Клетка - Лиза Бетт

Я оглядываю пляж и предвкушаю классный вечер.

То тут, то там толпятся подростки. Девчонки и парни болтают, смеются. Кто‑то пьет пиво, принесенное с собой. Атмосфера побуждает расслабиться и получать удовольствие.

Где‑то сбоку парни разожгли костер из валяющихся на пляже бревен, мы с девочками подходим ближе. Там на бревнах‑лавочках сидят друзья Лилит и Синтии. Мы занимаем свободные места. Я расстегиваю босоножки, понимая, что обувать их было глупой идеей. Синтия поднимается, чтобы принести нам пива, и вскоре возвращается с каким‑то знакомым парнем.

– Эй, Лил, ты тоже тут! – Он ударяет по ее ладони в приветственном жесте и переводит взгляд на меня. – А кто эта милая крошка?

– Это Кейт, моя сестра, держись от неё подальше Джим, иначе пожалеешь. – Лилит говорит шутя, но в ее словах отчетливо заметны стальные нотки.

Мне кажется, я покраснела до самых кончиков волос. Как сестра может так меня унижать? Да, я младше их, но ведь они взяли меня с собой для того, чтобы тусоваться, а не для того, чтобы отгонять от меня всех знакомых, будто я чумная…

– Ладно, детка не кипятись. – Джим приобнимает Синтию, и та хихикает.

Я встаю со своего места.

– Куда ты? – удивляется сестра.

– Немного пройдусь, не волнуйся, я буду на виду.

Отмахиваюсь, будто ничего не произошло, и мне невероятно скучно. Стараюсь не подавать виду, что обижена.

Ухожу с шумного танцпола подальше от толпы и остаюсь наедине со своими мыслями.

Ласковые волны лижут кромку берега. Солнце уже село, но, не смотря на это, ночь выдалась на удивление теплой и мягкой. Я ступаю на влажный песок и шагаю вдоль линии прибоя. Ступни утопают во влажном песке. Он забивается между пальцами, охлаждая кожу. Миниатюрные следы тянутся за мной пунктиром.

Я даже не заметила, что зашла далеко за пределы общественного пляжа. Темнота ночи окутывает меня, и постепенно я растворяюсь в ней и уже не могу различить находящиеся рядом предметы.

– Снова решила искупаться? – голос, который я узнала бы из тысячи, звучит спокойно и расслабленно. Я оглядываюсь, но не могу найти его источник. – Не знал, что ты приехала.

Оборачиваюсь и замираю напряженно как звенящая струна.

Он стоит прямо передо мной. Высокий и такой же крепкий, как и раньше. Только теперь его плечи стали еще шире, а руки мощнее. Простая серая футболка и полинявшие джинсы на ком угодно смотрелись бы просто, но на Джеке эта одежда сидит идеально, будто он только сошел с подиума.

– Мне хотелось побыть одной. – Выдыхаю раздраженно и разворачиваюсь, чтобы уйти, но он преграждает мне путь.

– Катрин. – Джек обхватывает мое запястье крепко, но не больно. – Прости, я не хотел обидеть тебя тогда.

Даже его голос изменился за этот год. Он стал более низки и дурманящим. И в нем впервые нет этого заносчивого пренебрежения.

– А чего ты хотел, когда оскорблял и угрожал мне? – Я не хотела выплескивать на него свои обиды, но темперамент не позволил мне смолчать.

– В нашем имении тебе нельзя находиться. Там небезопасно. Я просто пытался тебя спасти.

– Спасти? – Охаю недоверчиво. – Интересно от кого? От самого себя?

Джек стискивает челюсть.

– Ты не знаешь, о чем говоришь. Не надо так.

Я пытаюсь вырвать руку, но хватка железная. Джек удерживает меня рядом, пристально изучая мое лицо. Второй рукой он тянется и легонько отводит прядь волос, прилипшую к моей щеке, и опускает взгляд на губы.

Я замираю в ожидании. Понимаю к чему все идет, но не могу даже заставить себя пошевелиться. Мое тело будто налилось свинцом, как в тот раз, когда я тонула. И я как в тот раз беспомощно захлебываюсь в ощущениях.

Джек склоняется ко мне, мое сердце ускоряется с каждым сантиметром, тающего между нами расстояния.

Каждую ночь я представляла себе этот момент, но я не думала, что он когда‑либо воплотится в жизнь.

Джек облизывает пересохшие губы. Я пытаюсь сглотнуть, но не выходит. Я не в силах пошевелиться. Не в силах отвести взгляда от его пухлых губ. Не в силах противиться его притяжению.

– Эй, Джек вот ты где!

Мы оба вздрагиваем и поворачиваемся на голос. Смуглая брюнетка подходит к нам, светясь от радости, что помешала завершить начатое.

– Я вчера забыла свои трусики в твоей машине, ты не находил?

Внутренности пронзает боль, и она придает сил. И пускай, единственное, чего мне сейчас хочется – это провалиться сквозь землю, я вырываю руку из хватки Джека и торопливо сбегаю прочь, не заботясь о том, как это выглядит со стороны.

И он больше не окликает меня.

И больше меня не удерживает.

Глава 10. Кейт

Наши дни

Солнечный свет проникает в окно. Кухня наполнена умопомрачительным запахом свежих оладий. Новая партия уже скворчит на сковородке, и я сглатываю слюну, глядя на румяные бока своего любимого блюда.

С детства люблю такой завтрак. Мама часто пекла оладьи по утрам, и вся семья просыпалась от любимого аромата. В дополнение к лакомству она варила шоколад, в который можно было обмакивать оладьи, а после отправлять сочное блюдо в рот. Ну все, сил моих больше нет.

Заправляю кофемашину, выключаю сковородку, стряхивая с нее последнюю партию на тарелку.

Складываю грязную посуду в мойку и замачиваю, потом вытираю руки о передник и снимаю его, вешая на крючок.

Призраки прошлого теплыми воспоминаниями окружают меня.

Я маленькая вбегаю на кухню, восторженно взвизгивая, когда вижу ковш с вареным шоколадом. Налетаю на лакомство даже не потрудившись помыть руки.

Вслед за мной на кухню входит папа и целует маму в щеку.

– Моя малышка скоро не будет входить в дверной проём, если ты не перестанешь баловать её, – он смеется, глядя на меня, обмакивающую пальцы в шоколад.

Да, в детстве я была упитанный ребенком. Пухлые щечки, круглая мордашка. Я разительно отличалась от тощей как палочка сестры. С возрастом детская полнота рассосалась, сейчас нас с сестрой мало кто отличил бы, но мне все равно было далеко до ее тренированного тела. Особенно после того как она устроилась на службу в М1. Теперь с новым лицом и тренированной фигурой ее сложно узнать. Я все отдала бы, чтобы иметь такой пресс как у нее.

– Тебе стоит только попросить и твой личный тренер, то есть я, сразу устроит тебе апокалипсис, в результате которого ты получишь идеальный пресс и прочие прелести. Но придётся