Дождь теней и концов - Мелисса Рёрих

услышала она ответ Теона, его голос звучал хрипло и устало. — Я думал, она уже почти смирилась с этим. Она искала меня весь день, нуждалась в нашей связи, а потом как будто щелкнул гребанный переключатель.

Впрочем, это было частью плана. Конечно, связь действовала на нее успокаивающе, но она также хотела, чтобы Теон думал, что она начинает принимать это. Потому что, возможно, если бы он так думал, то стал бы немного больше доверять ей и дал бы немного больше свободы.

И она планировала воспользоваться этой дополнительной свободой, чтобы спуститься в вестибюль и взять бутылку сердца агавы, особенно после того, как они ушли из ресторана.

— Я предупреждал тебя, что она уже не будет прежней, — раздался голос Акселя. — Только не после того, как мы пытались заставить ее принять это.

— Что бы ты хотел, чтобы я сделал? — рявкнул Теон.

— Давай подумаем об этом, — повторил Лука. — Дай ей немного пространства на некоторое время. Мы все немного поспим. И, может быть, утром все будет… лучше.

Сомневаюсь.

ГЛАВА 26

ТЕССА

Прошло, наверное, больше часа, прежде чем она наконец услышала, как открылась дверь в спальню. Тесса уже начала беспокоиться, что заснет и упустит возможность забрать свое сердце агавы. Она уже близка к тому, чтобы встать и посмотреть, не заснул ли Теон в гостиной. Но это крайне маловероятно, особенно учитывая, что они находились не в его покоях в доме Ариуса. И если он увидит, что она встала, можно только предположить, что последует еще один раунд словесной перепалки. И ее мечты о сердце агавы развеются в прах.

Она сосредоточилась на том, чтобы дышать ровно, не желая, чтобы он знал, что она все еще не спит. Тесса услышала, как он вздохнул, и почувствовала движение воздуха, когда он остановился рядом с ней. Затем она почувствовала, как его большой палец слегка коснулся ее нижней губы, и не смогла сдержать дрожь, пробежавшую по спине.

— Даже во сне ты реагируешь на эту связь, — пробормотал он, снова проводя большим пальцем по ее губам. — Что же мне с тобой делать, маленькая буря?

Кончики его пальцев скользнули по ее обнаженной руке, когда он отодвинулся от нее и начал готовиться ко сну. Она почувствовала, как прогнулся матрас, когда он забрался на него, и могла бы вздохнуть с облегчением, когда на этот раз, он не прижал ее спиной к своей груди. Все, что он сделал, это провел пальцами по ее спине, прежде чем устроиться поудобнее. Прошло некоторое время, прежде чем его дыхание выровнялось, и она поняла, что он спит достаточно крепко, чтобы она смогла попытаться выбраться. Если ее поймают, когда она тайком будет выходить из комнаты…

Ну, вряд ли станет хуже, чем сейчас, верно?

Она осторожно соскользнула с кровати и босиком направилась к двери. Из доставленной одежды она достала легинсы и майку. А Лука, благословите боги его душу, еще и раздобыл шлепанцы. Ей уже стало холодно, когда она сунула в них ноги, но она не хотела надевать рубашку Теона, которую он по-прежнему оставлял для нее на ночь. В данный момент она не хотела иметь с ним ничего общего и проигнорировала небольшой толчок связи, который вызвала у нее эта мысль, стиснув зубы от раздражения.

Стараясь ступать как можно тише, она приоткрыла дверь, и ее приветствовал звук телевизора.

Дерьмо.

Если бы Лука или Аксель все еще не спят, у нее ничего не выйдет. Дверь, ведущая в другой номер напротив, была закрыта, так что, похоже, по крайней мере один из них уже в постели. Она прокралась по маленькому коридору. Если кто-нибудь спросит, она скажет, что пошла за водой.

Осторожно выглянув из-за угла, она обнаружила Акселя, растянувшегося поперек дивана. Он, по-видимому, заснул, пока смотрел Хаосферу. Неожиданно оказалось, что включенный телевизор — это благословение. Он заглушал звуки ее движений. Она не беспокоилась о том, как вернется в комнату. Она знала, что он найдет ее достаточно скоро.

Она бесшумно выскользнула за дверь. Облегченно вздохнув, она практически побежала к лифту, и улыбка, появившаяся на ее лице, когда двери закрылись, выражала маниакальный восторг. Она не знала, как долго это продлится, но уже чувствовала, как их связь натягивается и паникует, но она собиралась наслаждаться каждой секундой свободы.

Выйдя из лифта, она направилась прямиком к стойке регистрации. Консьерж посмотрел на нее. Но, зная, что она является Источником Наследника Ариуса, неохотно передал сердце агавы. Тесса немедленно открыла его и выпила, должно быть, три или четыре порции. Алкоголь разогрел ее желудок, и она непринужденно направилась к главным дверям, мир внезапно стал немного светлее.

Или темнее?

В конце концов, стояла ночь.

Свет.

Темнота.

Это не имеет значения. Ничто не имеет значения, когда она выпила еще одну порцию. Ей совершенно все равно.

В этот час швейцара не было, поэтому она вышла на улицу и вдохнула прохладный ночной воздух. По ее коже побежали мурашки, но она этого почти не замечала. В течение этих нескольких драгоценных мгновений она собиралась притвориться, что свободна. Она собиралась притвориться, что не является собственностью потомка бога смерти и концов.

Что она вольна говорить с кем пожелает. Что она вольна есть все, что захочет. Носить все, что захочет. Трахаться с кем захочет. Что она никому не доставляет неудобств и не доставляет проблем. Слишком дикая и непокорная, чтобы с ней можно было справиться.

Она издала смешок, который перешел в нелепое хихиканье, но не такой смешной, как мысль о том, что все эти гребаные Наследники считают себя выше других.

Потомки богов.

Как далеко они должны зайти в своем происхождении, чтобы хотя бы приблизиться к одному из богов?

Вероятно, они были куда более ближе к смертным. Ведь изначальные Наследники были наполовину богами, наполовину смертными.

Наследники воображали себя богами в Девраме, а на самом деле?

У них есть лишь малая толика той силы магии, от которой они произошли, даже если они стратегически организовывали браки для укрепления родословных.

— Теперь ты выпиваешь за пределами вестибюля отеля? Неужели твои братья не смогут найти тебя здесь?

Тесса чуть не подавилась глотком, который только что отхлебнула из бутылки. Она обернулась и увидела Тристина, который стоял в стороне, прислонившись к стене, попыхивая сигаретой. На нем надеты все те же джинсы и рубашка, хотя к своему наряду он добавил куртку.

— О, он определенно найдет меня здесь, — ответила она с кокетливой улыбкой, бочком подходя к нему.