Госпожа Лидия - Малиновая Карамель

– От кого? – спросил Эрим, хотя мне казалось, что он должен понять логику Дарка.

– От Бахума.

Подтверждая мои слова, мальчик кивнул, сложив руки на тощей груди и всё также сурово смотрел на отца.

– Ты сказал, что хочешь меня покусать и Дарк не понял, что это шутка. – объяснила мужьям, что растерянно переводили взгляды с меня на ребёнка. – Дарк, папа пошутил. – обратилась к мальчику, что несмотря на разницу в возрасте и силах, всё же попытался отстоять меня и напал на Бахума. – Он не стал бы меня кусать. И Бахум, и Эрим любят меня и никогда не обидят.

На маленьком лице промелькнул десяток эмоций, от неверия до раскаяния. Голубые глаза наполнились крокодильими слезами, а нижняя губа задрожала от сдерживаемых рыданий.

– Ну, чего ты, Дарк? – Бахум первым среагировал на перемену настроение сына.

Он сел, усадив сына на колено, и обняв его, прижал к себе, несильно раскачиваясь вперёд-назад.

– Ш-ш-ш… – тихонько похлопывал по спинке Дарка, пока он лил слёзы. – Не плачь, никто на тебя не сердиться. Ты поступил отважно, защищая свою маму. – он растрепал и без того кудрявое гнездо на голове Дарка. – Но запомни, ни я, ни Эрим, ни кто-то другой из нашего дома не обидим её. Мы все её защитники.

Дарк немного успокоился. Он оторвался от Бахума и стёр мокрые дорожки кулачками. Моё сердце защемило от его милоты. Пусть он и мал, но из него вырастет достойный мужчина.

– Он прав, Дарк. Ты молодец, что хотел защитить меня, но твои папы и все, кто живёт в особняке мне не враги. – я протянула руку, поглаживая худую румяную щёчку. – Запомни это и больше не бей папу Бахума. Хорошо?

В моём голосе не было порицания или гнева, ведь я поняла его мотивы и в них не было зла. Просто он ребёнок и ещё не разобрался во взрослых вещах.

На этом моменте к нашей компании подошёл Барчи, я старалась не смотреть на его тело, что стало ещё более соблазнительным, когда крепкие ноги обтянула промокшая ткань, а капельки медленно стекали по накаченной груди.

Он взял своё полотенце и начал промакивать влагу с груди и шеи. А я хотела забрать этот кусок ткани и губами собрать все капли.

От яркой фантазии я буквально почувствовала во рту терпкость кожи раба и прохладу озёрной воды. Даже пришлось схватиться за стакан и залпом выпить кислого морса, моего любимого, с вишней.

Эрим заметил моё состояние, но не стал комментировать, лишь с понимающей улыбкой пригубил из своего стакана.

После небольшой сцены с избиением Бахума, мы все с новой силой накинулись на еду. Я уделила внимание солёному сыру в сочетание с фруктом, похожим на виноград, но ягоды его были больше и светло-голубыми, насквозь прозрачными.

Мужья же продолжили есть мясо, лишь Бахум изредка крал ложечку другую из тарелки сына. Но тот был не против, явно чувствуя свою вину перед младшим мужем.

Барчи поначалу стоял столбом, смотря на озёрную гладь, словно мечтая вернуться туда, но долг велел быть подле госпожи и её семьи. Эрим разрешил ему искупаться, что для обычного раба и без того радость, ведь отдыхать пока госпожа бодрствует негоже, но наглеть он не собирался.

– Барчи, присядь и поешь. – мне было некомфортно от того, что мы едим, а он смотрит. – Пока нам не нужна прислуга или стража, так что ты можешь отдохнуть.

– Благодарю, госпожа Лидия. – раб был весьма удивлён моему предложению, но не став спорить, сел на колени, заняв край пледа.

Эрим особо не заморачиваясь, взял тарелку и наложил того же, что сам с аппетитом ел. Бахум до краёв наполнил стакан напитком, который я не любила, но многие считали достойным, и отдал рабу.

Тот принюхался к напитку и с удовольствием выпил весь ко́шфо за секунды. А после улыбнулся так, словно познал наивысшее удовольствие в своей жизни. У меня же скулы свело лишь одного вида чёрной воды, что отдалённо напоминала кофе, но была в три раза крепче и никогда не сахарилась.

– Ещё будешь? – заметив пустую емкость, спросил Бахум и получив несмелый кивок наполнил её заново. – Я тоже обожаю кошфо, да только жена не любит. – он с любовью посмотрел на меня, послав воздушный поцелуй, как бы извиняясь за то, что говорил при мне в третьем лице.

Дарк потянул носом, стараясь учуять что за напиток отец назвал вкусным, но стоило его ноздрей коснуться ядрёному кофейному аромату, как он тут же скривился. Рано ему пить столь горький напиток. Он тоже это понял и указал на кувшин со сладким напитком, что напоминал ванильный молочный коктейль. Но не успела я выполнить безмолвную просьбу, как это сделал Эрим, что сидел по другую руку от меня.

Вообще, я мало что делала сама, с тех пор как стала женой эрсхонцев. Они незаметно окружили меня заботой и взяли на себя все обязанности и мелкие дела, мне же оставалось лишь быть рядом и наслаждаться. Непривычная к такому, я буквально изнемогала от желания что-то сделать самостоятельно.

Но за весь вечер такой возможности так и не представилось. Мы ещё пару раз искупались, как я и обещала сыну, потом позагорали и где-то в процессе Дарк заснул. Просто взял и тихо засопел у меня под боком.

– Барчи. – шёпотом позвала раба, что прикорнул, упёршись спиной в ствол тонкого деревца, что росло в паре метров от нашего лежбища.

Викинг открыл глаза и сразу же встал, подходя ближе. Я не желала будить мужей, что тоже сладко посапывали по другую сторону от меня.

– Госпожа? – спросил раб, встав на колени около пледа и ожидая моих указаний.

– Барчи, Дарк уснул. – сказала очевидное и сама захотела стукнуть себя по лбу. – Пожалуйста, отвези его в особняк и уложи спать. Он много сегодня бегал и плавал, да и время вечернее. Думаю, проспит до рассвета.

– Как прикажете, госпожа Лидия. – важно кивнул золотоволосый викинг. – Я буду рядом с ним всю ночь. Не переживайте.

– Я и не волнуюсь, когда ты рядом. – призналась ему, осторожно поглаживая сына по кудряшкам, стараясь не разбудить. – Но про твоё наказание я помню. Ты его получишь завтра вечером.

Казалось бы, он должен был волноваться или