Столкновение - Э. К. Хантер

Все мое тело напряглось, а руки сжались в кулаки. Неудивительно, что Айзек нервничал, рассказывая мне, он бы точно знал, как я отреагирую.

Красный застилал мне зрение, и хотя я знал, что Айзек всего лишь передает информацию, это не помешало мне протянуть руку через стол и выжать из него жизнь.

Сделав глубокий вдох и приложив реальные усилия, чтобы разжать кулаки, я поправил пиджак и кивнул Айзеку.

— Есть ли какой-нибудь способ узнать, кто тот человек, который отправил запрос? — я стиснул зубы так сильно, что испугался, что они вот-вот треснут.

Тот, кто опубликовал это, был покойником.

— Боюсь, что нет, в этом прелесть и разочарование темной паутины. Я думаю, можно было бы ответить на объявление и посмотреть, можно ли таким образом установить контакт, но я подозреваю, что, как и у большинства людей, пользующихся даркнетом, их следы будут хорошо и по-настоящему заметены, — извиняющимся тоном сказал Айзек.

— Спасибо, что рассказал мне. — Слова были кислыми на вкус у меня во рту, когда я попытался выдавить их. И с этими словами я повернулся и вышел из кабинета.

Пока мы спускались в лифте, я сделал мысленную пометку поговорить с Майлзом о рекламе, когда вернусь домой, в надежде, что он сможет связаться с той шлюхой, которая ее разместила. Это был рискованный шаг, но это была отправная точка.

Хендрикс молчал, пока я вез нас домой, за что я был благодарен. Я знал, что Райли в опасности, я не был настолько наивен, чтобы думать, что угроза исчезнет после того, как я убью Тоби. Но теперь, когда каждый мужчина и его собака были осведомлены о цене за ее задницу, она стала честной добычей, и риск значительно возрос.

Возможно, идея перевезти ее в безопасное место была не такой уж плохой идеей.

Если бы только я мог убедить свою упрямую гордость, что поступил правильно

Глава 29

Райли

Предыдущие три дня были эмоциональными американскими горками, которые оставили меня измотанной и без слез. В одну минуту я рыдала от всего сердца из-за хладнокровного убийства Тоби, а затем слезы превращались в яростный гнев на Кая за то, что он был тем, кто нажал на курок.

Это было так, словно дьявол и ангел сидели у меня на плече, нашептывая что-то в каждое ухо и сбивая меня с толку до чертиков.

Одна сторона сказала, что Кай заслужил мой гнев, он напрасно убил Тоби, потому что был ревнивым мудаком и наказывал меня за то, что я обнимала Тоби. Другая сторона, дьявол, прошептал Тоби, заслужил то, что должно было произойти, он солгал мне и предал меня, и если бы его не поймали, со мной случилось бы много плохого.

У меня бывали моменты, когда я больше прислушивалась к дьяволу, чем к ангелу, а затем времена, когда я больше прислушивалась к ангелу, чем к дьяволу, в результате чего в моей голове царило полное замешательство.

В промежутках между моментами скорби по Тоби или злости на весь мир мне в голову приходил комментарий Кая о манипулировании мной. Это было почти так, как если бы мой мозг нашел способ причинить мне еще больше боли, когда я уже страдала.

Ангел и дьявол снова шептали свои противоречивые комментарии, и я не знала, кому верить. Ангел сказал мне, что Кай манипулировал мной, что я была ему интересна только потому, что я была трофеем, которым он мог похвастаться в результате выигранной сделки, что он заботился только об имидже и репутации.

Дьявол, которого я действительно хотела послушать, сказал мне, что Кай сказал что-то неприятное сгоряча и что его чувства ко мне были искренними. Но неуверенность в себе взяла верх над сердцем и головой, и я снова стала думать, что Кай видит во мне не более чем дырку для траха в течение следующих шести месяцев.

Или пять месяцев,

Я не была совсем уверена, сколько времени осталось до нашего соглашения.

Не помогло и то, что Кай каким-то образом пробрался в мою комнату, когда я спала ночью. Я не знала, как он проникал внутрь, поскольку каждую ночь я баррикадировала дверь комодом, но каждое утро, просыпаясь и обнаруживая его запах на подушках, я знала без тени сомнения, что он спал рядом со мной. У меня не было никаких воспоминаний о том, что он на самом деле был там со мной, что привело меня к одному выводу: он накачал меня наркотиками, чтобы я уснула. Я не знала, злиться ли мне на него за это, но, учитывая, насколько я была измотана, я была очень благодарна за сон без сновидений, и, как бы мне ни было неприятно это признавать, я находила утешение в том, что просыпалась в окружении его запаха.

Мне понадобится серьезная терапия, когда все это дерьмо закончится.

На четвертый день я решила, что пришло время взять себя в руки и посмотреть правде в глаза. Горькая правда заключалась в том, что Тоби солгал мне, обманул меня.

Чем больше я думала об этом, тем больше приходила к пониманию, что Тоби намеревался обмануть меня, иначе, почему бы ему не предупредить меня в ту же секунду, как мы встретились в клубе, вместо того, чтобы делать вид, что он случайно столкнулся со мной, и скармливать мне реплику о своей дочери? Предупредил бы он меня об угрозе в какой-то момент, кто знает. Может быть, он был искренен, когда сказал, что, как только увидел меня, не смог пройти через это, но я никогда больше не смогу с ним поговорить, так что у меня не было возможности когда-либо узнать, и, мучая себя из-за этого, я только сходила с ума.

Что касается Кая, нам нужно было провести долгий тяжелый разговор.

В глубине души я не думала, что он манипулировал мной, он ни разу не пытался скрыть свою психопатическую сторону убийцы. Я просто позволила себе забыть об этой его части, когда он посещал меня в спа-дни, осыпал меня вниманием и дарил мне оргазм за оргазмом. Но мне не понравилось, как он задел меня своим комментарием. По иронии судьбы, я могла бы смириться с тем, что он убивает людей, но я бы не потерпела, чтобы он вымещал свой гнев на мне.

Я винила свои испорченные подростковые годы в своей странной морали.

Кроме того, что Кай прокрался в мою комнату, когда