Рассвет ярости и гнева - Мелисса Рёрих

— Это еще не конец! — процедил он, а затем его взгляд скользнул к Тессе. — Ты отвергаешь все, чем должна была стать. Ахаз позаботится о том, чтобы ты заплатила за это предательство.

Возникла яркая вспышка яркого света, и он шагнул в световой портал.

— Рордан! — крикнула Корделия, пытаясь последовать за ним, но магия Теона метнулась вперед, обвиваясь вокруг ее горла и рывком дергая назад.

Она закричала. Или попыталась закричать. Но тьма сжималась все крепче. Корделия рухнула на колени, ее пальцы вцепились в невидимые путы.

— Я знаю, что право на ее смерть принадлежит тебе, маленькая буря, — мрачно произнес Теон, обращаясь к Тессе. — Но я прошу твоего позволения забрать эту жизнь от твоего имени.

Тесса подняла на него взгляд, и по их связи он ощутил… нечто такое, с чем не знал, как справиться. Это чувство было изломанным и зловещим, но в то же время теплым и светлым.

— Ты сделаешь это мучительным? — спросила она, и в ее голосе снова зазвучал тот жуткий, потусторонний отголосок. Она склонила голову, наблюдая, как бывшая Мать Поместья борется за каждый вдох.

— Я сделаю это столь же мучительным, сколь мучительным было твое детство из-за нее, — ответил он, и глаза Корделии расширились.

Она перестала царапать невидимую хватку и вместо этого поползла прочь от него. Комната содрогнулась, когда яростный ветер закружился вокруг них, пытаясь сделать то же, что и она: украсть у них воздух. Но Теон был готов к этому. Щит из темной силы окутал его и Тессу. Глупо было тратить резервы на такое, но он позволял ей это. Позволял выплеснуть то, что копилось годами.

— Теон, — выдохнула Тесса, и на ее лице застыло нечто порочно-греховное, когда она наблюдала, как Корделия паникует и корчится на полу, улавливая лишь короткие, ничтожные глотки воздуха.

— Никто не имеет права прикасаться к тебе без разрешения, Тесса, — произнес Теон, снимая пиджак и закатывая рукава до локтей.

— Без твоего разрешения? — с дерзкой усмешкой спросила она.

Он замер и медленно повернулся к ней. Затем протянул руку и обхватил ее за горло, притягивая ближе, так что его слова коснулись ее губ:

— Нет, Тесса. Твоего.

Ее глаза вспыхнули, а затем эта вспышка силы угасла. Он разберется с Корделией, а потом снимет этот гребанный браслет.

— А теперь будь хорошей девочкой и подай мне тот кинжал.

Она одарила его язвительной улыбкой, высвобождаясь из его хватки. Его магия по-прежнему укрывала ее от отчаянных и неуклюжих атак Корделии. Теон неспешно двинулся вперед и остановился рядом с женщиной, глядя на нее сверху вниз. Ее рот открывался и закрывался, словно у рыбы, выброшенной на берег. Он слегка ослабил хватку, позволив ей глотнуть немного воздуха. Она закашлялась, судорожно хватая ртом воздух.

— Ты не можешь этого сделать, — прохрипела Мать Поместья, ее слабеющая магия тщетно пыталась что-то предпринять.

— Конечно, могу, — спокойно ответил Теон. Тесса подошла к нему, протягивая кинжал. — Ты же считаешь, что те, кто ниже тебя, заслуживают боли? Ты пытала Тессу, потому что думала, что она ниже тебя?

— Она неуправляема, — бросила Корделия, и ее полные злобы глаза метнулись к Тессе. — Ей нужно было научиться контролю.

— То же самое я мог бы сказать и о тебе, — холодно отозвался Теон. — Потому что каждый раз, когда она рядом, ты не можешь совладать с собой. Значит, по твоей же логике, тебе тоже требуется дисциплина, не так ли?

— Это мое Поместье! — закричала она, голос сорвался на визг, когда тонкие темные щупальца поползли вверх по ее торсу, по груди. — Ты не можешь… Я — Мать Поместья! Мне обещали защиту!

— И я ее предоставляю, — невозмутимо произнес Теон, и его сила поползла вверх по ее шее. — Сейчас я защищаю тебя от нее. Разве ты не благодарна за мое милосердие?

Черные нити поднялись выше, зависая над ее ртом. Глаза Корделии были широко распахнуты, в них плескался панический ужас. Ее страх был почти осязаемым. Теон бросил короткий взгляд на Тессу. Она стояла с бесстрастным лицом, наблюдая за унижением своей бывшей Матери Поместья, но он чувствовал ее. Чувствовал порочное удовольствие от возмездия. Чувствовал дикую жажду мести. Чувствовал робкое, почти благоговейное изумление от того, что кто-то настолько заботится о ней, что позволяет ей увидеть это, стать свидетельницей этого. Потому что все это было ради нее.

— Я задал тебе вопрос, — жестко произнес Теон, и Корделия вздрогнула от резкого тона. — Разве ты не благодарна?

— Ее сила скована. Без нее она — ничто, — презрительно усмехнулась Корделия.

И тут он почувствовал, как Тесса внутренне вздрогнула. Никто бы этого не заметил, потому что она мастерски прятала эмоции, но он ощутил. И всякий контроль, который он до сих пор удерживал, рассыпался в прах.

Темные щупальца рванулись вперед, вползая в ноздри Корделии, а когда та раскрыла рот, чтобы закричать, они ворвались и в глотку. Теон двигался неторопливо, позволяя тьме гореть жарче драконьего пламени, пока она медленно просачивалась в кровоток. Смерть расползалась по телу, отравляя кровь. Вены женщины проступили отчетливо: сначала стали пепельно-серыми, а затем превратились в черные паутинные узоры, оплетающие все тело.

Снаружи он следил за тем, чтобы она не могла ни кричать, ни дышать, ни видеть, ни двигаться. Его сила действовала как продолжение его воли, заставляя ее конечности изгибаться и сжиматься, ломая кости, чтобы уложить ее в нужную позу: маленькую, сжатую, такую, чтобы она могла уместиться в этом проклятом шкафу.

Но он еще не закончил. Присев рядом с ней, Теон смотрел, как по лицу женщины текут слезы, как она выгибается в агонии. Он схватил ее за челюсть, резко разворачивая голову в сторону.

— Смотри на нее! — прорычал он, кивая в сторону Тессы. — Смотри ей прямо в глаза!

Слова звучали дико, необузданно, первозданно. Ведь эта женщина брала и отнимала у Тессы задолго до того, как та стала его.

Теон чуть сдвинулся, чтобы видеть и Тессу тоже. Все в ней