Мой любимый хаос - Татьяна Сотскова

– Думаю, да. И по поводу артефактщицы, и по поводу алкоголя в твоем организме.

Я только глаза закатила, и, не дав выхватить мой бокал, снова направилась к парню, из-за которого сегодня и была дуэль. Это я окружающим могу врать, что приняла дуэль и вообще там сражалась, чтобы поставить на место Влалину, что она мне не ровня, что по сути так и есть, и что она не может мной командовать. А по факту – я ревновала.

Знаю, что знакомы мы с этим парнем не так давно, знаю, что ничего нас не связывает, и вообще мы из разных миров в прямом смысле этого слова. Но почему-то мне не нравилось, когда он флиртовал с другими девушками. А тот факт, что с Влалиной он вообще спал, и она посмела еще и ревновать ко мне, взбесил. Это понимала я, это понимала Мирэль. Но она никому ничего не скажет.

И, подходя к Максиму, я была в плохом настроении. Он показывал своим новым друзьям своих старых друзей. Показывал бал, что-то говорил на незнакомом языке. И когда я подошла, то никто этого не заметил, кроме друзей в телефоне.

Они что-то ему сказали, и Максим повернул голову в мою сторону, причем именно в тот момент, когда я допивала очередной бокал и даже немного пошатнулась.

– Привет, – сказал он, приобнимая меня за талию.

Мое раздражение начало выливаться наружу, но я решила этого не показывать и снова поняла, что надо сделать пакость. Иначе так и буду ходить, словно ужаленная. А потому, мило улыбнувшись и приблизив лицо к уху парня, я попросила то, чего он явно не ожидал. Причем я знала, что, скорее всего, он откажет, если я не попытаюсь его немного подразнить, и была права.

– А тебе зачем? – спросил он, нахмурившись.

– Не переживай, если сломается, я сумею все вернуть, как было. И даже если потеряется…

– Ты не поняла, – заулыбался он, затем что-то сказал парням на экране и что-то там нажал, отчего их изображение исчезло. – Ты не знаешь, как им пользоваться, а потому и спрашиваю, чтобы открыть то, что нужно.

– Открой мне свою музыку.

Парень, видимо, понял, что я задумала, потому что огляделся, нашел глазами источник воспроизведения музыки и, взяв меня под локоть, повел в ту сторону. По пути он что-то нажимал на экране телефона, картинки там менялись, затем он что-то листал, пока не нашел то, что нужно. А к тому моменту мы подошли к нужному месту.

– И как эта штука работает? – спросил Максим, разглядывая Музу. – Это ведь что-то вроде проигрывателя?

– Не знаю, что такое проигрыватель, – сообщила я ему и увидела, как один из преподавателей подозрительно косится на нас. – Скажи, куда нажимать, чтобы заиграла твоя музыка?

Парень показал на одну из строчек на экране, а я, использовав сырую магию, смогла загрузить новые песни в Музу, и заиграл рок.

Реакцию окружающих надо было видеть! Кто-то резко схватился за сердце, кто-то за уши, некоторые вообще визжать начали. Моя подруга, взгляд которой я поймала, был одновременно веселым и осуждающим. Ведь ее-то я ни о чем не предупредила! А я и Максим в голос засмеялись. Я чувствовала, как меня отпускает напряжение, как становится легче, а ненужные мысли покидают мою голову. Да, шалость явно удалась, и теперь мне стало легче.

Увидев, что в нашу сторону идет преподаватель, который быстрее всех сообразил, кто виновник, я схватила Максима за локоть и повела к выходу из бального зала.

Не сопротивляясь и, похоже, тоже соображая что к чему, Максим вместе со мной вышел, тихонечко прикрыв за собой дверь. И потом, не дожидаясь от меня каких-то слов, побежал по коридору. Несколько дверей, лестница, затем небольшая пробежка до выхода из главного учебного корпуса, пробежка до общежития, и вот мы уже стоим в общей гостиной.

Я не могла отдышаться, но исключительно потому, что не могла остановить свой смех. Завалилась на диван и вдруг замолчала, вспомнив первую ночь в академии. Именно на этот диван меня прогоняла Сейдж, которая наутро ничего не помнила. И вспомнила седые волосы Влалины.

– Думаешь, я переборщила? – спросила я у Максима, когда он сел рядом со мной и тоже отдышался.

Я все думала, стоит ли мне вернуть прежний цвет волос Влалине, или же все так и оставить, как напоминание.

– Думаю, те, кто хватался за сердце только притворялись, – Максим явно не понял, о чем я хотела ему сказать.

– Нет, я о Влалине, – пояснила я, после чего парень задумался.

Молчал он долго, смотря в потолок и потихоньку гладя мою ладонь, которую сжал в своей руке. И почему-то мне совсем не хотелось отстраняться. Наоборот, хотелось положить ему голову на плечо и понять, что все будет хорошо.

– Знаешь, я пришел из мира, где есть много разных стран. У каждого народа там свой менталитет, свои привычки, традиции и нрав. Я из страны под названием Россия. Самая большая страна. И народ у нас такой же, в душе. Широкий, просторный. Мы умеем прощать наших врагов и наказывать друзей. Которые стали предателями. Мы умеем защищаться, если на нас нападут. Влалина была твоим врагом?

– Конечно, нет. Я вообще не общалась с ней, не знаю, кто она и какая она. С чего вдруг нам враждовать?

– Тогда ты поступила жестко, – сказал Максим, посмотрев мне в глаза. – И если ты не преследуешь какие-то цели, чтобы за что-то ее наказать или чему-то научить, то стоит вернуть ей прежний цвет волос и извиниться. Но решать тебе. Все же я не знаю, что на самом деле тебя побудило принять дуэль, особенно если ты понимала, что она тебе не ровня в управлении магией. Да и по силе. Это больше походило на избиение младенцев.

Как правильно он подобрал слова. Избиение младенцев. Да, выглядело все именно так.

Пока я рассуждала над словами Максима, его поглаживание моей ладони изменилось. Вот он уже гладит мое запястье, придвинулся чуть ближе, а когда я повернула голову, чтобы сказать ему об этом и как-нибудь отшутиться, то утонула в его глазах. Он смотрел на меня так, как никто до этого. Одна его рука переместилась мне на поясницу, вторая на колено, а дыхание обжигало кожу. Я снова почувствовала возбуждение от одного только предвкушения поцелуя.

–