Триада - Ульяна Муратова

От неожиданности к лицу прилила кровь. Нет, я вовсе не рада была его видеть, но и сбегать… как-то глупо и трусливо. Растерянно замерев на крыльце, посмотрела на Шуру. Огневичка уже чинно спускалась по высоким ступеням. Мы с целительницей последовали за подругой.

— Вероника! Я так рад, что с тобой всё в порядке! — Масар вцепился в кованые прутья забора и жадно меня разглядывал. — Какое счастье, что мне удалось вас спасти!

От его наглости я на секунду онемела. Даже Шуру проняло, хотя казалось бы.

— Нас что?.. — насмешливо протянула она, сдвинув брови.

— Вас спасти. Янгвизоры вас пощадили, как я и рассчитывал. Рад, что всё сложилось именно так!

— Слышь ты, клевало пустынное, считаешь, нас тут идиоты покусали? — весело спросила Шура. — И что мы с суррогатными сёстрами дружно умом тронулись?

— Я сделал для вас всё что мог! — уверенно ответил Масар, выдержав саркастичный Шурин взгляд.

— Как ты нас нашёл и зачем ты тут? — спросила я.

— Я уже два дня жду, что ты выйдешь, и нам удастся поговорить, — его голос смягчился. — Я восхищён твоим поступком и твоей храбростью, Вероника. Ты даже представить не можешь, что ты сделала для простых людей. Таких, как я и Цай.

— Как он? Жив? — тихо спросила Алёнушка.

— Да, жив. Вернулся домой.

— Ты тут только за этим? Выразить восхищение? — холодно спросила я.

— Асали, откуда столько льда в голосе? Мы ведь не чужие, — мягко укорил он.

— Не смей меня так называть! — процедила я, глядя в его лицо.

— Вероника, я понимаю, что ты на меня сердишься, и мои действия неоднозначно выглядят с твоей стороны, но я честно пытался тебя спасти. Пойми, это было лучшее решение. Единственное, которое позволило сохранить отряд и дать шанс на спасение вам! Я не хотел причинить тебе вред, ты мне дорога! Но и бросить своих людей я не мог!

— Ты оставил нас прикованными к дереву, как приманку для янгвизоров и диких зверей! — возмутилась я.

— Это было лучше, чем брать вас с отрядом! Я тебя спасал! — воскликнул Масар.

— Ты так меня спасал, что после этого меня и продавали в рабство, и убить пытались, и избивали, и мучили… Не очень хорошо ты меня спас, Масар, — с горечью ответила я.

— Доверие — как туалетная бумага, подтереться им можно только один раз, — насмешливо изрекла Шура.

Но, боюсь, вся глубина метафоры осталась вне предела понимания Масара, потому что туалетную бумагу я тут пока не встречала.

— Что тебе нужно? Зачем ты здесь? — потребовала ответа я, жестом остановив новый поток Шуриных ругательств.

— Я знаю, что планируется амнистия. И предполагаю, что ты можешь помочь попасть в списки амнистированных. Помочь мне так же, как я помог вам, — горячо заговорил он, ловя мой взгляд.

Мне стало больно. Возможно, хотелось услышать, что он скучал или страдал. Получить хоть какое-то подтверждение тому, что симпатия между нами мне не почудилась. Но я как была для него лишь ресурсом, так и осталась. А может, это и к лучшему. Я всё равно уже сделала свой выбор.

— Для этого мне стоило бы приковать тебя к этому забору и натравить на тебя кого-то из дознавателей. Пусть бы разбирались. Но я поступлю великодушнее. Просто уходи, Масар, и больше не ищи со мной встреч. Ты ошибся. Мы друг другу очень даже чужие, — жёстко ответила я.

— Ах вот как ты заговорила! — оскалился Масар. — Поговаривают, что ты под Демона Пустыни легла и помогла ему расчистить путь к управлению Домом Усалам. Стала мтахской подстилкой?

— Слышь ты, сявый патоген. Едало завали, если не хочешь, чтоб я тебе его под хохлому разукрасила. Проваливай, пока ноги целые!

С пальцев Шуры ручейком потёк жидкий огонь.

— Слушай меня внимательно, Масар. Я повторю только однажды. Проваливай отсюда и больше никогда не возвращайся. И следующий раз, прежде чем сказать мне гадость, вспомни, что ты куда слабее Хунира Усалама.

На секунду на лице Масара промелькнуло удивление. Но закон силы он прекрасно знал, а я была сильнее его, поэтому, скривившись, он предпочёл уйти.

— Нет, ну до чего борзый тип. Скажи?

— С его стороны глупо было бы не попытаться. Масар умеет выживать, этого у него не отнять, — ответила я. — Пойдём обратно, никаких разговоров больше не хочу. Хватит, наболтались.

Мы поднялись обратно в наши с Драхиром покои и расселись за столом.

— Ты будешь что-то говорить Драхиру или просить за Масара? — спросила Алёнушка.

— Нет, — уверенно ответила я.

— Я бы, напротив, попросила, чтобы его размохерили хорошенько, — высказалась Шура.

— И этого я тоже делать не буду. Пусть всё идёт своим чередом. Я не знаю, какие преступления совершил Масар, и не мне его судить или миловать.

— Чем займёмся? — вздохнула Алёнушка после долгой паузы. — До вечера ещё куча времени.

Я бы предпочла почитать или даже побыть в одиночестве, но сказать ничего не успела. Неожиданно дверь распахнулась, и в проёме показались наши донельзя довольные мужчины. Хварид потёр мощной ладонью блестящую черепушку, а Алёнушка вспорхнула ему навстречу. Отношения между ними теплели с каждым днём, а что до бороды и лысины — последний раз целительница сказала, что они стали ей нравиться. В общем, в данном конкретном случае путь к сердцу женщины лежал через её портреты. Рид рисовал свою пару при любом удобном случае, она все эти наброски и этюды бережно хранила и всё чаще мечтательно улыбалась, когда заговаривала о своём воднике.

— Мы закончили! — радостно объявил Джас.

— Обедать будете?

— Будем! Но не здесь! — весело пророкотал Хварид, раскрывая объятия для идущей к нему блондинки.

— А где? И сколько у вас перерыв? — спросила я, поднимаясь из-за стола.

— Мы вообще закончили. Работа комиссии завершена. Всё подписано! — довольно объявил Драхир и подхватил меня, закружив по комнате.

— Но как? — рассмеялась я от неожиданности. — А Чакул?

— О, это была великолепная шпионская операция. Лучшие умы Минхатепа разработали и