Запретный номер 12 - Ксения У-го

— Ты сама в меня въехала! — возмущался он.

— Ты там стоял.

— Я вообще шел!

— Значит, не надо было.

Спорить с Лерой было бесполезно уже тогда.

В тот день мы с Никитой собирались ехать на стадион. Без взрослых. На велосипедах. Это было важно. Лера увидела нас во дворе и выкатила свой.

— Я с вами.

Никита даже не остановился.

— Нет.

— Почему?

— Потому что ты не умеешь.

— Умею.

— Ты вчера в забор въехала.

— Он сам там стоял.

Я рассмеялся. Никита посмотрел на меня.

— Не поощряй ее.

— Я ничего.

— Глеб, скажи ему.

Я сразу перестал смеяться.

— Чего?

— Что я умею.

— Ты вчера в забор въехала.

Лера обиделась уже на обоих. Но домой не ушла. Конечно.

Через пять минут Никита держал ее велосипед за багажник, а Лера крутила педали.

— Не отпускай!

— Не отпускаю.

— Точно?

— Точно.

— Никита!

— Да держу я!

Он бежал за ней еще несколько метров, потом отпустил. Лера ехала сама. Мы оба это увидели. Никита довольно ухмыльнулся. И совершил ошибку.

— Видишь? Нормально же едешь!

Лера обернулась. Велосипед качнуло.

— Смотри вперед!

Поздно. Она съехала с дорожки и завалилась набок. Несколько секунд было тихо. Потом Лера села. Посмотрела на велосипед. На Никиту. И сказала:

— Ты меня отпустил.

— Ты сама ехала!

— Я сказала не отпускать!

— А как ты научишься, если я буду тебя всю жизнь держать?

Лера уставилась на меня так, будто ее вполне устраивал именно этот вариант. Я бросил велосипед на траву и подошел.

— Ударилась?

— Нет.

Глаза у нее были мокрые. Значит, ударилась.

— Покажи.

— Ничего у меня нет.

На ладони была небольшая ссадина.

— Жить будешь.

— Спасибо, доктор.

Я усмехнулся.

— Пожалуйста.

Лера покосилась на велосипед.

— Все. Я домой.

— Иди, — сказал Никита.

Она осталась сидеть. Я поднял ее велосипед.

— Вставай.

— Не буду.

— Тогда мы поедем без тебя.

Лера посмотрела сначала на меня, потом на Никиту. И встала. Я поставил велосипед перед ней.

— Давай.

— Только ты держи.

— Ладно.

— И не отпускай.

— Не отпущу.

— Никита тоже так сказал.

— Тогда пусть Никита держит.

— Нет.

Никита возмутился:

— Спасибо!

Лера уже забиралась на велосипед. Я взялся за багажник.

— Поехали.

— Держишь?

— Держу.

Она медленно тронулась. Сначала велосипед снова мотало из стороны в сторону.

— Быстрее крути.

— Я кручу!

— Ты еле едешь.

— Потому что ты мешаешь!

— Тогда отпустить?

— Нет!

Я пробежал следом несколько шагов. Потом разжал руку. Лера этого не заметила. Я продолжал бежать рядом. Метр. Еще один. Еще. Никита остался позади.

— Лер! — крикнул он.

Она повернула голову.

— Чего?

Увидела меня рядом. Потом посмотрела назад. Поняла.

— Ты отпустил!

— Ты едешь.

— Я сказала не отпускать!

— А я рядом.

Она несколько секунд молчала.

— Смотри вперед, — сказал я.

Лера повернула голову. И вдруг улыбнулась.

— Я еду!

— Я вижу.

— Никита! Я еду!

— Вижу!

Через десять минут она уже требовала, чтобы мы ехали быстрее. Через двадцать пыталась обогнать Никиту. А через полчаса неслась впереди и кричала:

— Догоняйте!

Никита поравнялся со мной. Мы посмотрели вслед его сестре.

— Зачем ты ее научил?

Я подумал.

— Сам не знаю.

— Теперь она всегда с нами будет.

Впереди Лера уже остановилась и махала нам рукой.

— Вы чего там?!

Никита тяжело вздохнул.

— Я тебя предупреждал.

— О чем?

— Не поощрять ее.

Глава 8

В Екатеринбург вернулись на следующий день после обеда. Пока игроки разбирали сумки возле автобуса, Лера отправила последние материалы с выезда и увидела сообщение от риелтора. Квартиру, которую она сохранила перед поездкой в Тюмень, можно было посмотреть уже сегодня.

За последние две недели Лера успела посмотреть семь вариантов. В одной квартире хозяин категорически запрещал пользоваться духовкой. В другой из окна спальни открывался прекрасный вид на стену соседнего дома. Третья находилась почти на окраине, хотя в объявлении обещали десять минут до центра.

Восьмую она посмотрела вечером. И она ей наконец понравилась.

Небольшая квартира недалеко от клуба: отдельная спальня и кухня-гостиная. В спальне стояла кровать, а в кухне-гостиной пока не было ни дивана, ни стола со стульями. Через три дня Лера подписала договор, получила ключи и заказала стол, стулья и диван. Стол со стульями должны были привезти накануне переезда, диван — только через неделю. Выйдя из квартиры, она позвонила Никите.

— Ты в субботу свободен?

— Это вопрос или предупреждение?

— Пока вопрос. Я квартиру нашла.

— Наконец-то.

— Поможешь переехать?

— Лер, ты начала разговор с вопроса, свободен ли я в субботу. Как будто у меня был выбор.

— Значит, поможешь?

— Куда я денусь? Во сколько приезжать?

В субботу Никита написал, что они подъехали. Лера спустилась в холл гостиницы и через стеклянные двери увидела возле арендованного фургона сразу двоих. Глеб стоял рядом с открытыми дверями.

Глеб стоял рядом с открытым багажником. Никита уже шел ей навстречу.

— А он зачем? — спросила Лера.

— Помогать, — ответил Никита.

— Я тебя просила помочь, а не его.

— Кстати, ты мне тоже переезжать не помогала, — сказал Глеб.

Лера повернулась к нему.

— Ты переехал?

— Сразу после возвращения.

Лера вспомнила закрытую дверь через несколько номеров от своей. Она ни разу не задумалась, почему Глеб больше не попадался в коридоре.

— Ты меня не звал.

Глеб чуть усмехнулся.

— А стоило? Ты бы пришла?

Лера хотела ответить «нет», но так и не произнесла.

— Мы сегодня поедем или останемся здесь обсуждать ваши переезды? — вмешался Никита.

Он подхватил один чемодан. Глеб забрал второй. Лере осталась дорожная сумка.

Сначала они отправились на склад транспортной компании. Вещи, отправленные Лерой из Новосибирска, уже несколько дней ждали ее там. Сотрудник склада выкатил первую тележку. Потом вернулся за второй и третьей. Никита открыл грузовой отсек фургона и с сомнением посмотрел на коробки.

— Это все твое?

— Нет. Я попросила добавить несколько чужих коробок, чтобы тебе было веселее.

— Очень смешно.

Глеб ничего не сказал. Поднял ближайшую коробку, отнес к машине и вернулся за следующей. Самые тяжелые он забирал первым. Через полчаса грузовой отсек был заполнен почти полностью.

Вещи в квартиру поднимали почти час. Никита ставил коробки там, где было свободное место. Лера требовала не загромождать проход. Глеб сразу относил вещи туда, куда показывала Лера.

— Я не понимаю, зачем подписывать коробки, если ты все равно говоришь, куда их ставить, — возмутился Никита.

— Чтобы вы не перепутали кухню со спальней.

— Я бы догадался.

— Ты поставил посуду возле кровати.

— Временно.

К середине дня пустая кухня-гостиная изменилась. Вдоль стен стояли подписанные коробки, на подоконнике появились бутылки с водой, в прихожей мешали три пары обуви. Балконную дверь пришлось открыть, но в квартире все равно было жарко.