Мой драконий герцог: нежеланная свадьба - Виктория Руиза

class="p1">Я кивнула, почувствовав, как внутри меня начинает разгораться искра надежды. Этот мир, каким бы он ни был сложным или страшным, теперь становился полным возможностей и, возможно, рассказывал мне историю этого места.

Глава 12. Дэмиан.

Глава 12. Дэмиан.

Приземлившись во дворе замка, я ясно для себя решил поговорить с Маэль. В голове бродили мысли о том, что, возможно, у меня есть шанс, хотя бы извиниться перед ней за те ужасные слова, которые я произнёс. Я испугал её и оставил одну в темноте своих мыслей.

Я увидел движение в окне её спальни и, когда поднял глаза, встретился с её взглядом. В её глазах застыл ужас, и в этот самый момент дракон внутри меня словно пал духом. Я почувствовал, как внутри меня что-то трескается, когда осознал, что именно я стал причиной её страха. Мне стало невыносимо от осознания, что она сейчас готова бежать от меня, словно от чудовища, каким я сейчас казался.

Не в силах более терпеть этот взгляд полный ужаса, я принял решение. Я уверенно сказал себе, что буду играть роль злого герцога до конца. Даже если это в конечном итоге оттолкнёт её ещё больше, у меня не было другого выбора. Я не мог позволить себе снова показать свою уязвимость, зная, что она могла меня отвергнуть.

С этими мыслями я вошёл в замок и направился в свой кабинет. Рабочий кабинет представлялся мне спасением, островком, где я мог сосредоточиться на делах и отвлечься от всех этих мучительных размышлений. Дверь за мной закрылась, и я не смог избавиться от ощущения, что оставил за собой нечто ужасное.

Когда я уселся за стол, словно бы притворяясь, что всё в порядке, не мог не думать о том, как же всё обернулось. Каждый момент, когда я пытался сосредоточиться на важных документах, мысли о ней и о том, что произошло, снова возвращались, кружили в голове, не оставляя покоя.

Как я мог быть таким жестоким? На горизонте моих мыслей уже намечалась новая реальность, где я не просто герцог, а личность, способная быть рядом, чтобы защитить. Но, увы, дать этому сбыться никак не было моей целью. Я оттолкнул её, чтобы не дать дракону внутри себя шанса.

Как же мне хотелось вернуться назад и всё исправить! Но это требовало смелости, которой у меня не хватало. Я упрямо продолжал перечитывать одни и те же строки, пока вся комната не потонула во мраке, а мысли не стали неясными, как расплывшийся туман за окном.

Заглянув в окно, я увидел, как солнце медленно опускается за горизонт, окрашивая облака в оранжевые и фиолетовые оттенки. В этот момент в сердце у меня вновь зародилась надежда. Я понимал, что рано или поздно, между нами, должно произойти что-то важное. Такой вопрос как «почему?» вновь терзал меня, но, увы, сейчас на мои плечи легло слишком тяжёлое бремя, чтобы идти дальше.

Вернувшись к бумагам, я попытался сосредоточиться, не давая себе взглянуть на мир с другого ракурса. Сколько ещё времени мне потребовалось, чтобы понять, что сама борьба между двумя моими мирами может привести к единству и пониманию?

В момент, когда у меня наконец получилось сосредоточиться на работе, в кабинет постучали. Это был Эйнар, мой верный дворецкий. Мужчина в возрасте, но это не мешало ему с особым рвением исполнять обязанности мажордома. Он аккуратно вошел в кабинет и, скрестив руки, сообщил:

- Прибыла мисс Анжелик. Она хочет вас видеть, - сказал он с явной неприязнью на лице.

- Спасибо, Эйнар. Пусть подадут ужин в главный зал. И сообщи госпоже Маэль об этом, пусть подготовится, - ответил я, стараясь, чтобы голос звучал уверенно, несмотря на вихрь эмоций внутри.

- Будет сделано, ваше сиятельство, - услужливо произнёс Эйнар, в легком поклоне, и вышел, оставив меня наедине с размышлениями.

Анжелик... Драконица… Дочь друга моего отца - Николаса Гроссера. Дракона, который поддержал меня, когда я вернул себе законную власть. Эта взбалмошная девчонка иногда доводила меня до белого каления, своими капризами и детской непосредственностью. Но, несмотря на это, я не мог не признать, что она была отличной любовницей. Она знала, как забавлять и как приковывать к себе внимание.

В этот вечер я решил, что, если я покажу Маэль, какой я есть «на самом деле», это окончательно отвернёт её от меня. Трудно представить, что какая-либо порядочная жена сможет терпеть мужа с любовницей, даже если эта любовница была самой глупой и капризной. И в то же время я чувствовал, что это будет ещё одной защитной оболочкой, которая поможет мне укрыться от обязанностей и эмоций.

Но в тот момент, когда эти мысли начали пробиваться в моём сознании, я ощущал, как внутри меня разгорается новая борьба. Сколько раз я мог и хотел разрушить собственное счастье ради того, чтобы защитить себя от боли? Разве действительно нужно было использовать отрицание и злое намерение, чтобы оградить себя от возможного счастья, пусть даже и несовершенного? Я невольно вспомнил её печальный взгляд, полный недоумения и страха.

Когда меня охватывала абсолютная ненависть к себе, мысли о том, как я могу ранить Маэль, заставляли меня рефлексировать. Есть ли в этом какой-то смысл или я просто создавал себе оправдания?

Погружённый в эти зигзаги сознания, я мысленно начал готовиться к ужину с Анжелик Гроссер. Я знал, что всё, что я сделал с той поры, как она пришла, уведёт меня от настоящего. Творил ли я это себе на пользу или лишь усложнял свою жизнь? Не знаю.

Но понимание не приходило. Я не знал, как двигаться дальше. Надеюсь, время, проведенное с Анжелик, поможет мне отвлечься от этих непростых вопросов. Я был сам себе врагом, и это подчеркивало всю тяжесть настоящего.

С новыми мыслями и ощущениями, я взял в руки документы и попытался сосредоточиться на работе, пусть бы только на мгновение. Но в спешке возвращались очередные размышления. Всё быстрее погружаясь в свои собственные мысли, я вновь ощущал, как этот вечер вновь становится барьером между мной и свободой.

Глава 13. Маэль.

Глава 13. Маэль.

После разговора с Лили мне стало немного легче. Она раскрыла передо мной некоторые тайны о герцоге, о его сущности и о драконе, который жил внутри него. Я наконец узнала его имя - Дэмиан Фаррел. Звучит красиво, в принципе, как и был он сам, и теперь это имя, для меня, начало отражать