Сводный дядя, или Р̶а̶з̶м̶е̶р̶ Возраст имеет значение - Рика Лав

пальцы сжали руль. — Отныне ты работаешь на меня. Все увидят тебя рядом со мной. И будут знать, что ты под моей защитой. Я не собираюсь прятаться, как зеленый пацан.

Она фыркнула и уставилась в окно. Напряжение висело в салоне густым, сладким ядом, которым хотелось дышать и который медленно сводил с ума.

Я не выдержал.

— О чем ты думала вчера? — спросил, не отрывая глаз от дороги. — Когда ласкала себя.

Она резко повернулась, щеки ее залил красивый, гневный румянец.

— Михэль, это не твое…

— Я задал вопрос, — мое терпение кончалось.

— Думала о тебе! — выпалила она с таким вызовом, что у меня дернулся кадык. — Представляла, что ты закончил то, что начал вчера на кухне. Доволен?

Мои пальцы так впились в руль, что кожа на нем затрещала.

Мысленно я уже притормозил машину, зашвырнул Лилит на заднее сиденье, задрал эту скромную юбку и вогнал в нее по самые яйца, чтобы она кричала, плакала и кончала подо мной, чтобы эти дерзкие слова застряли комом в ее горле. Я сглотну, чувствуя, как кровь пульсирует в висках и в паху.

— Я больше не хочу подобного слышать, этого не будет, — сказал я тихо, но так, чтобы каждый звук донесся до ее сознания. — Ты просто капризная девчонка, которая вбила себе в голову очередное «хочу», но я не собираюсь этому потакать

В ответ я услышал лишь ехидный смешок. Всю оставшуюся часть дороги мы проехали молча.

А я старался разобраться, кого я пытался убедить этой речью — ее или себя?

Глава 10

Михэль. Рабочий… процесс

В офисе я указал ей на стол у моего кабинета.

— Твои обязанности: документы, звонки, кофе. И главное — не провоцировать меня. Ни на злость, ни на… что-то другое. Уловила суть?

Она кивнула, опустив глаза, но я заметил, как в них заплясали те самые бесята, которых я и боялся. Лилит села, а я потянулся к папке на ее столе. И в этот миг девушка якобы случайно уронила ручку.

— Ой, простите! — фальшиво воскликнула она и наклонилась под стол.

Эта чертова юбка задралась так, что мне открылся вид на ее округлую, идеальную попку в тончайших кружевных трусиках в разрезе одежды. Лилит специально медлила, покачивая задницей, делая вид, что ищет ручку. Мой член встал мгновенно, больно упираясь в ширинку.

Я резко развернулся, врываясь в свой кабинет, и захлопнул дверь так, что стеклянная вставка задрожала. Вслед мне донесся тихий, победный смешок.

Дай мне сил не придушить ее в первый же день.

Честно попытался работать, не глядя в сторону двери, мне это даже удалось. Часа через два, выйдя проверить, что она делает, я застал ее за оживленной беседой с каким-то кудрявым мальчишкой из новеньких.

Лилит смеялась, запрокинув голову, а тот смотрел на нее как на божество, готовый упасть к ее ногам. В моей груди заурчало что-то злобное и собственническое.

— Лилит! — мое рычание прокатилось по офису, заставив девушку вздрогнуть и отпрянуть от менеджера. — Быстро кофе мне замени!

Не дожидаясь ответа, я развернулся и ушел, снова хлопнув дверью. Чертова бестия, крутит задницей перед всеми мужчинами, что ли? Меня отвлек входящий видеовызов, заставляя подойти к столу.

Твою мать! Совсем забыл о совещании.

С силой нажал на кнопку «Принять вызов», откинувшись в кресле. На мониторе загорелись три ожидающих лица: невозмутимый Чжан из Шанхая, подтянутая и серьезная Ли из Пекина и вечно немного уставший, но острый на язык Петров из Питера.

— День добрый, — мои пальцы сомкнулись вокруг уже остывшей чашки кофе, которую мне так и не заменила эта чертовка. — Чжан, начни с отчета по сделке с «Тайхо». Меня не устраивают риски в третьем пункте.

— Михэль Адамович, мы прорабатывали… — начал Чжан, но его тут же перебил Петров.

— Пока они прорабатывают, у нас тут, простите, форс-мажор по слиянию с «Волгопромом». Налоговая…

Я уже собирался попросить о порядке, как дверь приоткрылась. На пороге появилась Лилит с подносом.

Увидев мониторы, ее глаза округлились, как у испуганной кошки. Она метнулась было назад, но я, не прерываясь, резким кивком головы велел ей войти.

Ну уж нет, иди ко мне, маленькая разрушительница моего спокойствия.

— Петров, пришлите мне все претензии по электронной почте, изучу лично, — сказал я, следя за девушкой периферийным зрением.

Она кралась на цыпочках, чтобы не цокать каблучками, словно по минному полю шла. Это делало ее походку смешной и невероятно сексуальной.

Она потянулась уже, чтобы поставить чашку, и в этот момент ее каблук соскользнул с ковра. Она качнулась, и время замедлилось. Я увидел, как чашка с противным лязгом падает, и поток обжигающе горячего кофе обрушивается мне прямо на бедра.

— Твою мать! — дернулся, стиснув зубы от боли. Горячая жидкость обожгла кожу, спасибо, что не член!

— Михэль? Все в порядке? — тут же отозвалась настороженно Ли.

Нет, блять, не в порядке! Мне почти на хуй только что вылили кипяток!

— Кофе… немного пролил, — просипел я, глядя на перекошенное от ужаса лицо Лилит. — Ничего страшного, — и выключил звук на своем динамике.

— Прости! Я сейчас все уберу! — залепетала бестия и, недолго думая, рванула мой нижний ящик, вытащив пачку салфеток. Прежде чем я успел сообразить, откуда она знает, что и где у меня лежит, как она опустилась передо мной на колени.

О, нет. Нет, нет, нет! Это худшая, самая бредовая, самая порочная идея во вселенной.

Тем не менее на меня уже с удивлением пялились мои директора, поэтому я с трудом отвел глаза от склоненной головы между моих ног и снова включил звук, стараясь дышать ровно.

— Продолжайте, Ли, я слушаю, — мой голос прозвучал хрипло.

А руки Лилит тем временем, дрожащие и неловкие, принялись вытирать лужу с моих брюк. И почти сразу она наткнулась на него.

На мой член, который, вопреки ситуации, уже начал приходить в боевую готовность от одного ее близкого присутствия, от вида ее декольте, от ее запаха. Пальцы девушки замерли на твердом, быстро растущем бугре.

И тогда… она не убрала их. Она медленно, почти невесомо, провела ладонью по всей его длине.

В голове что-то взорвалось.

Черт возьми, она трогает меня. Прямо сейчас. Прямо здесь.

По телу пробежала судорога такого дикого, запретного наслаждения, что я едва сдержал стон.

— … и мы видим потенциал роста в этом секторе на семнадцать процентов, — доносился голос Ли.

— Семнадцать… да… впечатляюще… — выдавил из себя, чувствуя, как пальцы Лилит становятся увереннее. И тут она надавила на головку, и белая горячая молния