Спасая Грейс - Александра Бэнкс

— Спасибо, — тихо говорю я, не в силах сдержать улыбку, которая так и просится на лицо.

Теперь осталось только изобразить, будто я потерялась в городе размером с почтовую марку. Но оно того стоит — лишь бы вытащить Макинли из этих четырёх стен. Кто знает, как долго он сидит здесь взаперти.

— Пошли. Поедем на Блю. — Я хватаю ключи и телефон.

— Блю?

Он натягивает кепку, опираясь на костыль. Его глаза цвета индиго буравят меня. Несмотря на всё его ворчание и резкие перепады настроения, я вижу, что настоящий Макинли где-то там, внутри. Я бы поставила последние деньги на то, что он больше похож на своего младшего брата, чем на того упрямого придурка, каким притворяется сейчас.

— Моя машина. Я твою не поведу.

— А с моим пикапом что не так?

Он выпрямляется, будто я снова наступила ему на больную ногу.

— Он слишком большой, — отмахиваюсь я.

Мы идём к дереву, под которым припаркована Блю. Я открываю пассажирскую дверь, и он появляется через пару секунд.

— Я не собираюсь складываться в трое ради того, чтобы влезть в эту консервную банку, Грейс.

Я выдёргиваю один костыль. И плевать, влезет он или нет. Сам напросился.

Он качает головой.

— Поместишься, — отвечаю, и на лице появляется саркастичная улыбка.

Он вздыхает и, скрипя зубами, устраивается на пассажирском сиденье, сжав дверную ручку до побелевших костяшек. Стонет, но садится. Я дожидаюсь, пока он затянет ногу внутрь и закрою дверь. Обхожу машину, сажусь за руль, достаю кошелёк и бросаю телефон в сумку.

— Что вообще заставило тебя купить этот синий жестяной гроб? — бурчит он, глядя на салон.

— Блю — не жестянка. Она — милая. Классика. Размер — не главное.

Его лицо — маска.

Стоило словам сорваться с губ, как жар бросает меня в лицо. После Джоэла мне меньше всего нужен ещё один мужчина. И уж точно не стоит задумываться о... размерах. Особенно обсуждать это с этим мрачным типом...

Господи, прости.

— Я, эм... — начинаю было.

Но на его губах появляется полусмешок.

Я откидываю с лица выбившуюся прядь. Это первый раз, когда я вижу на его лице не угрюмую маску, не сосредоточенный прищур, а почти... улыбку.

Я прищуриваюсь. Он тут же отводит взгляд в сторону, уставившись в лобовое стекло.

Ясно. Пора ехать, Грейс.

Улыбка тянет уголки губ, пока я завожу «Блю» и выкатываюсь с подъездной дорожки. Он сидит, отвернувшись, смотрит в окно.

— Знаешь, — тихо говорю я.

После короткой паузы.

— Что именно?

— Что можно быть счастливым даже после всего.

Он фыркает, не отрывая взгляда от стекла. Напряжение, будто канат, натягивается в его плечах.

— Нет, нельзя, — шепчет он.

Он не может в это действительно верить. Каждую ночь я засыпаю в подушку со слезами. По той жизни, что потеряла в Миссисипи. По себе прежней, которую оставила ещё до того, как приехала в Реймонд. Но я смирилась. Своих решений не вернёшь. Самобичевание не изменит ничего. Я могу только идти вперёд.

Да, я всё ещё горюю. Всё ещё пытаюсь осознать, как докатилась до такого дна. Но я больше не в том жутком доме. И я цепляюсь за этот факт. Каждую грёбаную минуту.

— Правее держись, — резко говорит Макинли, вырывая меня из мыслей.

Я дергаю руль. Гравийная дорога без разметки, не привыкла. Он прав — мы ушли в центр. Не самое безопасное место.

— Ты так и не ответил, — говорю, глядя на дорогу.

— На что?

— Нужно что-нибудь в городе?

— Нет.

— Отлично.

Мы выезжаем на шоссе. Блю набирает скорость, и за сорок с лишним минут мы добираемся до Главной улицы. Пока я паркуюсь, по лицу Макинли видно — он устал. Слишком долго в одной позе. Сиденье тесное. Может, всё это была плохая идея.

Может, не стоило ему быть таким засранцем.

Глушу двигатель и подхожу к его двери. Но он уже открыл её и подался вперёд, не дожидаясь помощи.

— Справлюсь! — рявкает.

— Мне нужно просто взять сумку, — парирую я.

Я наклоняюсь, перетянувшись через его плечо, чтобы дотянуться до сиденья сзади. В этот момент он не двигается и я оказываюсь прижатой к его плечу. Его тёплое тело совсем рядом. Он не шелохнулся. Я замираю.

Поворачиваю голову — его челюсть напряжена, пальцы вцепились в дверь. Темно-синие глаза поднимаются на мои.

Чёрт.

— Я... — хватаю сумку и быстро отступаю от машины.

Он выпрямляется, выходит, захлопывает дверь. Я обхожу его, запираю машину, надеваю солнцезащитные очки и вытаскиваю резинку из волос — тёплая волна мягко рассыпается по плечам.

— Куда тебе нужно? — спрашивает он, скользя по мне взглядом. Впервые без раздражения. Без колкости.

Меня это почти ошарашивает. Я кусаю губу и оглядываюсь по сторонам. Нужно в магазин, аптеку... может, в магазин для рукоделия.

— Начнём с продуктов.

Он указывает рукой налево, и мы идём по улице Льюистауна. Проходим мимо итальянского ресторана Mama's Place, магазина подарков, а кварталом дальше — круглосуточного магазина. Люди на улице улыбаются, кто-то здоровается.

Мимо проходит парень, примерно одногодка Макинли, в медицинской форме. Светлые волосы, глаза цвета зимнего неба.

— Роулинс? Ты уже вернулся? — с удивлением и натянутой улыбкой спрашивает он.

— Морли, — бурчит Макинли, даже не сбавляя шага.

Что это сейчас было?

Мы переходим дорогу, и к нам подбегает пожилая женщина с распростёртыми руками. Глаза блестят, улыбка до ушей.

— Макинли! Твоя мама сказала, что ты вернулся. Слава Богу, что целым и невредимым, сладкий ты мой мальчик.

Она треплет его по щеке. И в этот миг с его лица исчезает вся внешняя бравада. Челюсть сжимается. Я перехватываю внимание женщины.

— Здравствуйте! Я Грейс, — протягиваю руку.

— О, милая, ты его девушка? — Глаза у неё округляются, а потом моментально расцветают от радости.

Я смеюсь и качаю головой.

— Нет, я… помощница.

Теперь она треплет по руке уже меня и глядит на Макинли.

— Ну, юноша, ты уж смотри, чтобы твоя помощница была в порядке, ясно?

Он кивает, и я прямо вижу, как он едва не закатывает глаза. Я прощаюсь за нас обоих и быстро увожу его к магазину.

— Спасибо, — бормочет он.

— Конечно, — выдыхаю я.

Он продолжает сверлить меня взглядом, пока мы медленно идём по тротуару. Я вижу, как в нём борются два человека: тот, кто не может переварить происходящее, и тот, кто остался под всей этой болью. Я знаю, как это выглядит. Я сама видела это в зеркале заднего вида. И всё ещё вижу — когда позволяю себе опустить щит.

Мы быстро собираем продукты — полтележки фруктов,