Свадебное агентство в наследство - Наталья Александровна Буланова

– По секрету скажу: наследный принц – тот еще мерзавец.

А это вариант!

Пусть это не кондитерская, а агентство, я все еще могу показать свои умения на весь мир, чтобы родители меня заметили.

***

– Госпожа! – Лулу ломится в дверь так, будто за ней гонится разъяренный тролль. Дверь с треском распахивается, но она ловко хватает ее на лету. – Аудиторы уже здесь! Они выглядят как два грозовых облака в костюмах!

Я вскакиваю, спотыкаюсь о Шерха (он спит, обвившись вокруг ножки кровати) и за три минуты превращаюсь из «только что проснувшейся катастрофы» в «фанатку бюрократов».

– Ситуация на данный момент? – спрашиваю я, на ходу заплетая розовые волосы.

– Копаются в документах. Пока все чисто, но… – Лулу понижает голос, – они рыщут на предмет вчерашнего инцидента с графом в фонтане и женихом с притяжением к уборным.

– Пустяки, – машу рукой. – Скажем, это был перформанс «Любовь – это водоворот».

Врываюсь в агентство с видом королевы, которая вот-вот кого-нибудь казнит.

– Вечного светила, господа аудиторы! – говорю я, и воздух дрожит от магии показной любезности.

Они поднимают головы синхронно. Близнецы? Или один организм в двух телах?

– Опаздываете, – бурчит женщина, поправляя очки, из которых сыплются цифры.

– Спасибо, что подождали. Чаю? – предлагаю я, показывая на диван.

– Мы здесь не для чаепитий, – рычит мужчина, и его борода чуть не встает дыбом.

– Документы в порядке? – киваю на папки, которые Юди проверял всю ночь.

– Слишком… идеально, – шипит аудиторша. – Но вчерашний банкет! Жених… напиток… ваши руки!

– О, это был сюрприз для молодых! – восклицаю я, доставая свиток с печатью «Секретный Магический Перфоманс». – Они хотели незабываемый финал.

Аудиторы переглядываются.

– «Перформанс»? – переспрашивает мужчина. – Слово-то какое иноземное.

– Модное, – киваю я. – Искусство требует жертв.

Я парирую и мысленно молюсь: «Только бы Шерх не сожрал их портфели…»

– А как же инцидент с напитком, госпожа Востич? – Аудиторша щурит глаза, и ее взгляд напоминает кота, унюхавшего подгоревшие сливки. – Свидетельские показания сводятся к тому, что жених пострадал от ваших рук.

– К еде и напиткам на банкете я не имею никакого отношения, – отвечаю сладчайшим тоном, будто объясняю ребенку, почему нельзя есть волшебные грибы. – Свадебное торжество молодые отмечали на территории особняка Шакли – это было желание жениха. И если честно, я до сих пор в восторге от их выбора – фонтан добавил столько… драматизма.

Проверка только началась, но я уже знаю: либо торт, либо трясина. А я, черт возьми, не намерена становиться слизнекоролевой.

До самого заката я из кожи вон лезу, как наг перед девственницей. Даже не знаю, кто больше устал – аудиторы с их вечными «а вот здесь печать кривая» или мы с командой, которые к пятой чашке кофе начали видеть в узорах на пергаменте пророчества о конце света.

Но итог отличный – они уходят без доказательств, лишь погрозив пальцем, как бабушка, застукавшая внука за поеданием варенья.

– Если будет повторение вчерашнего инцидента, госпожа Востич, доказательства обязательно найдутся.

– О, я уверена, в следующий раз все будет строго по протоколу. – Я улыбаюсь так широко, что чувствую, как щеки вот-вот треснут.

Когда они в конце концов исчезают за дверью, мы закатываем пир! Во-первых, месть удалась. Во-вторых, гроза прошла мимо. Ну а в-третьих, я наконец-то увидела, как осуществить свою мечту через это проклятое агентство.

Шерх пускает довольные пузыри, обвивая свой кубок с сидром. Юди молча, растекаясь по стулу, ест тефтели – свое любимое блюдо, а Лулу с жаром рассказывает, как трижды метилась ножом в аудиторшу, представляя ее лицо в случае попадания.

– Поздравляю! – Бри поднимает бокал сока (она, как всегда, на детоксе после «магических перегрузок»). – Это была первая проверка, и ты ее с честью прошла.

– Лучше порадуйся, что я вторую ночь буду спать нормально! – Я зеваю, потягиваясь. – У меня пока нет клиентов, а это значит – никакого проклятия и здоровый сон и никаких срочных заказов на «свадьбу в стиле апокалипсис».

Но утром, когда я, довольная и выспавшаяся, захожу в агентство, Юди встречает меня с лицом фаната-мясника, который только что узнал, что его любимый дракон – вегетарианец.

– Госпожа, все подрядчики прислали уведомления, что отказываются с нами работать.

Я застываю на пороге.

– Все?

– Все.

– Даже пекарня «Сладкий грех»? Они же нам должны!

– Особенно они.

Вот тебе и прекрасное утро.

Я медленно закрываю глаза и считаю до десяти. На семерке слышу, как Шерх где-то в углу чавкает очередным важным документом. Дурная привычка образовалась после банкета, надо переучивать.

– Значит, так, – говорю, открывая глаза. – План Б.

– У нас есть план Б? – хором спрашивают Юди и Лулу.

– Конечно! – Я улыбаюсь. – Не зря же я окончила столько курсов. Похоже, бабуля именно к этому меня и готовила.

P. S. На пороге я нахожу коробку конфет «Трюфели из трясины» с припиской: «На десерт для Повелительницы Хаоса».

Глава 17

На следующий день я, засучив рукава своего самого дорогого костюма (который стоил как годовая зарплата бытового мага) и припудрив щеки пудрой «добродушие-плюс-терпение-экстра» (купленной втридорога у алхимика-афериста), отправляюсь на охоту за подрядчиками.

Первая цель – кондитерская «Сахарный кошмар».

– Добрый день! – улыбаюсь так сладко, что у меня моментально появляется три новых кариеса. – Мне нужны торты для свадеб на постоянной основе.

– Для вас у нас только хлеб, – перебивает меня кондитер, разглядывая меня так, будто я была первым блином комом. – Черствый. С плесенью. Возможно, ядовитой.

– Я хорошо плачу!

– Особенно поэтому, – говорит он и буквально выталкивает меня из лавки.

Я пытаюсь сунуть ему золотую монету, но дверь захлопывается так быстро, что монета остается торчать в щели, как золотой зуб у дракона.

Ла-а-адно, едем дальше.

Флорист из «Розового чуда» при виде меня сразу же вешает на шею табличку «Закрыто на вечную сиесту» и притворяется одноклеточным.

– Я вас вижу, – стучу я по столу.

– Простейшие не разговаривают, – бормочет он.

– А те, что разговаривают, обычно не курят трубку.

Он вздыхает и позволяет себе выпустить клуб дыма прямо мне в лицо:

– Шакли сказал, что, если я вам продам хоть один цветок, он превратит мой магазин в общественный туалет для гоблинов.

– А если я предложу вам… – Я достаю флакон с надписью «Эликсир вечной страсти» (побочные эффекты включают временное превращение в лягушку после окончания действия, но зачем ему это знать, когда он такой хам?).

Флорист жадно смотрит на флакон, потом разочарованно на меня, потом снова на флакон.

Я оказываюсь за дверью быстрее, чем успеваю запустить руку в сумочку за