Влюбленный Уайльд - Элоиза Джеймс

— Хорошо, что мама тебя не слышит, — сказала Лавиния, очень довольная.

— Не ты одна терпеть не можешь ратафию. У меня к этому напитку примерно такие же чувства, как у Дианы к лорду Роланду.

— Ты только посмотри на Диану, — сказала Лавиния. — Ее лицо передает невыносимую муку!

Воображение Уиллы было блеклым по сравнению с богатой фантазией Лавинии, поэтому она обычно обращала мало внимания на ее причудливые описания. Но сейчас Уилла послушно повернулась и посмотрела на Диану, стоявшую в другой части гостиной, и попыталась разглядеть признаки этой самой муки. Во время сезона они провели вместе довольно много времени, поскольку Диана и Лавиния были дальними родственницами, но почему-то у нее не было ощущения, что она узнала Диану поближе. Прямо сейчас Диана была бледна, впрочем, она всегда отличалась фарфоровой белизной кожи. После того, как лорд Роланд влюбился в нее с первого взгляда, молва утверждала, что решающую роль в этом сыграл цвет ее лица.

— Возможно, она просто плохо спала, — предположила Уилла.

Лавиния замотала головой.

— Ужасно несправедливо, что она заполучила лорда Роланда, ведь совершенно ясно, что он ей не нужен. Хотела бы я, чтобы будущий герцог влюбился в мой цвет лица. Это такое чистое чувство! Я подозреваю, что большинство мужчин, которые сделали мне предложение, испытывали менее утонченные влечения.

С этим Уилла была согласна. Поклонникам Лавинии было трудно отвести взгляд от ее груди, и на то была веская причина.

— Я наблюдала, как лорд Роланд разговаривал за завтраком с Дианой, и его мотивы точно не невинны. В его глазах читалось желание.

В это время лакей принес шерри.

— Спасибо! — поблагодарила его Лавиния. — Мы не можем исключить возможность, что он испытывает похоть к ее парику, а не к ней самой, — заявила она, морщась. — Думаю, я бы не смогла быть с мужчиной, который так серьезно относится к своей одежде.

Лорд Роланд определенно был щеголем с головы до ног, точнее, с высокого парика до золотых каблуков. Этим вечером на нем был камзол из вишневой саржи, расшитый серебром. Большинство мужчин в одежде таких цветов выглядели бы женоподобно, но его спасали черные брови вразлет — они придавали ему суровость. Каким-то удивительным образом его до нелепого пышный парик только делал его еще более мужественным.

— У меня такое впечатление, что он накрасил губы, — добавила Лавиния.

Губы у его светлости были глубокого красного цвета, но такой оттенок мог быть и природным.

— Ему бы хватило на это храбрости. — Уилла решила отдать ему должное. — Никогда не видела мужчину в таком высоком парике.

— Наверное, он купил его в Париже, — предположила Лавиния. — Мама не одобряет лорда Роланда. Хотя, если бы он влюбился в мой цвет лица, она бы передумала. Но должна сказать, лорд прекрасно держится.

Лорд Роланд был красив, и каждая женщина, оказавшись с ним рядом, не могла не задержать на нем одобрительный взгляд. Его брат был так же красив, но обладал более грубой красотой. Он был как неприрученный зверь. Уилла подумала, что черты лица у обоих были одинаково приятными, но почему-то казалось, что у лорда Аларика челюсти более угловатые, а подбородок более упрямый. И сулит больше трудностей для любого, кто войдет в его жизнь, например, для его жены. Оно и к лучшему, что у нее нет ни малейшего желания пробоваться на эту роль.

— Мы не можем подойти к моей матери, пока не допьем шерри, — сказала Лавиния, — так что почему бы нам не поговорить с Дианой. Тем более что она здесь и одна. Снова.

Действительно, Диана стояла у окна, повернувшись к комнате боком, и с преувеличенным интересом смотрела в темноту за окном — с достаточным интересом, чтобы всем было ясно, что компания ей не нужна.

— Я зайду в дамскую комнату, потом присоединюсь к вам, — сказала Уилла. — Только представь, какой поднимется шум, если она передумает выходить замуж. Ведь весь этот прием устроен в честь ее помолвки.

— Уилла, может, ты и прирожденный философ, хотя я все еще толком не понимаю, что это значит, но зато я умею читать по лицам, — заявила Лавиния. — Если бы я занялась этим на ярмарке, то могла бы заработать целое состояние. Моя кузина в отчаянии.

Выражение лица Дианы и впрямь было на удивление трагическим, как будто она бы предпочла одеться в мешковину и посыпать голову пеплом, а не красоваться в привезенном из Парижа платье со множеством рюшей и бантов, не говоря уже обо всех этих фруктах, пришпиленных к верху ее парика.

— Ее глаза напоминают мне глаза бассет-хаунда, — задумчиво проговорила Уилла. — А бассет выглядит печальным, даже если ему дали целую кость для него одного.

— У лорда Роланда очень тонкая кость, — сказала Лавиния с самым серьезным видом.

Уилла подавилась смехом.

— Ты не можешь этого знать. Откуда тебе знать, может, там вообще веточка.

— Вот что я тебе скажу, Уилла: если Диана разорвет помолвку, я намерена выяснить, что этот мужчина может предложить. Конечно, я имею в виду, под этим париком.

— Бритую наголо голову, — вежливо сказала Уилла. — Гладкую, как орех. Вдобавок к его кости, конечно.

— Уил-ла!

Глава 5

— Что ты думаешь о юных леди, с которыми я тебя познакомила? — шепотом спросила леди Ноув, ухмыляясь. — Обе были бесспорными фаворитками сезона, не знаю только, кто из них получил больше предложений руки и сердца.

Ответить лорд Аларик не успел, потому что его опять окружили поклонницы. Леди Ноув принялась представлять их по именам так, словно объявляла лошадей на скачках в Аскоте. Аларик подумал, что оно и к лучшему, что их прервали, потому что он понятия не имел, как ответить на вопрос тети. Он чувствовал себя так, словно получил удар кулаком в живот. По какой-то неведомой причине Уилла Ффинч вызвала у него острый интерес и непреодолимое желание узнать о ней все. Что она думает и почему она так думает. По ее виду было заметно, что она держит свои мысли при себе, но он хотел их узнать. Все до единой. Он хотел узнать ее тайный язык. Он не мог припомнить, чтобы когда-нибудь встречал англичанку, которая умудрялась бы быть такой безупречно вежливой и в то же время нескрываемо скептичной. Не только в отношении его книг, но и в отношении его самого. Он ей не понравился. При каждом взгляде на него она морщила свой маленький вздернутый нос. Право же, с таким же успехом она могла бы махать красной тряпкой перед быком. Нецивилизованный