Вместе сильнее - Эстрелла Роуз

— Думайте, начнет?

— Она никогда не простит меня за то, что я сделал. Даже если я еще сто раз помогу ей в чем-нибудь и спасу от какой-нибудь беды… Ничего не изменится…

— Ну что же вы так пессимистичны? — слегка хмурится Хантер. — Мне кажется, она все-таки даст вам еще один шанс… Ну или по крайней мере, согласится выслушать вас и сама что-то объяснит, если ей есть что вам сказать.

— Ох, да что объяснять-то? — устало вздыхает Терренс. — Мы и так знаем обо всех претензиях друг к другу. И понимаем, что уже никак не сможем разрешить наши проблемы. Раньше у нас была такая возможность, когда наши отношения начали трещать по швам уже в первые месяцы. Однако после той ссоры шансов на примирение уже нет и не будет.

— Знайте, я всегда говорю, что в любом случае нужно давать человеку второй шанс. Потому что ошибиться может каждый, а порой человек вообще не хотел совершать какую-то оплошность. Если я вижу, что человек раскаивается в содеянном и просит прощения, то легко могу дать ему еще один шанс стать лучше.

— Намекайте на то, что мне еще могут дать второй шанс?

— Вы же делайте хоть что-то, чтобы доказать свое сожаление, не сидите на месте, не боитесь признавать свою вину… Честность может быть человеку только в плюс.

— Иногда честность делает только хуже.

— Мне кажется, что если вы поможете Ракель покончить с Саймоном, она отблагодарит вас и будет еще долго помнить об этом.

— Я делаю все это не только ради того, чтобы доказать свое сожаление. Но еще и ради долга, который обязан был отдать еще месяц назад, когда все это началось. Ради долга перед Ракель и ее семьей, которую мне никак нельзя разочаровывать и злить. Откажусь и позволю ей пострадать по его вине – потеряю всякий шанс вернуть любовь этой девушки. А родственники Ракель никогда не простят меня за то, что я так поступил с их любимой девочкой. У меня больше не будет шанса исправиться…

— В любом случае все это говорит о том, что вас есть совесть, — уверенно отмечает Хантер и бросает легкую улыбку. — И вы понимайте, что совершили ошибку.

— Мне это не поможет.

— Не беспокойтесь, мистер МакКлайф, ваши усилия не останутся незамеченными. Вы обязательно услышите слова благодарности.

— Скажите, а вы всегда были таким оптимистом? — по-доброму усмехается Терренс. — Или стали таким только сейчас?

— Вообще-то, я всегда стараюсь настраиваться на позитивный лад. А если у меня что-то не получается, то я не расстраиваюсь из-за неудач и просто продолжаю делать то, что делаю. Глядишь, через какое-то время все начинает налаживаться само собой. Хотя обычно я никогда ни на что не рассчитываю. И не думаю о том, получится ли у меня то или иное.

— Вы не расстраивайтесь даже из-за того, что Ракель всегда воспринимала вас только лишь своим другом?

— Я уже давно с этим смирился. Хотя и не перестаю надеяться, что однажды Ракель все-таки обратит на меня внимание. Мне все еще очень нравится эта девушка. Она понравилась мне едва ли не с первого взгляда.

— До встречи со мной она отвергла ухаживания многих парней, которые хотели быть с ней.

— Знаю. И я думал, что стану тем, кто все изменит. Что Ракель полюбит меня и захочет быть со мной.

— Кто знает, может, у вас что-то и сложится, — с грустью во взгляде улыбается Терренс. — Моя история с Ракель скорее всего закончена раз и навсегда. А значит, у вас есть шанс.

— В любом случае я готов быть рядом с ней даже как друг. Готов подставить ей свое плечо и выслушать ее, если она захочет что-то рассказать. Ракель – чудесная девушка, которая всегда будет очень много для меня значить.

— А вы знакомы с ее родственниками?

— Только с ее дедушкой. Ее тетя живет в Лондоне, и я ни разу не встречался с ней тогда, когда приходил к Ракель домой. Но я очень много про нее слышал. От этой девушки и мистера Кэмерона. Который, к слову, всегда был очень добр ко мне.

— Он говорил, что вы ему нравились. Мистер Кэмерон не возражал против ваших с Ракель отношений.

— Я в курсе. Он даже расстраивался, что его внучка не хотела замечать меня. Мол, я делаю для нее столько всего, а она нос воротит.

— Просто Фредерик и Алисия всегда были слишком одержимы идеей отдать Ракель замуж. Они так сильно давили на нее, что эта девушка и слышать ничего не хотела об отношениях, замужестве и рождении детей.

— Это верно. Я считаю, что это те вещи, к которым нужно быть готовым. Ну а Ракель, похоже, не была к этому готова осчастливить своих родственников. Поэтому и отвергала всех парней. Возможно, она будет готова где-нибудь через несколько лет.

— Кто знает, мистер Линвуд… — устало вздыхает Терренс.

— В любом случае я не делаю трагедии из того, что моя любовь к Ракель так и осталась неразделенной. Я стараюсь продолжать жить своей жизнью и заниматься своими делами.

— Немного завидую вашему оптимизму… — с легкой улыбкой признается Терренс.

— Это больно, но преодолимо. Если не Ракель, так какая-нибудь другая девушка. Хотя пока что мне никто не нравится так сильно, как она. Я хожу на свидания, но ничего не екает.

— Не беспокойтесь, мистер Линвуд. У вас все будет хорошо.

— Вы можете назвать меня по имени, если вы захотите.

— Э-э-э… Ну… Хорошо… Если хотите, то и вы можете и меня называть по имени.

— Что ж, как хотите, Терренс, — с легкой улыбкой произносит Хантер.

— Спасибо, Хантер, — благодарит Терренс.

— Все будет хорошо, вот увидите.

— Да вы не обращайте на меня внимания. — Терренс скромно улыбается. — В последнее время я во всем нахожу лишь негатив. Перестал надеяться, что меня ждет что-то хорошее.

— Я все понимаю. Просто верьте, что все наладится.

В