Измена. Новая жизнь - Татьяна Тэя

выйдем, займём одну из игровых. Там стеклянная стена, вы нас слышать не будете, только видеть. Чтобы вы не волновались, — он опускает взгляд на экран планшета. — Чтобы вы не волновались, Светлана, я вам сейчас расскажу, о чём буду беседовать с Алисой и какие вопросы задавать.

Я прикусываю губу, чтобы не сказануть лишнего, и снова краснею. Как девочка, ей богу, понимая, что с самого начала наш диалог шёл о чём угодно, только не об Алисе, и что этот красавчик сам развернул его к «маленькой пациентке».

Подумает ещё, что я не мать, а кукушка. Или ветреная особа, зацикленная на себе, раз уж даже с детским психологом обсуждаю не ребёнка, а личную жизнь.

Следующие минут десять мы говорим исключительно об Алисе. Я подробно рассказываю про дочь и её увлечения, про события последних месяцев, но про Артёма и его измены молчу. Лишь вскользь упоминаю, что папа наш загружен на работе.

«Загружен он…» — фыркает внутренний голос издевательски.

— А какие у вас отношения с мужем? — склонив голову к плечу, интересуется мужчина.

Это он так… по делу? Или… нет?

Ну, конечно, же по делу. Света… — осаждаю себя. — Хватит фантазировать.

Ищу на его лице признаки разочарования, но там штиль и вежливость.

— Отношения не очень, — признаюсь. — Вероятно, мы разведёмся. Но… — тут же добавляю. — Этот вопрос только на прошлой неделе возник. Внезапно. Ещё недавно всё было нормально.

— Вам может казаться, что всё нормально, а дети очень хорошо улавливают, как меняются отношения между родителями.

— Я же говорю: внезапно возник, — повторяю с нажимом, хотя прекрасно понимаю, что он имеет в виду.

— Внезапно? Это как-то связано с вашим… кхм… падением в аэропорту?

Кошусь на него с подозрением.

— Возможно, — это уже сквозь зубы, — но к делу это не относится.

Благо, дальнейших вопросов не следует. Он встаёт и приглашает следовать за собой.

— Пойдёмте к Алисе. Кажется, основное я от вас узнал.

— Кхм…

— Что такое? — оборачивается, придерживая для меня дверь.

— Я, кажется, до сих пор не узнала вашего имени. Вы же не представились.

— Прошу извинить, — снова эта обаятельная улыбка, — моё упущение. Никита Борисович Менделеев.

— А вы не…

— Нет не родственник, — улыбается так, что коленки опять начинают подозрительно дрожать.

Да что ж за напасть такая… Этот Никита Борисович крайней опасен для суставов. В больших дозах он превращает их в желе… Мои так точно.

Глава 12

Примерно через час мы с Алисой выходим из здания центра. Она выглядит заметно повеселевшей. Видимо, общение с Никитой Борисовичем пошло ей не пользу. Всё прошло именно так, как он и говорил. Они ушли в игровую, а я сидела за стеклянной стеной, наблюдая за их взаимодействием.

Доктор Менделеев сначала просто молчал, давай время Алиске освоиться и изучить пространство, а позже я смотрела и запоминала, чем они занимаются. Всё больше походило на игру, чем на сеанс терапии или консультацию психолога, но надеюсь, что ему, как специалисту виднее. Они собирали какой-то пазл, затем рисовали, потом обсуждали сказочных персонажей. Всё согласно схеме, которую Никита Борисович пояснил мне перед консультацией.

— Завтра предлагаю созвониться, кое-какие выводы я уже сделал. Посмотрю на результаты тестов и дам рекомендации. А так жду вас в четверг с дочерью. После выработаем стратегию. Я предложу несколько путей. Попробуем по-разному, посмотрим, что поможет.

— Нужно будет что-то купить? Я лекарства имею в виду? — спрашиваю, потому что уже всякого от советчиков наслушалась.

— Нет-нет, на данном этапе не вижу надобности в медикаментозном лечении.

— Это радует, — улыбаюсь и киваю.

И сохраняю его телефон в памяти своего, перепечатывая номер с визитки.

— Завтра позвонить?

— Да, давайте после обеда, если вам удобно?

— Удобно, — подтверждаю, а после мы прощаемся.

Ухожу я в странном настроении и состоянии лёгкого возбуждения. Личные проблемы отходят на второй план. Встреча меня встряхнула, а видя состояние Алисы мне становится спокойнее. Никакого потрясения у неё нет. Наоборот, ей всё очень понравилось.

— Зайдём поужинать куда-нибудь? — предлагаю дочери.

Честно говоря, готовить лень. Раньше я делала это для мужа, стремилась побаловать. А сейчас мысль, что этот изменщик будет есть приготовленную мной еду и воспринимать это как должное, мне нехорошо. Я ему не прислуга. Отлично устроился…

— Чего ты хочешь? — спрашиваю, желая зафиксировать положительные эмоции у Алисы.

— Блинчик… Блинчик… — она подпрыгивает от нетерпения и предвкушения, потом облизывается и потирает ладошки друг о друга, добавляя: — Со сгущё-ё-ёнкой. Можно, мам?

Думаю про выходные и про гору блинов от Милы, которую они с Санькой на двоих съели. Так и хочется уточнить: а попа не слипнется? Но я проглатываю язвительный комментарий и с улыбочкой киваю.

— Можно, конечно. Пожалуй, и я ударю по сладкому вместе с тобой. За компанию, так сказать.

— Круто-круто!

Мы доходим до ближайшего «Теремка» и отводим душу двойными порциями.

Закрываю глаза, когда на языке тает сладкий клубничный джем, и в памяти возникает привлекательное лицо доктора Менделеева.

Да и весь он… такой интересный. От его фигуры исходит странная энергетика. Смесь притяжения и уверенности, что с этим мужчиной может быть хорошо… что он может, умеет и знает, как сделать женщине хорошо.

«Он психолог, — моё второе я мысленно стучит указательным пальцем по виску. — Включи голову, Света. Он знает, что сказать и что сделать, чтобы к себе расположить. Психологи — отличные манипуляторы».

Это да… Наверняка, не только, как успокоить знают, но и как с ума свести…

Как и юристы, впрочем… Один нас дома поджидает.

Боже… но почему при мысли о Никите-секси-Борисовиче возникают бабочки в животе, как там в книгах и фильмах говорят. Нет… Эти грёбанные бабочки… это плохо… очень плохо…

К сожалению, всё хорошее заканчивается. Вот и сегодняшний вечер тоже.

Домой мы добираемся довольно быстро, Артёма ещё нет, но это и к лучшему, чем меньше мы сталкиваемся, тем проще нам обоим.

Пока Алиска делает уроки, я лежу на её кровати и листаю… Боже, зачем я это делаю?!.. Листаю сайт психологического центра. Раздел — специалисты.

Вот… сама себе рою яму.

Глубокую такую… обрывистую…

Но не могу ничего поделать. Разглядываю фотку Никиты и читаю огромный перечень регалий, которые он накопил к своим двадцати семи годам. Мне двадцать шесть, значит, у нас всего год разницы.

К чему это подсчёты?

Недовольно вздыхаю. Да уж, действительно, ни к чему.

Стаж восемь лет. Рано он начал. Окончил факультет психологии Питерского вуза, проходил стажировку в МЧС, имеет степень магистра в государственном институте психологии и социальной работы. Какая-то куча программ