Рассвет ярости и гнева - Мелисса Рёрих

— Ты не сожалеешь о прошлой ночи?

Она покачала головой.

Теон улыбнулся в ответ:

— Увидимся за ужином, — сказал он, запечатлевая последний поцелуй на ее лбу, прежде чем выйти в гостиную, чтобы встретиться с Брекеном в назначенное время перед рассветом.

Вставать так рано было отвратительно, поэтому она перевернулась, решив поспать еще немного. Но у нее никогда не получалось. Она не могла снова заснуть, а если и засыпала, то сон был прерывистым и не стоил того.

Ворча, она откинула одеяла, приняла душ и начала собираться. Разумеется, ей дали только ярко-белую и золотую одежду, и она потратила добрый час на то, чтобы «изменить» платье, сделав его пригодным для ношения и движений: глубокие разрезы по бокам, вырезы на талии, чтобы можно было нормально дышать.

Она не смогла найти ничего черного, чтобы добавить: ни занавески, ни простыни, которые можно было бы разрезать. Поэтому, когда ее сила, слабая и едва заметная, пробудилась, она направила ее на платье. Серебро и оникс темного осели на белом наряде, оттеняя золотом, и она улыбнулась, поворачиваясь, чтобы рассмотреть себя со всех сторон в зеркале. Даже она видела безумие в этой собственной усмешке.

Ее взгляд упал на браслет. Несмотря на то что она пробовала это каждый день после разговора с Брекеном, она порезала палец ножницами, стараясь не допустить, чтобы капля крови упала на пол. Тесса размазала кровь по браслету, наблюдая, как та слабо пульсирует, поглощая красный цвет, и… ничего. Как и каждый день до этого.

Вздохнув, она опустила рукава, скрывая запястья, и вышла в гостиную за две минуты до того, как в дверь постучали. Открыв ее, она одарила темной улыбкой серафима, ожидавшего снаружи.

— Вы всегда так пунктуальны? — спросила она, наклонив голову и изучая мужчину.

Его глаза, на несколько оттенков темнее его мягких серых крыльев, смотрели на нее в ответ. Его волосы цвета вороного крыла были аккуратно подстрижены вокруг ушей. Он был красив той воинственной красотой, с мускулами, выдававшими интенсивные тренировки.

Отодвинувшись в сторону, он жестом пригласил ее пройти вперед, и она вздохнула:

— Так куда мы идем сегодня? — спросила она, ее босые ноги бесшумно ступали по мраморному полу, пока он проходил мимо нее, ведя за собой.

Разумеется, он не ответил. Она никогда не слышала, чтобы он говорил.

Она наблюдала, как его крылья слегка шелестят при ходьбе, спина прямая, голова поднята. Не в первый раз она задалась вопросом, кого этот мужчина убил и какой магией теперь обладает. Она не видела, чтобы он использовал силу. Не то чтобы это имело значение. Декс годами использовал свою силу рядом с ней, а она не замечала.

Они пересекли двор и вошли в главное здание Поместья и лишь когда они свернули в до боли знакомый коридор, она остановилась.

Упершись пятками в пол, Тесса отступила на несколько шагов назад.

— Я туда не пойду, — твердо сказала она.

Серафим замер, обернулся, окинул ее взглядом с головы до ног и приподнял бровь. Тесса лишь скрестила руки на груди и уставилась на него с вызовом. Пусть попробует перекинуть ее через чертово плечо и волоком тащить в тот кабинет!

— Иди скажи Рордану или Дексу, или кому там из них я сегодня понадобилась: пусть знают, что я не собираюсь сидеть у них в кабинете, — произнесла она, и от ее раздражения магия на платье заклубилась, заструилась причудливыми узорами.

Мужчина это заметил: склонил голову набок и присмотрелся внимательнее.

— Иди передай им, — повторила она.

Серафим лишь пожал плечами, отвернулся и пошел дальше по коридору до самого конца. Тесса смотрела, как он толкает дверь, а потом указывает в ее сторону. И впервые ей пришло в голову: а вдруг он и правда не может говорить?

Тут из коридора неспешно, с небрежной грацией вышел Рордан в своем темно-синем костюме, с холодным взглядом голубых глаз, в котором читалось явное неодобрение.

— Пойдем, Тессалин, — произнес он, остановившись в паре шагов от нее. — Завтрак ждет, и нам нужно обсудить деликатные вопросы.

— Сегодня я не намерена часами сидеть в той комнате, — отрезала она, чувствуя, как внутри поднимается неприятное предчувствие. — Выбери другое место.

— Все уже подготовлено. Переносить сейчас — только зря тратить время всех присутствующих.

— Это не моя проблема, — парировала Тесса, резко развернулась на пятке и пошла в противоположную сторону.

Она проигнорировала его отрывистую команду и направилась по другому коридору в один из официальных залов для совещаний, где с размаху опустилась на стул во главе стола.

Когда Рордан наконец появился, она уже сидела, опершись локтем о стол и подперев подбородок ладонью.

— Так и знала, что ты согласишься с моим вариантом, — протянула она с приторной, нарочито сладкой интонацией.

Вслед за Рорданом в зал вошел серафим с подносом, уставленным блюдами для завтрака.

— Спасибо, — добавила Тесса, когда он поставил поднос перед ней.

Не теряя времени, она потянулась к кофейнику, налила себе чашку, добавила сливок и сахара. Рордан тем временем чопорно раскладывал свои вещи справа от нее, через несколько стульев.

Приглядевшись к подносу, Тесса увидела тарелку с тремя пончиками в шоколадной глазури, миску с клубникой, вареные яйца и маленькую бутылку апельсинового сока.

Не обращая внимания на пончики, она пододвинула к себе клубнику, взяла вареное яйцо и откусила кусочек. Она знала, что Рордан за ней наблюдает, но не обращала на него внимания, и вместо этого повернулась к окну.

Снаружи бегали и играли самые юные из фейри. Они были слишком молодые, чтобы понимать, какой на самом деле окажется их судьба. Тесса завидовала их невинности. Они родились в мире, где их сила ценилась куда выше, чем они сами как личности. Она не могла представить, что когда-нибудь сознательно решится привести в этот мир ребенка. Тем более — ребенка-фейри. Хотя теперь она понимала, что многих фейри вообще не спрашивали, хотят ли они появиться на свет. Впрочем, даже если бы мир был другим, она вряд ли смогла бы стать матерью.

— Нам нужно обсудить твои планы, Тессалин, — голос Рордана