Point/Точка - Вероника Благосклонная

— Я… я устала, Бибер, — она поднимает к нему глаза, и его дыхание перехватывает. Слишком все сложно. — Ты… я… — она запинается, и на пару секунд замолкает, как будто собираясь с мыслями, — я как будто… одурманена тобой, сведена с ума, доведена до отчаянья. Как будто я схожу… с ума, — она судорожно втягивает воздух, и снова опускает голову, смаргивая хрустальные слезинки. — Я так не хочу. Не хочу тебе доверять, потому что ты запросто можешь обидеть снова.

И Джастин понимает, что она права. Он понимает, что ему нечего сказать. Вздохнул и мягко коснулся губами ее лба. Бывают в нашей жизни моменты, когда нити жизни, чужих судеб переплетаются вокруг тебя, только тебя. Ты не знаешь хорошо это или плохо, ни в чем не уверен. Знаешь только одно: ты не знаешь, что делать и что будет дальше. Ощущения неизвестности пугает и в то же время притягивает. Так должно быть? Наверно, да. Каждый человек рано или поздно испытывает это пугающее, жгучее чувство неизвестности, от которого пытается скрыться. Мы все от него убегаем. Вопрос только к кому, и в какую погоду.

— Тише — тише. — Прошептал Джастин, пытаясь успокоить девушку и легонько погладил её по волосам. Нежные, шелковистые, но с неповторимым непослушанием. Чертово непослушание Вейн. Грубое, но охринительное. Нежное внутри. Вторая рука Джастина случайно упала на руку девушки. Теплая кожа Нэл обожгла ледяную руку парню. Девушка снова вздрогнула, заставляя все его мышцы напрячься от волнения.

— Не могу больше смотреть, как ты ходишь мимо, — произнес вдруг Джастин с тоской и разжал пальцы. — Ходишь мимо и тихонько на меня пялишься, когда думаешь, что я не вижу. А я вижу и схожу с ума. Я думал это одержимость, но оказалось это…

— Т-ш-ш. — она тут же встрепенулась и коснулась пальцем его губ, заставляя замолчать. — Не говори. — она судорожно мотнула головой. — Не надо.

Джастин вздохнул, отворачивая лицо. Он пытается сказать, но она не дает. С каждым разом все сложнее.

Он беспомощно прижал к себе девушку, не зная, что делать в таком случае.

Как по другому объяснить ей свои чувства, если слов она слышать не хочет?

Джастин смотрел на ее лицо. Ее молочно белая кожа источала все тот же нежный, ставший таким родным и таким желанным, аромат. Хотелось накрыть ее дрожащие, пухлые, такие соблазнительно блестящие губы поцелуем, заставив ее прижаться ко нему, изнывать от желания. Ее хрупкие плечи подрагивают, она судорожно всхлипывает, и его это буквально разрывает изнутри.

— Почему? Скажи, почему все так?

— Я не знаю, — он гладит ее руку и смотри на ее трепещущие ресницы. Девушка повернулась к нему лицом. Их лица были настолько близко друг другу, что их губы почти соприкасались. Нэл выдохнула, и Джастин ощутил поток влажного воздуха. Он приблизился к её губам и робко прикоснулся к ним, ожидая её реакцию. Она вздохнула и покачала растерянно головой, положила голову на его плечо и зажмурилась. Не хочет. А он не станет принуждать.

Секунды сменялись минутами. Нэл все так же лежала на его плече. Ее дыхание стало ровным.

Все мысли Джастина были сосредоточены на ней. Ее губах, коже, дыхании. Он дотрагивается до ее щеки, руку сводит от удовольствия. Удовольствия быть с ней, трогать её. Неужели с завершением ночи это закончиться? Она проснется и больше не разрешит быть так близко от неё. Неужели лучи холодного зимнего солнца заберут с собой то последние, что заставляет его сердце биться. Биться чаще обычного.

Прошло уже 2,5 часа, а Джастин всё сидел и смотрел на неё, боясь, лишний раз вздохнуть, чтобы не разбудить её. Время будто стояло на одном месте, всё сейчас было сосредоточенно на ней, казалось. Что прошло всего пять минут с момента его прихода. Ему было мало её. Мало времени, чтобы быть с ней. У него, правда, осталось мало времени.

Когда тебя ничего не тревожит, даже просыпаешься с удовольствием. Джастину следовало бы потревожится, но голова на удивление была светлой и пустой. Он так долго смотрел на Нэл, что и сам уснул, прислонившись головой к колоне. Одного он не понимал, как девушке удалось выбраться из его объятий, не разбудив его и бесшумно исчезнуть.

За окном только светало. Джастин провел ладонью по волосам и сонно причмокнул губами. Может ему все приснилось? Может он и не успокаивал ее пол ночи, черт возьми?

Нет. Не приснилось. Потому что его кофта пахла легким ароматом ее духов. Вздохнув Джастин встал с пола, подхватил сумку и вышел из зала. Он накинул капюшон толстовки на голову, опустив взгляд и торопливо направился по коридору. Быстрым шагом он за две минуты добрался до своей комнаты. Дверь была закрыта, и спящего Тома не наблюдалось.

Наверняка он всю ночь развлекался с каким-то девушками. Для Флетчера это было обычным делом. Девицы с огромным желанием прыгали к нему в постель, даже не обращая внимания на то, что он бабник. Том всегда предлагал Биберу присоединиться, потому что все девушки хотели заполучить естественно и его. Но Джастин, чьи мысли в последние месяцы были забиты исключительно Вейн, горделиво отказывался от сексуальных развлечений, терзая себя отсутствием половой жизни. Он мечтал поцеловать Нэл, хотя бы прикоснуться, не говоря уже о сексе. Хотя от мысли о близости с желанной девушкой у него тот час голова шла кругом и он старался больше об этом не думать.

Неторопливо раздевшись он понежился под теплым согревающим душем, наслаждаясь запахом ароматного геля. Выйдя из ванной он остановился перед большим зеркалом рассматривая свою обнаженное тело. Он понимал, почему девушки хотели его. Это было очевидным.

Одевшись Джастин полежал немного на кровати, ну а потом, когда часы показали 8 утра решил, что на завтрак сходить все же стоит. Хотя бы для того, что бы выпить кофе и не уснуть в продолжении дня.

Неторопливо собравшись парень закрыл комнату и направился в Главный Зал. Тома все еще не наблюдТома все еще не наблюдалось, поэтому он в спокойном расположении духа уселся на свое место и тут же налил себе в чашку кофе.

Нэл уже сидела за своим столом, рядом с ней сидел Браян. Он взял прозрачный кувшин и налил ей сок. Девушка расплылась в благодарной улыбке и легко коснулась его плеча.

Дэн, сидевший неподалеку во всю ворковал с подружкой Вейн- Сольвейг.