в глаза.

– Потому что я так захотел, – спокойно проинформировал меня Ползучий. – Кстати! Чуть не забыл. Сумку свою неси сюда.

– Это еще зачем? – вздыбилась я.

– Буду проверять, не сперла ли чего на кухне, пока шла в раздевалку.

– Чтооо? – возмутилась я и уже открыла рот, чтобы нахамить ему, как он опустил ладонь на стол.

– Неси сумку, сказал! Бегом! А то сам пойду проверять! При всех!

Пыша злобой и ненавистью, я развернулась и направилась в раздевалку. Схватила свою сумку, пошла обратно в зал. Досматривать он будет, конечно же, только меня. Хорошо, что Инны сегодня нет, так бы и ей досталось. За что они нам мстят? Хотя, я знаю, за что. Я, например, Ползучего во всеуслышанье насильником называла. А Инна свой телефон не дает.

Швырнув сумку ему в руки, зло бросила:

– Проверяй!

– Опять на «ты»? Ты прям очень изменчивая, – без стыда и совести полез в мою сумку, но шариться там не стал. Взял только телефон.

– На, разблокируй, – поднес смартфон к моему лицу, тот щелкнул.

И тут до меня дошло…

– Раз ты не вынесла меня из черного списка, я сделаю это сам. Но только один раз. В следующий просто уволю. Ясно? Что за… – он уставился на свой контакт. – Гад Ползучий? Это ты меня так записала? Меня? – и взгляд яростный в меня бросил.

Его дружок прыснул и взорвался хохотом, запрокинув голову.

– Перепиши. Я жду, – протянул мне телефон Ползучий, и я со вздохом взяла его.

Быстро настучала «Байсаев», ткнула ему в лицо.

– Довольны?

– Сгодится. Можешь идти, – швырнул мне обратно сумку. – И кофе принеси. Пошустрее.

Глава 12

ГЛАВА 12

Вечер близился к завершению, гостей заметно поубавилось. Вика, узнав, что ее график не изменился, довольная ушла домой еще полчаса назад. А я не могла. Так и стояла у барной стойки, улыбаясь уходящим посетителям. Все спешили домой. Все, кроме него.

Ползучий, на которого я упорно не обращала внимания, закончил с ужином и подплыл, как айсберг, к барной стойке.

– Налей мне коньяка, – потребовал у меня.

– Бармен вам нальет, – ответила не очень вежливо я.

– Ты нальешь, я сказал! – повысил он голос, а я вздохнула.

Я больше не дрожала от его присутствия. Но злилась ужасно. Мне все чаще хотелось причинить ему боль. Не только физическую, но и моральную. Так, чтоб растоптать гада. Только чем такого зацепишь?

– Я жду! – напомнил он мне о своем присутствии, хотя это и не требовалось. Такого захочешь не забудешь.

Тихо фыркнув, я зашла за стойку, Коля понимающе подвинулся и подал мне дорогущий коньяк. Скипидару бы ему…

Я налила коньяк в пузатый бокал, поставила на стойку.

– А где улыбка? Другим ты улыбаешься, как я погляжу.

– А вы не глядите на меня, – огрызнулась я.

– Ты моя работница. Я слежу за тобой. Так где улыбка?

Я растянула губы в подобии звериного оскала.

– Буду называть тебя волчонком. Или «рыжая» тебе больше нравится? – начал издеваться Ползучий.

Я не выдержала и закатила глаза.

– Мне, Камал Ахматович, до лампочки, как вы меня называете. Это не изменит того, что вы наси…

Он выбросил руку раньше, чем я смогла договорить. Схватил меня за шиворот и притянул лицом к глянцевой поверхности стойки.

– Еще раз я это услышу и ты будешь наказана прямо здесь. У всех на глазах, – его голос звучал негромко, как шипение опасной ядовитой змеи. – Не думай, что если побывала в моей постели, то тебе все простится. Поняла меня, рыжая? – он продолжал меня удерживать, положив щекой на стойку и практически оторвав от пола. Я видела перед собой монстра. Его равнодушный, но злой взгляд, эти глаза черные… Я сглотнула.

Боковым зрением заметила, что на нас смотрит Коля. Он все слышал… И про постель тоже. Какой стыд. Что он обо мне подумает? Каждому ведь не объяснишь, как я оказалась в постели этого бандюгана. Да и стоит ли?

– Отпусти меня! – прошипела, нащупав