Вынужденно женаты. Только ради детей - Юлия Пылаева

— Где ты её подцепил?

— Что? — он мотает головой, не понимая.

— Леру. Премудрую. Где подцепил? — теперь, когда смысл этого вопроса до него доходит, лицо Рузанова вытягивается. На подсознательном уровне я понимаю, что задела взрывоопасную тему.

И сердце вдруг так больно-больно ударилось о ребра.

— Это неважно. Я только что при тебе её вышвырнул. Из своего кабинета и из своей жизни.

— Ты так и не ответил на мой вопрос!

— И не отвечу, — раздражённо передёргивает плечами он. — Её больше не существует в нашей жизни. Разве ты не этого хотела?

Глава 13.

— Я? — мне хочется рассмеяться истерическим, надрывным смехом, что уже клокочет в груди.

— Да, ты, — отчеканивает зло.

Вадим тоже на взводе. Поднеси спичку — и рванёт. И ничего, вот пусть рванет, а я молчать не буду все равно!

— То есть ты её сейчас вышвырнул ради меня? — каждое слово даётся мне с трудом, но я всё-таки задаю этот вопрос.

Важный вопрос, постановка которого неслучайна. Его ответ ничего не изменит, но какой-то части меня очень хочется, чтобы он избавился от своей любовницы по собственной воле.

— Судя по твоему голосу, я опять что-то сделал не так, — он впивается в меня мрачным, тяжёлым взглядом. — Да, блядь, — растягивает Рузанов и трёт ладонью подбородок. — Ради кого ещё я должен был это сделать?

— Не знаю, — меня всю трясёт. — Например, ты мог понять, что для отца двоих детей это неприемлемое поведение…

Унизительно боже... как унизительно, что я должна объяснять ему такие простейшие вещи!

— А, — он запрокидывает голову к потолку, и зло смеётся. — Это сейчас была такая ловушка, да? Раз я использовал не те слова, то теперь можно прокопаться и к причине, по которой я Лерку выгнал, да? Вот вы, бабы, умеете… — Вадим качает головой. — Вроде делаешь, как вам надо, так всё равно находите, к чему прикопаться!

— Я не прикапываюсь, Рузанов! — тут уже у меня нервы не выдерживают. — И, вообще-то, я имею полное право задавать тебе сколько угодно вопросов, потому что я мать твоих детей!

— И жена, — почему-то решает добавить он. Словно в нашем случае это важное уточнение.

— Пока что, — резко бросаю ему эту реплику и достаю из кармана телефон, чтобы проверить, не писала ли мне ничего няня.

Уведомлений нет — значит, Любе не стало хуже. Выдыхаю. Болезни дочери, даже незначительные простуды, с рождения даются мне нелегко. Всегда сильно переживаю.

— Что ты сказала? — муж приходит в ярость.

— Ничего нового, Вадим, — пожимаю плечами. — Мы разводимся. Странно, что ты удивлён.

— Я только что при тебе выгнал Леру, — он приводит эти слова как весомый аргумент и рукой указывает на дверь.

— И? — смотрю ему в глаза.

— В смысле, и? У нас больше нет причины разводиться, — отрезает он. — Её и раньше не было, — Рузанов решает зайти с другого угла. — Но я пошёл у тебя на поводу и выполнил твой каприз. И вот такое пожалуйста получаю в ответ.

— Ах, каприз? — у меня дыхание сбивается от злости и обиды.

— Так, всё! — муж разрубает ребром ладони воздух. Чует, что я только разошлась и вовсе не собираюсь сворачивать этот разговор. — Я тебе говорю, Катя. Всё. Успокойся и приди в себя. Нет больше никаких у нас с тобой проблем. Всё как раньше, слышишь? Семья, дом, дети…

— Где ты её нашёл? — этот вопрос свербит под кожей. — И когда?

Выражение лица у моего мужа такое, словно он сейчас взорвётся. До того сильно ему не хочется отвечать. А ведь Лера не из воздуха появилась, более того — у них есть история, которую я правдами или неправдами выясню.

— Я тебя слушаю, Вадим, — с этими словами я демонстративно опускаюсь на диванчик для посетителей, показывая, что никуда не уйду, пока не получу ответы на свои вопросы.

— Кать, — он недобро усмехается и скрещивает мощные руки на груди. — Зачем, скажи на милость, копаться в прошлом? Особенно в теме, которая, вне зависимости от моих ответов, причинит тебе боль.

Ах вот как он решил избежать этой темы. Якобы не хочет причинять мне боль.

Как заботливый гад.

— Хочу так, — не свожу с него взгляда.

Он усмехается. Потом кивает, будто соглашается с собственными мыслями. Видимо, у него внутри, с самим собой, были некие переговоры.

И поднимает на меня глаза со словами:

— Я её знал ещё до нашего с тобой знакомства.

— «Знал?» — вскидываю бровь, держась как никогда уверенно. — Вы спали?

И когда, прежде чем ответить, мой муж слегка подёргивает плечами, меня как молнией прошибает.

— Именно поэтому ты и хотел к ней ехать. По старой памяти, Вадим, — выводы сами срываются с онемевших губ. — Бедный… Как же ты рядом со мной всё это время терпел?

— Не вкладывай мне в рот слова, которых я не произносил! — резко осаживает меня он. — Мне от неё ни черта не нужно.

— Я заметила.

— Ни тогда не было нужно, ни сейчас, — ровно и твёрдо произносит он.

— Тогда почему ты то и дело к ней возвращаешься?

— У мужчин, Катя, есть нужда, — от его слов мне жутко. — И её ходят справлять к таким, как Лера. Я понятно изъяснился?

— А жена?.. — губы дрожат. — Для чего тогда нужна жена?

Глава 14.

Рузанов коротко и сдавленно усмехается, разводит руками и не торопясь отвечает:

— Для чего другим мужикам их жёны, я не знаю, Катя.

— Я спрашиваю не других мужиков, Вадим, — дрожь пронизывает всё тело, а вообще я еле борюсь с желанием вскочить на ноги и убежать как можно дальше. — Я спрашиваю тебя! — говорю с нажимом. — Тебя. Своего мужа. Зачем тебе я? Зачем, Рузанов? Когда таких, как Лера, словно грязи под ногтями, особенно за деньги, которые у тебя есть…

— Успокойся, Катя, — перебивает, а сам видно, что на взводе.

— Тогда ответь на мой вопрос. Или это так тяжело?

Наши взгляды сталкиваются,